Одержимость. Заставлю тебя - Леся Эм

⁃ Что? Не захотела больше посетить наше скромное обиталище? — понимающе кивнула.

⁃ Мы поссорились, — зачем-то всё выложил ей, отчего тут же поморщился.

⁃ Ооо, поссорились? — смеясь, протянула девушка, непонятно насмехаясь или умиляясь. — И что произошло? Ты не купил ей мягкого плюшевого мишку, о котором она мечтала всю сознательную жизнь?

Артём вспомнил, как Соня отреагировала на его подарок и прикинул, как бы она оценила медведя. С чего он вообще решил, что ей понравится этот браслет? Что ей вообще могло понравиться?

⁃ Ну, не расстраивайся ты так! — игриво подтрунила его «Вера», наклонившись ближе к лицу и укладывая голову щекой на спинку дивана рядом с Артёмом. — Как поссорились, так и помиритесь! Купи цветочки, изобрази раскаяние, извинись и всё такое. На это все девки ведутся.

⁃ Ты тоже? — усмехнулся он.

⁃ Я особый случай, малыш, — состроила девушка мордашку.

⁃ Она тоже особый… — на полном серьёзе ответил. Реакция «Вера» оказалась неожиданной:

⁃ Ух ты! — её глаза загорелись, как по щелчку. — Да кто-то, похоже, влюбился!

Артём дёрнул носом, якобы она несёт бред, но почувствовал, как губы сами расползлись в улыбку, выдавая правду. Но следующая фраза девушки мгновенно отрезвила:

⁃ Артём… — она вдруг опустила радость, и даже яркий окрас не скрыл замены шутки на горечь сожаления. — Ей это не надо…

Мгновенно улыбка Артёма сменилась раздражением, словно именно «Вера» виновата, что он не подходит Соне.

⁃ Мне надо! — слова выдавил сквозь сжатые зубы. Не хотел даже намёк на это слышать, потому что внутри понимал, что она права.

«Вера», впрочем, не напугалась, ей было не привыкать видеть вспышки агрессии Артёма. Она кивнула то ли соглашаясь, то ли понимая, что переубедить вбившего себе что-то в голову Артёма, невозможно. И вроде бы хотела ещё сказать кое что, но заглушив это, снова улыбнулась, правда, с заметным оттенком сочувствия. К кому? К нему? Или к Соне, на месте которой не хотела бы оказаться? Лёгким движением руки «Вера» взъерошила волосы парня и поднялась на ноги, чтобы уйти, снова оставляя одного.

"Вера, которая не верит" — с горькой усмешкой подумал Артём, провожая её взглядом.

Просидев ещё несколько минут, тоже поднялся и, пропуская мимо ушей вопросы присутствующих «уже уходишь», устремился к люку. Зачем вообще припёрся сюда? По привычке? Давно перестал чувствовать себя здесь, как дома. Спрыгнул на лестничную клетку и, переступая через ступеньку, стал спускаться.

Сам не понял, как снова оказался у дома Сони. Время было за полночь. Улица пустовала. Свет в некоторых квартирах уже не горел. Люди легли спать. Высчитал окно девчонки. Оно одно из немногих было подсвечено жёлтым цветом. Артём отошёл вглубь двора и, стряхнув снег с лавочки, опустился так, чтобы оказаться лицом к дому. Не знал, зачем здесь сидит, чего ждёт, и чего хочет. Иногда он активировал экран телефона и заходил в диалоговое окно с Сонькой. Прокручивал их дурацкую переписку. Она всегда отвечала так до раздражающего коротко или вообще игнорировала, что выводила из себя уже этим. Писать не собирался, знал, что сделает вид, будто спит, но продолжал разряжать телефон.

Но в один момент подпись верху экрана вдруг сменилась на онлайн, и Артём тут же взглянул в её окно, в тупой надежде, что Соня увидела его и хочет написать сама, но вместо этого увидел, как потух свет в её комнате. Почувствовал, как неосознанно сжимает зубы. Мозг красочно разрисовывал, как девчонка пишет кому-то другому, лёжа в кровати. Не ему. Впрочем, надпись быстро сменилась на «был(а) в сети в 00.36», а палец Артёма повис над экраном с глупой мыслью самому написать "спокойной ночи". Ни разу не отравлял ей такого, не отправил и сейчас. Но просидел ещё минут десять, пялясь в экран. Статус не изменился, а свет в комнате больше не включался. Спит. В своей маленькой кроватке с розовыми пони.

Как только добрался до дома и коснулся лицом подушки, сразу вырубился. А утром извращённый мираж аромата её волос от постельного белья за секунду до того, как раскрыть глаза, внушил присутствие любимой девочки рядом. Оттого просыпаться одному было особенно отвратительно.

Глава 25

Три недели спустя с момента, как закончился их с Соней «горнолыжный отпуск», Артём снова пришёл к её дому. Остановился у подъезда и набрал номер телефона девчонки. Локтем другой руки зажимал букет с розовыми цветочками, похожими на ромашки. В магазине долго тупил, какие выбрать. На приличный букет денег не хватало, три розы дарить показалось жалким, а ещё он вдруг осознал, что понятия не имеет, какие цветы Соня вообще любит, даже какой цвет выбрать — не знал. Поэтому взял недорогие, но охапку и банально для девчонки розовые. Продавщица предлагала завернуть их в газету от мороза, но отказался, и теперь с каждым пропущенным гудком, что девчонка не отвечала, складывалось впечатление, что их тонкие лепестки скукоживаются от холода.

— Да? — наконец, раздался на том конце знакомый взволнованный голосок, от которого у него тут же затрещал лёд весенней лужи в грудной клетке.

— Привет! — ответил Артём и не узнал свой голос. Что за влюблённый идиот? Стряхнул наваждение и более собранно продолжил. — Спустись на пару минут, я жду у твоего подъезда.

— Сейчас? — женский голос прозвучал напуганно, и Артём прекрасно понимал почему. Он был готов, что Соня в принципе начнёт врать, будто не дома. Но, видимо, не успела сориентироваться, потому что выдала правду. — Я сейчас не могу, можно попозже? — и чтобы уж наверняка спровадить воспользовалась тем, что обычно работало безотказно. — Я через полчаса сама приду к тебе, хорошо?

Артём внутренне посмеялся над паническими нотами в голосе и высказался более понятным языком:

— Выходи, Сонечка, или я поднимусь к тебе сам… — и чтобы даже не думала сомневаться, пояснил конкретно. — А если я поднимусь, то просто так не уйду, — после чего издеваясь добавил. — Выбирай!

В телефоне послышалось напряжённое дыхание:

— Хорошо, сейчас, но только не надолго, ладно?

— Жду! — довольный собой он отключился. Дал ей три минуты, после чего и правда собирался дойти до двери квартиры. Но Соня успела, ведь именно в её интересах было как можно скорее спровадить Артёма. Только стоило девочке оказаться на улице, в наспех накинутой и даже не застёгнутой куртке, без шапки, в уютных домашних штанишках и кофте, как он сграбастал её одной рукой и прижал к себе. Она тут же стала панически оглядываться в сторону дороги. Артём будто бы этого не замечая развернул букет цветами вверх