Одержимость. Заставлю тебя - Леся Эм

я эту вашу любовь, — сжала она губы. Он в ответ окатил её презрительным взглядом. Бабка взгляд выдержала, а потом снова вернула к Соне и заговорила с ней уже по-другому, с пустой обречённостью достучаться до внучки:

— Испоганит он тебе ведь всю жизнь, — протянула, при этом уголки губ опустились и лицо изобразило вселенскую скорбь, будто Артём не в любви признался, а в том, что кого-то убил. — Забеременеешь и…

Перебил сквозь зубы:

— Забеременеет — женюсь! Ещё претензии есть?!

Сонька под рукой сжалась. Снова не обратил внимание. Зато бабка прищурила узкие глазёнки на него, добавив себе не меньше сотни морщин, хмыкнула и переспросила уставившись на внучку:

— Ой, Софа-Софа, о такой ли жизни ты мечтала?

— Какой… такой? — Артём чувствовал, что ещё одна подобная фраза и ему окончательно снесёт голову. Взгляд уже затянуло гневом, а дыхание участилось. Не удивился бы, если со стороны походил на бешеного пса, которого только что пнули под хвост. Но бабка будто специально решила выбесить его ещё больше, снова полностью проигнорировав, поджала губы и смотрела в упор именно на внучку. А спустя секунд десять, так и не получив ответа от Сони, стыдливо потупившей глаза в пол, окинула Артёма уничтожающим взглядом, развернулась и молча направилась к подъезду.

— Баааа… — в немой просьбе не уходить, разомкнула, наконец, Соня губы. Но было уже поздно, бабушка скрылась за дверью в подъезд. Да и что сказать, чем себя оправдать не знала. Слёз не было, лишь пустая обречённость происходящего, когда уже ничего не изменить и ты просто не знаешь, что делать дальше? В голове стучали колкие слова сравнения с матерью, а Соня отчаянно пыталась убедить саму себя, что бабушка неправа, ведь всё не так, у неё всё по-другому…

Только за спиной вдруг раздался безразличный до её чувств голос Артёма:

— Пойдём прогуляемся, пусть она одна побудет.

Парень всё ещё прижимал её к себе, но Соня словно оказалась вне своего тела и этого не замечала, до того как подал голос. Она сморгнула, возвращаясь и сразу же ощущая в полную силу его хватку на себе. Удушающую и сковывающую. А Артём продолжил:

— Ей явно надо переварить информацию, — он говорил словно о несущественных вещах, будто не уничтожил сейчас её только одним своим присутствием в глазах родного человека.

— Я же обещала прийти сама через полчаса… — Соня оттянула руки парня от себя и, отойдя на пару шагов, развернулась к нему лицом. Потухшим голосом задала бессмысленный теперь вопрос. — Ну, зачем ты…?

Он посмотрел на неё будто бы чуть растерянно, но быстро сменил эмоцию на раздражение:

— Потому что надо было раньше познакомить! Сама виновата...

Соня всхлипнула. Раньше? Раньше было бы то же самое. Но одно было верно, рано или поздно всё это в любом случае должно было вскрыться. А она вместо того, чтобы сразу рассказать бабушке о случившемся, послушно выполняла команды Артёма, в надежде, что что-то изменится. Само разрешится.

— Уходи… — тихо, но твёрдо произнесла. Только Артём стоял на месте и определённо не собирался этого делать, потому Соня добавила. — Пожалуйста, — и опустила затравленно взгляд в пол. Смотрела на его высокие чёрные кроссовки, приближающиеся к ней по скрипучему снегу. Красная подошва создавала яркий контраст с белым цветом.

— Всё, успокойся! — бросил небрежно парень, одновременно со словами пытаясь её снова зажать, но она не далась, и тогда сразу же почувствовала силу, что приложил, усмиряя женские трепыхания одним движением. — Как только поймёт, что у нас всё серьёзно, сразу притихнет. Так уж и быть, ради тебя даже готов изобразить из себя примерного мальчика, — он говорил чуть ли не насмехаясь. А от смысла слов и вовсе затошнило. Вначале подружка наркоманка, теперь это и снова врать. Но, внезапно, мысль пронзила стрелой: только зачем? Бабушка ведь и так всё узнала…

— Не трогай меня! — оттолкнула непонятно откуда взявшейся силой. Артём не ожидал и растерянно уставился на неё.

— Ты чего?

— Ничего! Уходи! — повторила, но уже совсем не так смиренно, как в первый.

— Уходить? — никак не хотел понимать Артём и, напротив, шагнул на неё, пытаясь поймать в объятиях, но Соня, как дикий зверёк, бросилась резко на него с вытянутыми руками, чтобы оттолкнуть сильнее. Видела, как непонимание парня переходит в раздражение, но и сама едва ли контролировала себя и потому плохо осознавала, что творит:

— Убирайся вон отсюда! — на этот раз уже закричала ему в лицо.

— Да чё за херню ты несёшь, никуда я не уйду! — успокоительные речи примерного мальчика закончились, наружу вылазил настоящий Артём. И снова попытался схватить её. Но Соня на несколько шагов чуть ли не отпрыгнула назад, благо улица позволяла держать его на расстоянии:

— Я тебя ненавижу! Зачем ты вообще пришёл!? Я думала… я надеялась, что ты, наконец, отстал от меня!

На этом моменте он остановился и завис, всматриваясь в её лицо широко раскрытыми глазами. Голос прозвучал безлико пусто:

— Я просто хотел познакомиться, — попытался зачем-то оправдаться, повторяясь, — чтобы мы не прятались по углам, чтобы всё было по-нормальному.

— По-нормальному? — Соня засмеялась нервным смехом, а из глаз брызнули слёзы. — Ты это называешь нормальным? Тебе ещё не надоело играть в эти отношения?

— Играть? — вкрадчиво переспросил парень, смотря на неё исподлобья.

— Да! Играть, будто всё взаправду… — слова слетали с языка просто, ведь теперь она его не боялась. Она стёрла слёзы одним движением ладони.

— Так мы играем, оказывается? — только вот до Артёма это ещё не доходило. — И что? — снова шаг на неё. — Кто выигрывает?

В этот раз Соня выдержала и не отступила. Упёрлась в него глазами и холодно произнесла:

— Ты проиграл! Мне теперь плевать. Ты больше не сможешь меня заставлять, она всё знает... Я… я… — взгляд растерянно сполз с парня вниз, и в голове поселилась надежда. Скорее себе, чем ему, Соня пробормотала. — Я ей всё расскажу… что ты… что ты меня изнасиловал и… заставлял… может быть, она поверит…

Секундной потери его из поля зрения хватило, чтобы Артём вновь оказался рядом, заковывая в свои кандалы. Соня снова попыталась выбраться теперь уже зная, что бояться нечего и даже хотела предупредить, что если не отпустит, то начнёт кричать, но мужской смех выбил ту небольшую уверенность, что захватила её:

— Изнасиловал? Заставлял? — говорил негромко, целенаправленно именно для неё. — Да ты же только что перед ней вешалась на меня… Ну, чё ты придумываешь, Соня?

Правда стукнула по голове. Увидела себя со стороны. Со стороны глазами бабушки. Как сама выпрашивая поцелуй и как откровенно отвечала, когда позволил себя коснуться. А Артём