Сердце Сапфира. Обрученная с вороном 2 (СИ) - Екатерина Слави

— Я уже говорил вам, мин-са, — отозвался Ран-Ги, — орден Сон-Лин-Си выделил большие средства на поимку дракона. Эти деньги ваши.

Равена помнила этот разговор. Он состоялся, когда они направлялись из Дагреба в Тристоль. Она выказала беспокойство по поводу того, что у нее нет средств к существованию, и единственным решением, которое она видела, была продажа родительского особняка. Однако Ран-Ги в тот раз пытался заверить ее, что теперь она богата, потому что орден Сон-Лин-Си пообещал внушительную награду за пленение дракона, и она, по мнению Ран-Ги, ее заслужила, как никто другой.

— Я не могу так, Ран-Ги, — чуть поморщившись, произнесла Равена; она не сожалела о том, как поступила с Амиром, по ее мнению, это было более чем справедливо, но платы за этот поступок она не хотела, просто потому сделанное было ее личным выбором.

— Вы причините себе боль, если продадите дом ваших родителей, — заметил канрийский маг.

Сердце Равены сжалось — она знала, что он прав. Знала, что утратить последнюю связь с домом, где выросла, будет для нее мучительно. Она станет словно птица без гнезда. Хотя мысль об опустевшем гнезде, в котором птенца никто не согреет родительской лаской, заставляло сердце болеть не меньше. Наверное, так же себя чувствовала Лиа де Фаль, возвращаясь снова и снова в дом, где выросла.

— Мы прибыли, мин-са, — сообщил Ран-Ги.

Карета остановилась возле узкого переулка — в глубине его, вдали от шума оживленных улиц, угнездилась книжная лавка. Неприглядная вывеска, запыленные окна — здесь ничего никогда не менялось.

Ран-Ги вошел в лавку первым — внутри раздался звон колокольчика, — и придержал дверь, чтобы дать Равене войти следом.

— Еще раз прошу вас, Ран-Ги, не говорить Неемии о поступке Абрэда, — негромко напомнила Равена; они обсуждали это еще в пути. — Не хочу, чтобы из-за меня их отношения испортились.

— Я помню, мин-са, — ответил Ран-Ги, закрывая дверь. — И буду нем, как мертвый бан-ки.

Равена со значением прочистила горло.

— Я позже обязательно спрошу у вас, кто такой бан-ки. Хотя после рассказа о вах-ри мне немного страшно задавать вам такие вопросы.

Уголки губ Ран-Ги приподнялись в сдержанной улыбке.

— Тогда не спрашивайте, мин-са. Боюсь, бан-ки может напугать вас сильнее вах-ри.

Наверное, Равена должна была ужаснуться, но вместо этого широко улыбнулась.

— Вот теперь я непременно не забуду спросить. Вы умеете заинтриговать, Ран-Ги.

Канрийский маг не успел ничего ответить, потому что из глубины лавки раздался звук открываемой двери и чей-то голос произнес:

— Я в долгу у тебя, Неемия, ты снова выручил меня.

Отодвинулась в сторону темная занавеска, открывая взору Равены беловолосого молодого мужчину в традиционных одеждах Клана Лисов.

Улыбка сходила с лица Равены медленно, почти болезненно. Закрыв за собой дверь, мужчина повернул голову, и она увидела его лицо. Золотисто-желтые глаза заметили Равену и застыли на несколько мгновений неподвижно.

Они смотрели друг на друга, не отводя взглядов, и Равене казалось, что это длилось целую вечность. Но уже в следующее мгновение золотистые глаза Рила мигнули, и он улыбнулся — как будто улыбка Равены сбежала от нее к нему, — а глаза Равены при виде его улыбающегося лица недоверчиво округлились.

«Что это? Как же так? — спрашивала тебя Равена, чувствуя, как начинает задыхаться. — Улыбается? Рил… улыбается?!»

Выйдя из-за прилавка, Рил направился в ее сторону.

В сторону выхода, поправила себя Равена, однако, поравнявшись с ней, Рил остановился, и, чуть наклонив голову вбок, заглянул ей в лицо.

— Здравствуй, Равена, — словно нарочно понизив голос, произнес он.

Не поворачивая к нему лица, не желая смотреть на него, Равена сжала губы. Он слышала, как он то ли хмыкнул, то ли усмехнулся. Видела краем глаза, как Рил повернулся к Ран-Ги и с большой заминкой, словно долго разглядывал незнакомца, кивнул ему. После чего прошел мимо Равены.

Перезвон колокольчика сообщил Равене, что Рил покинул лавку, однако она не переставала чувствовать его присутствие. Дышать было тяжело, будто чьи-то сильные руки сдавили ее горло.

— Кто это был, мин-са? — спросил Ран-Ги; Равена слышала в его голосе, что спрашивает он с осторожностью.

— Тот, кто говорил, что я могу ему доверять. Тот, кто пообещал, что не предаст меня, а в итоге предал, — сдавленно произнесла Равена. — Человек, который отдал меня Амиру за золото драконов.

Ран-Ги ничего не сказал, но она чувствовала, что он внимательно смотрит на нее.

— Он улыбался, Ран-Ги, — с трудом выдавила из себя Равена; ее голос дрожал от обиды и ярости, а внутренности словно жгло каленым железом. — Почему он улыбался?! После того, как он поступил со мной, как он мог улыбаться, глядя на меня?!

— Мин-са… — осторожно начал Ран-Ги, однако не успел договорить.

Послышались шаги за стеной, снова открылась дверь и отодвинулась темная занавеска за прилавком.

— О, госпожа Равена! — воскликнул знакомый голос Неемии. — Вы вернулись?! Признаюсь, не ожидал увидеть вас так скоро, но, не скрою, что рад вашему появлению, дорогой мой Сапфир.

Равена увидела его лишь тогда, когда он возник перед ней. Ее глаза застилала пелена, а стук собственного сердца как будто вырывался за пределы грудной клетки и был таким громким, что оглушал ее саму.

— Милый мой Сапфир, что с вами? — произнес Неемия.

Подняв взгляд, Равена увидела его лицо — оно показалось ей встревоженным, но она все никак не могла сосредоточиться на нем.

— Да на вас лица нет! Что-то случилось? Ох…

В голосе Неемии послышалось чувство вины.

— Вы встретились с господином Сирилом, — не спрашивал — констатировал он.

Равена открыла рот, чтобы ответить, но почувствовав, как трясутся ее губы и подбородок, тотчас закрыла его. Она не могла сейчас говорить. Не было даже сил поприветствовать Неемию. Внутри нее растекался яд, отравляя все ее существо.

Так много раз она представляла себе эту встречу… Но даже не предполагала, как больно будет снова увидеть Рила.

Почему он улыбался?

Равена ждала чего угодно. Чувство вины в его глазах. Холодное равнодушие, которое было бы свидетельством того, что он по крайней мере осознает,