Семена Перемен - Егор Александрович Данилов

замерли. Что-то показали друг другу руками. Открыли ставни. Одному помогли забраться внутрь. Прижались к стене.

Свет в целле погас. Изнутри послышались отчетливые, уже не таящиеся шаги. Незнакомцев снова трое. Пошли прочь. Мечей больше не видно. Что там произошло?

Подошла к открытому окну целлы. Высоко, не запрыгнуть. Принюхалась. Пахло кровью и свежей смертью.

* * *

Цзиньлуна разбудила ругань. Открыл глаза, жмурясь от утренних лучей. Рядом сидела встревоженная Лули. Дэмин и Сяомин еще спали.

— Что такое? — привычно обратился к лисе Цзиньлун. — Сходим посмотреть?

Лули тявкнула и завиляла хвостом. Цзиньлун поднялся, поправил одежду, накрыл голову шляпой-доули, закинул за спину меч. Ругань становилась все громче, но разобрать слова невозможно. Махнув лисе, чтобы та следовала за ним, пошел вдоль повозок. Большинство кайанцев спали, но кое-кто просыпался и оглядывался в поисках источника шума.

Цзиньлун вышел на свободное от повозок пространство. Впереди собралась толпа размахивавших руками либеров. Судя по одежде, крестьяне и тогровцы. Напротив сжались нескольких испуганных кайанцев. Недолго думая, Цзиньлун направился в их сторону.

— Покажем, кто тут главный! — донеслось до него.

— Бей! — вторил другой голос.

Цзиньлун ускорился и побежал к толпе, наседавшей на кайанцев. Возгласы не сулили ничего хорошего.

— Эй, уважаемые, что происходит?! — выкрикнул мечник, подбегая и стараясь отвлечь на себя внимание.

— Еще один, смотрите-ка! Сам нарывается! — переключился на него кто-то в толпе.

— Тише-тише, — развел руки Цзиньлун, изображая самую приветливую улыбку, на которую был способен. — Случилось-то что?

— Целлита убили, значится, — ответил кто-то из толпы. — В деревне, стало быть.

— Да-да, это все вы, кайанцы! Мы знаем, что у вас говорят про Культы!

— Слыхали сами! Только из Сангъяна едем.

— Нечего с ними разговаривать!

— На нашей земле, значит мы здесь закон!

Толпа забурлила, зашевелилась. На Цзиньлуна смотрело множество обозленных лиц. Кое у кого виднелись вилы. Другие держали в руках дубинки.

Кто-то рявкнул на испуганных кайанцев, те побежали в сторону повозок. Один споткнулся и упал рядом с Цзиньлуном. Мечник выхватил клинок, рассекая воздух со скоростью, за которой едва успевал глаз. Толпа отшатнулась, ощетинившись вилами.

— Сопротивляться будешь?!

— Зараза!

— Бей его!

Цзиньлун улыбнулся. Противников было много и навались они все разом, ему точно несдобровать. Но кто-то должен сделать первый шаг, а умирать крестьяне и торговцы явно не собирались.

— Может поговорим? — спросил мечник, прищурившись.

С криком «А-а-а!» на него кинулся самый смелый. Взмах. Наконечник вил взлетел над толпой, а крестьянин, неловко зацепившись за ногу Цзиньлуна, кубарем покатился по земле.

Сзади послышались возбужденные голоса. Похоже, спешила подмога. Еще один из крестьян бросился на него из толпы, но повторил историю первого.

— Наших бьют! — закричал кто-то сзади.

Шум ног был все ближе и вот уже десятки глаз напряженно смотрели друг на друга.

— Стойте, стойте, стойте! — рука с мечом смотрела в сторону либеров, пустая — кайанцев. — Давайте поговорим и уладим это недоразумение.

— Отомстим за целлита!

— Культистские прихвостни!

Теперь возгласы доносились уже с двух сторон.

— Да угомонитесь вы! — выкрикнул мечник, пытаясь остановить кровопролитие.

Толпа забурлила. Кто-то шагнул вперед, кто-то навстречу. Удар. Разбитый нос. Крики.

Цзиньлуна подтолкнули сзади, навалились спереди. Он перехватил чью-то руку с дубинкой. Чуть отвел в сторону древко вил. Увернулся. Отпрыгнул. Повалил кого-то на землю. Нанес легкий удар навершием меча. Крутанулся на месте. Подтолкнул в спину. Выскочил из драки.

Никого не убил, уже хорошо.

* * *

Две массы людей столкнулись друг с другом. Пришлось поднапрячься, чтобы не быть растоптанной. Прыжок. Еще прыжок. Резкий поворот. Подруливание хвостом.

Выскочила. Отдышалась. Возлюбленный ловко уложил троих и был уже рядом. Хорош. Прекрасен в сражении.

Запах. Что это? И звуки. Множество копыт. Всадники. Несколько десятков. Приближались со стороны тракта. Либеры, судя по доспехам и прапорам на копьях. Надавили на толпу, но осторожно. Сваливая на землю, стараясь не растоптать.

— Именем Закона! Прекратить! — разнеслась команда. — Что здесь происходит?

Потасовка замерла, распалась. Затихла.

* * *

— Что здесь происходит? — повторил либер, по-видимому, офицер. Его шлем венчал огромный гребень из конского волоса.

— В деревне убили целлита, — выступил вперед один из крестьян, здоровый мужик с кузнечным молотом в руках. С инструмента капала кровь. — Все знают, кайанцы наговаривают на Культы.

— Это не дает вам право вершить самосуд. На территории Семиградья действует Закон, и эти люди находятся под нашей защитой.

— Но мы только что из Сангъяна, — вступился один из либерских торговцев. — Вы не слышали, что там говорят на каждой площади. В отличие от нас. Никакого уважения к Культам.

— Разве кайанские власти не охраняют ваши товары? — возразил офицер.

— Охраняют, но то, что они говорят про Культы, — возмутительно!

— Хорошо. Мы с этим разберемся. А пока живо отправьте кого-нибудь за лекарем!

Вокруг и правда было большое количество раненых. Кто-то держался за руку. Кто-то за бок. У кого-то был подбит глаз. Но трупов, кажется, не видно. Чудо, да и только.

— Мой друг — лекарь, — сказал Цзиньлун офицеру.

Тот кивнул, давая понять, что это то, что сейчас нужно. Цзиньлун побежал за Дэмином. Большинство кайанцев уже проснулось. Те, кто не поспел на потасовку, сейчас испуганно перешептывались. Дэмин еще спал. Мечник, не церемонясь, растолкал чиновника.

— Что? Где?

— Вставай, живей. Нужна твоя помощь.

— Помощь?

— Да, там раненые, захвати с собой лекарства.

— Цзиньлун, что случилось? — проснулась Сяомин.

— Драка случилась… ну или глупость.

— Я с вами, — девушка подскочила с места гораздо быстрее брата. — Что взять, Дэмин?

— Сейчас, сейчас, я сам.

Чиновник поднялся, засуетился, совершая гораздо больше бесполезных движений, чем того требовала ситуация. Цзиньлун покачал головой.

— Вот недотепа, — шепнул себе под нос и добавил громче: — Все, идем.

Когда оказались на месте, солдаты уже навели какое-то подобие порядка. Раненым принесли воды, растащили так, чтобы было удобно осматривать. Дэмин всплеснул руками и принялся за дело. Через какое-то время из деревни пришла старуха-знахарка. Чиновник смотрел на нее с неодобрением, но говорить ничего не стал, только шепнул Цзиньлуну:

— Держать бы таких подальше от лечения.

— Чего ж так? У тебя, может, и сестры не было, если бы не такие как она.

— А может, была бы, но без этого… — Дэмин осекся. — Ну ты понял.

Солдаты тем