Сирийский марафон. В тени летучей мыши - Григорий Григорьевич Федорец

работает! Молодца! Послушались. Все в терем-теремок, он не низок, не высок. По лесенке, по лесенке – и на второй этаж. Солнца побольше, воздух почище. Вот и славненько. Верной дорогой идете, товарищи! – бубнил Кайда, наблюдая за метаниями четверки боевиков.

Капитан основную часть группы разместил на первом, а сам вместе с Чупа-Чупсом спрятался на втором этаже.

Больше часа работы спецов, и кусок брезента, закрепленный на телескопических стойках и камуфлированный местным мусором, внешне превратился во фрагмент разбитых стен, скрыв разведчика.

Видеосигнал на экран электронного планшета, что лежал перед Еремеевым, шел с квадрокоптера. Тот парил в небе и «видел все». Еще две мини-камеры, закрепленные на торчащем, словно рог блудливой коровы, куске стены, дополняли картину.

Четыре человечка возникли на мониторе и устремились к зданию СТО.

Еремеев, встретившись взглядом с Морозовым, поднял вверх руку, держа пальцы плотно вместе. Затем, согнув большой палец, развел оставшиеся четыре веером. Чупа-Чупс понятливо кивнул и с ловкостью ужа втянулся под накидку. Капитан последовал его примеру.

Выстрелы танковых пушек прекратились. Лишь коротко бил по соседнему дому ДШК да на площади плюхались редкие мины. Стало отчетливо слышно, как по лестнице поднимаются люди, часто дыша.

Голова первого, в каске натовского образца, будто гриб после дождя выросла над площадкой. Из-под короткого козырька глаза пробежались по практически пустой площади. Особо и разглядывать-то было нечего: мелкие обломки битого кирпича, три-четыре здоровенных куска разрушенных стен, мусор и всяческий хлам повсюду.

Натовец, поднявшись по ступеням, покрутил головой в разные стороны и призывно махнул рукой. Следом появились еще трое. Экипировка и поведение выказывали опытных вояк. Они без команды, плотной группой, двинулись к противоположной стороне помещения, где стены уцелели лучше. На пути айсбергом торчал крупный фрагмент обрушенной стены, вынуждая пересечь комнату через центр, где валялись только мелкие обломки.

Неожиданно пол под ногами провалился, увлекая вниз. Трое, будто топор в воду, исчезли вмиг. Четвертый, замахав руками, попытался устоять на краю огромного пролома. Чупа-Чупс, привидением возникнув за спиной натовца, крепким пинком отправил его вслед за товарищами.

Носорог, откинув уже ненужную накидку, легко вскочил на ноги, в два прыжка оказался рядом с Морозовым.

Внизу, среди набросанных в беспорядке автомобильных покрышек, возилось нечто, напоминающее скорпиона, запутавшегося в частой паутине.

Громкая брань на английском свидетельствовала о принадлежности существа к человечеству.

– Командир, классная идея – маскировочную сетку обмазать солидолом. Классика, дешево и сердито. Вляпались янкесы по самое не хочу, – хмыкнул Чупа-Чупс, сверху взирая на безрезультатные попытки натовцев выпутаться.

Капитан, направив ствол калашникова вниз, рявкнул по-английски:

– Вашу шпагу, сударь! Вижу, вы знатно влипли. Все, приехали. Полный Калахари! И не дергайтесь, вмиг форшмак сделаем.

Глава 3

Сорок бочек арестантов

Восемь дней назад. База ВКС. Хмеймим. Сирия. Июнь 2016-го

Чубаров побарабанил пальцами по бывшему дедовскому столу:

– Эхма! Центр требует активизироваться по Ливии, а хороших наработок пока нет. В нашем деле, сам знаешь, спешка чревата. Ну да ладно, к Ливии подключишься позже, в местных палестинах дел по… В Алеппо когда выезжаешь?

– Завтра с утра. Надо кой-какое барахлишко подсобрать. Еремеев занимается. Группа Смоляка давно там работает? – Кайда сидел напротив, поглаживая серебряный подстаканник с граненышем внутри.

– С неделю. Хочешь под себя забрать?

– Хорошо бы, для усиления. – Александр вопросительно взглянул на полковника. – С флотскими надо договариваться или?

– Уже нет. Все подразделения армейского и флотского спецназа группировки отданы нам в прямое подчинение. Кстати, военная полиция теперь в оперативном, что упрощает, – Чубаров усмехнулся, – с одной стороны, с другой хлопот добавляет. Завтра прилетает подполковник Зинчук в качестве зама по боевой. Ты его по ССО знаешь. Займется координацией спецподразделений.

– Зинчук? Юрий? Отлично, грамотный офицер. Я с ним с августа ноль восьмого знаком. Его группа в Осетии работала, моя – в Абхазии.

Восточный Алеппо. Сирия. Июнь 2016-го

Носорог знаком подозвал Смоляка:

– Старшой, пока духи не очухались, шустренько вяжи этих обделанных да в туннель. Мы пока на стреме, да и подарки надобно оставить дорогим гостям.

– Понял, командир, погостили-погуляли, впору и линять, – улыбнулся в усы морпех.

– Правильно понимаешь политику партии и вообще. С арестантами поаккуратнее, волчары битые, стреножь и обшмонай качественно.

Капитан следил, как разведчики, держа натовцев под прицелом, по одному выпутывают их из сети. Пленным тут же застегивали пластиковые наручники, заведя руки за спину.

– Само собой. Клювом щелкать не резон, не тот клиент. Дедовский способ применим. – Старший лейтенант изобразил постную физиономию, но глаза выдали.

– Это ты про что, орёлик? Колись? – Носорог строго взглянул на морпеха. – Кстати, позывной сменил? Придумал себе – Альбатрос. Тоже мне, юнга Северного флота. Проще надо, жизненней, что ли.

– Учту пожелания высокого начальства. Пренепременно. А способ древний и надежный: порты сзади разрежем ножичком до гульфика, всего-то и делов. С труселями. Как без них. Погоды жаркие стоят, не обморозят хозяйство, полагаю. Если повезет, – смиренно вздохнул Смоляк.

– Умник, как они в туннеле передвигаться будут?

– Как-как? Не быстро. На корячках или «гусиным шагом». Почем я знаю? Сам говоришь, волчары битые, вот пусть и выворачиваются. Не до побега будет, – зло ухмыльнулся морпех. – Разрешите выполнять, вашбродь?

Капитан уже собрался гаркнуть, но за спиной возник Чупа-Чупс:

– Командир, срочная депеша, держи мой смартфон. Только что упало в почту.

Дом был как дом. Самый обыкновенный по здешним меркам. Два этажа. Из парапета на крыше, словно антенное поле, густо торчит арматура. Типичная хитрость Ближнего Востока. Типа здание еще строится, значит, налога на имущество нет. Кстати, весьма приличного по размеру. А так – недострой, и все дела. Главное, интерьер в полном ажуре. Живи да радуйся.

– Это хорошо, что стоит особняком, проще целеуказателем «Краснополю» подсветить. Максимум пару зарядов «Акация» ввалит. – Чупа-Чупс сквозь маскировочную сеть внимательно разглядывал через оптику прилегающий район.

– Угу. Не хватит одного, попросим второй, мы не жадные. Ежели что, и снайперы уважат. Тем более на саммите Черного фараона ждем-с. – Еремеев подушечкой указательного пальца гонял по экрану планшета спутниковую карту района. – Парни направленные микрофоны установили?

– Черный фараон? Босс ячейки, что борт «Когалымавиа» над Синаем взорвала? – Морозов даже повернул голову к Носорогу.

– Его сучья бледность. Дак что с микрофонами?

– Пишут уже. Запись каждые пять минут в Центр кидаем. Может, какую гниду идентифицируют… – Андрей вернулся к наблюдению.

Кайда вышел на залитый солнцем квадрат внутреннего дворика. Редкие кляксы светло-серых облаков беззаботно болтались в небесах, порой наскакивая друг на друга.

– Сорок бочек арестантов, – хмыкнул он, ближе подойдя к сидевшим вдоль стены под охраной сирийских спецназовцев пленным.

– Ну и видок у вас… Восемьдесят килограммов