Зеркальное отражение - Della D.

Северус поднес чашку к губам, сосредоточенно сделал несколько глотков, проталкивая ком, который неожиданно встал у него в горле. Он не ожидал от мальчика таких слов, не ожидал от него такой проницательности. Что еще он не знает об этом ребенке? Быть может, все то, что он знал раньше, теперь не имеет значения?

Профессор поставил чашку на стол и взглянул на Гарри исподлобья. Тот смотрел на него спокойно, без следов приближающейся истерики, впервые не закрываясь блоком, словно предлагал заглянуть в его голову и убедиться в искренности его слов.

— Не стоит, — словно сам себе пробормотал зельевар. – Я принимаю твои условия, — добавил он уже громче.

— Не условия, Северус, не условия! – почти в отчаянии воскликнул Гарри. – Просьбу и только. Никакого насилия, никаких ультиматумов. Но и никакой лжи. Взаимное уважение и доверие – вот о чем я прошу.

Снейп кивнул, про себя неожиданно подумав, что уже только за эти слова мог бы полюбить мальчишку, сложись их жизни иначе. Допив чай, он встал и предложил:

— Ну что, разгрузим немножко мои шкафы? – А затем, подумав о только что достигнутой договоренности, добавил: — Только не жди, что я дам тебе дорогие, редкие или просто нужные мне книги. Придется тебе довольствоваться тем, что мне мешает.

— Как скажешь, — Гарри усмехнулся и последовал за ним. – А можно спросить?

— Рискни.

— Что не так с моей комнатой?

Снейп резко затормозил и обернулся к нему, так что мальчик чуть не врезался в его грудь.

— Что? О чем ты? – взволнованно спросил он.

— Ну, тебя просто передергивает каждый раз, когда тебе приходится в нее заходить. Я подумал, может, в ней что‑то произошло? Что‑то неприятное…

- …Иди ко мне, Северус, снимай свою мантию, она тебе ни к чему… И, по–моему, ее пора постирать, тебе так не кажется?..

- …Мистер Снейп, вы когда‑нибудь были в комнатах своего профессора?

— Да, сэр.

— Он приглашал вас туда после отбоя?

— Да, сэр.

— Вы были в его спальне?..

— Да, сэр…

— Северус? – обеспокоенный голос прервал обрушившиеся ни с того ни с сего воспоминания. – Что с тобой? – Гарри заглядывал ему в лицо, в его глазах была тревога.

— Все в порядке, — Снейп встряхнул голову, прогоняя остатки видений. – Но я не хочу с тобой говорить сейчас об этой комнате, — он снова отвернулся, продолжив свой путь.

— Как скажешь, — чуть растерянно согласился Гарри. – Как скажешь…

***

Гарри не знал точно, сколько он проспал. Когда он проснулся, было темно. Еще темно, уже опять темно – ему было трудно сказать. Северуса не было, чему мальчик был отчасти рад: скорее всего, пробуждение в объятиях зельевара смутило бы его. То, что кажется нам естественным, правильным и нужным, когда нам плохо, выглядит совсем иначе, когда мы приходим в себя.

Сев на постели, Гарри немного поморщился. Голова была чугунной, тело как‑то странно ломило, как при высокой температуре, одну ногу он, очевидно, отлежал, и теперь ее покалывало. Наверное, он все же проспал целый день.

Гарри сполз с постели и поплелся к двери. Дом был погружен в темноту и тишину. Сердце участило свой ритм, когда мальчик прошел по второму этажу, спустился на первый, но и там было также тихо и темно. На несколько секунд его охватила паника: что‑то случилось, просто так Северус не оставил бы его. Однако Гарри подавил это чувство, убедив себя, что Снейп не может круглые сутки сидеть дома, у него могут быть какие‑то дела, и он вполне мог уйти по этим делам, если думал, что Гарри еще спит и будет спать долго.

Стоило ему успокоиться, как он услышал невнятный шум. Прислушавшись, мальчик понял, что источник шума находится в библиотеке. Едва приблизившись, Гарри услышал голоса. Один из них принадлежал Северусу, а другой, к его изумлению, — Гермионе.

— Спасибо что зашли, мисс Грейнджер, — голос зельевара казался странным, слишком хриплым, слова он произносил нечетко.

— Вы были так взволнованы и расстроены, что я не могла не зайти, — Гермиона отвечала мягко и как‑то буднично. Интересно, часто она вот так «заходит»? – И я думала, вне школы вы зовете меня по имени.

— Вы правы, — Снейп хмыкнул. Гарри не выдержал и припал к замочной скважине, чтобы видеть все, что происходит. Гермиона как раз забралась в кресло с ногами и, не отрываясь, смотрела на Северуса, который стоял у камина, глядя на гаснущие угли. На нем не было мантии, только брюки и рубашка, рукава которой были закатаны до локтя. В руках он грел стакан с огневиски. Бутылка, янтарной жидкости в которой оставалось максимум на два пальца, стояла на каминной полке. Гарри не мог разглядеть лица зельевара, поскольку тот стоял спиной к двери, а лицо Гермионы видел только в профиль.

— Я смотрю, вы все отмечаете Рождество? – с легким укором произнесла Гермиона.

— Вам нечего опасаться, — Гарри готов был поклясться, что губы Снейпа искривились в его фирменной усмешке, когда он сказал это. – Я, может, и пьян, но не опасен. Когда я выпью, я много говорю, но я смирный.

— Я боюсь не за себя, а за вас, — она чуть улыбнулась. – Плохой признак, если человек пьет в одиночестве.

— Хотите выпить со мной? – Северус чуть развернулся и вопросительно посмотрел на нее. Гермиона отрицательно покачала головой.

— Что‑то случилось? – напряженно поинтересовалась она. – Опять Гарри? Вчера мне показалось, что у вас все наладилось…

— Дело не в нас с Гарри, — перебил ее Снейп. – Хотя… дело в Гарри. – Он сокрушенно покачал головой и сделал большой глоток. – Только не думайте, что я сошел с ума, — попросил он. – Я должен вам кое‑что рассказать. – Северус поставил опустевший стакан на каминную полку рядом с бутылкой и повернулся к Гермионе. Та как раз зябко поежилась, обхватив себя руками.

— Вы пугаете меня, профессор, — в ее голосе действительно слышалась тревога. – Что случилось с Гарри? Вчера он выглядел вполне…

— Вчера с нами был не Гарри, — будничным тоном сообщил зельевар, делая несколько шагов в сторону и пропадая из вида мальчика, затаившего дыхание у замочной скважины.

— Извините?

— Я неправильно выразился, — сам себя поправил Снейп, снова приближаясь к креслу девушки с пледом в руках. – Вчера с нами был не тот Гарри, которого мы знали, — он аккуратно укрыл Гермиону пледом и вдруг неожиданно присел на корточки рядом с креслом, положив ладони на подлокотники. Теперь он смотрел на нее снизу вверх. – Поверьте мне Гермиона, я не спятил и не пьян… вернее пьян, но не в этом дело. Десять дней назад, когда начались каникулы, мы с Гарри работали в лаборатории. Ничего особенного, просто экспериментировали. Его зелье взорвалось, и он потерял сознание. А когда пришел в себя – это уже был другой Гарри. Вы знакомы с теорией параллельных пространств? Миры, в которых все случилось иначе, не так, как в нашей жизни. Так вот, этот Гарри оттуда. Из мира, где я никогда его не усыновлял. Мира, где по–прежнему жив Лорд, где я служу ему и Ордену Феникса.