Правильные мечты (СИ) - Литт Ксюша

  - Ой, ты прям теннисист, - фыркнула в ответ Инка, - а вообще, я тоже никуда. На танцы бальные давно, и то недолго.

  - Почему?

  - Не успевала. У меня же еще музыка.

  - Ого, - присвистнул Вадька. - Песни. Танцы. Отличница еще, поди?

  - Нет, ударница. - С Инкиными родителями, попробуй только тройку домой принеси. Все мозги промоют о важности образования, и какими прилежными должны быть девочки. - А музыка класс флейты, но и вокал тоже был. И в музыкалке я, да - отличница.

  Инка хвастаться не собиралась. Игра на флейте, так же из-за настойчивости мамы и папы в печенках сидела. Вообще никакой ностальгии от школьных воспоминаний, но получилось, как будто все равно немного порисовалась перед Вадимом. Однако, не заметно, что его эти ее умения впечатлили, скорее наоборот - пай-девочки явно не тот типаж, которые его привлекал. Он покивал головой, хмыкнул:

  - Молодец, - заявил равнодушно и отвернулся.

  Не интересно ему - ну и ладно. Не играет с мячиком - тоже не проблема.

  Взяла телефон, через фронтальную камеру удостоверилась, что черноты под глазами действительно уже нет, вот только и вида приличного тоже нет. Редкие короткие ресницы, визуально уменьшили бесцветные глаза, придавая лицу блеклость и неинтересность.

  Да и ладно, перед кем тут, действительно, красоваться. Не перед Вадькой же. Он ее всякую уже видел. Да и плевать ей, какой она ему кажется. Инна открыла в читалке книжку.

  Вадим играть в волейбол не любил, но с явным любопытством таращился в ту сторону, где была растянута сетка и слышались звонкие шлепки по мячу, сопровождаемые криками играющих. Естественно, не игра его интересовала, а девочки прыгающие там. Вчера в отель заехала шумная компания, одетая в одинаковые футболки. Яркие принты на них с надписью "БАНДА НЕВЕСТЫ", однозначно гласили о том, что девчонки приехали сюда справлять девичник. Среди четырех девочек были, конечно, и два мальчика, но их явно на всех не хватало. Одна из них, как минимум, точно была свободна на данный момент. Видимо это и обнадеживало Вадьку.

  "Кобелина", - досадно отметила Инна и уткнулась в телефон. Глаза машинально бегали по буквам, но смысл не улавливался. Мозги заполнили другие мысли. Вдруг с тоскою подумалось о своей несостоявшейся свадьбе. Выбралась наружу гадкая черная зависть к чужому счастью. Кто-то собирается замуж, а она... Как было бы здорово сейчас так же отдохнуть со своими подругами в преддверии торжества. Неплохая идея, только... не суждено ей сбыться и...

  - Слушай, может, ты уже подойдешь и познакомишься, - буркнула Инна. Эти Вадькины выглядывания красивых девочек, вкупе с накатившим плохим настроением стали раздражать. Ну, в самом деле, что он тут сидит с голодным взглядом. Слюна чуть в трусы не стекает. Бесит только.

  - С кем? - он еще и вид сделал невинный, как будто не понимал.

  - С девочками. Иди. Развлекись. Я за Милкой посмотрю.

  "Мне-то что? Мне без разницы. Совершенно пофиг" - спокойно убедила себя Инна. Тем более, оберегаясь от греха подальше, она уже привыкла все время держать в поле зрения это "исчадие ада". Кажется, уже даже глаза на затылке выросли. Нутром теперь чует все Миланкины передвижения. Иначе с ней никак. Так что все равно от этого бестолкового папаши никакого толка. Пусть валит, заигрывает с кем хочет. Пусть хоть еще одного спиногрыза под шумок настругает для полного счастья. Мало же ему случайных связей. Вперед.

  Вадим с удивлением посмотрел на невозмутимо уткнувшуюся в телефон Инну, отвернулся от волейбольного поля и больше ни разу туда не взглянул. Наверное, показать этим хотел, что Инка ненормальная истеричка, которой в голову непонятно что взбрендело, а он только что не пялился совсем на прыгающих баб. Разве что у виска не покрутил, показывая, какая она дура. Инна сама не понимала, что она так взвинтилась. Ее совсем не трогало, что он на кого-то там смотрел. Но он смотрел и ничего она и не напридумывала.

  Буквально на ужине Вадим все же схлехстнулся с этой компанией, пока набирал еду. Привел к их столу всю банду. Нет с молодежью, без сомнения, веселее. Особенно со всплывшей неизвестно откуда к трапезе бутылкой водки. Просто... бесхозных девочек среди подружек невесты оказалось даже не одна, а две - один из парней оказался чьим-то братом. Да и невеста тут пока околачивалась без жениха. Мало ли какие у нее моральные принципы. Может, ей захочется напоследок оторваться по-взрослому. Короче попал Вадька в малинник. Хоть Инке и было в целом наплевать на его похождения, этот факт ее все равно коробил. И к тому же... Водка...

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

  Инна покосилась сначала на бутылку, потом на Милану и, наконец, на Вадима. Нахмурилась. Что-то как-то не нравилось ей все это.

  - Да ладно, тут каждому по капле выйдет, - успокоил ее тот, который "брат", - немного всем для настроения и за знакомство.

  Вот именно - с капли все и начинается. А у них Милана. Инка впервые сама себя видела в виде брюзжащей моралистки. Но ведь и в самом деле под их ответственностью находился ребенок. При других обстоятельствах она бы первая ввязалась в этот кураж. Сейчас же положение обязывало. Она так и высказала шепотом про дочь бестолковому папаше. Напомнила, что он тут не один.

  - Спать уложим, - беззаботно пообещал Вадька, - последний день остался. Скучно же.

  Невеста, заметившая их препирательства, поинтересовалась:

  - Вы сколько уже женаты?

  "Замуж за этого безответственного оболтуса? Да никогда в жизни и ни за что на свете! Я что, реально похожа на идиотку, живущую с ним?"

  - Восемь уже, - на полном серьезе заявил Вадим и передал Инке пластиковый стаканчик с прозрачной жидкостью на дне. - Вот как раз годовщину и приехали отмечать.

  Все одобрительно с уважением оценили приличную дату совместной жизни.

  "Ага, и каждый день, как в первый раз. Из года в год все крепче и крепче любовь".

  - А вообще, мы с первого класса дружим, - Вадим нес околесицу дальше.

  "Болтун".

  Инна украдкой взглянула на Милу, та во взрослом обществе притихла. Молчала и не понять, что вертелось там, в детских мозгах, но вот эта "рюмка водки" в руках учительницы, ежедневные ночевки в одной кровати с отцом и теперь еще и "восьмилетнее замужество" непременно вылезут еще боком, мало не покажется.

   А впрочем, что теперь терять? Пропадать, так пропадать. Ниже падать уже некуда.

  ***

  - Пап, вы что, на самом деле поженитесь? - Инна стояла у порога и через приоткрытую дверь слышала, как Милка шепотом спрашивала у отца, когда он ее укладывал в кровать.

  - Нет. Это шутка, - Вадька тоже говорил тихо.

  - Ты же сказал, она тебе не нравится.

  - Ну, да. Спи, давай. Я свет оставлю, и телевизор сейчас включу. Мы посидим немного в баре и вернемся.

  - Караоке петь будете?

  - Да.

  - Я тоже хочу.

  - Поздно уже. Мы одни посидим. Хорошо?

  - Не хорошо. Я одна не хочу. Вчера же мы вместе были.

  - Там взрослые. Тебе туда не надо. Не бойся. Мы быстро.

  Послышался тяжелое пыхтение и возня в кровати.

  - Пап?

  - Что?

  - А если она узнает, что она тебе не нравится? Она обидится.

  - Не узнает.

  - Двойки мне будет ставить.

  - Не будет.

  - Честно?

  - Честно. Никуда не уходи и никому не открывай.

  - Ладно.

  Глава 28

  Закрывшаяся дверь номера разделила мир на две реальности. В одной осталась девочка в постели в обществе телевизора и мультфильмов. Там же Инна с Вадимом бессовестно заперли все свои тревоги и заботу о ребенке, точнее отложили на время.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

  В другом параллельном измерении, куда они попали, такое понятие как ответственность перестало существовать совсем. Это был мир чудесной простоты, бездумной легкости, безоглядной дурашливости и вечного праздника, в который они не задумываясь, беззаботно и нырнули, уставшие от невзначай свалившихся на них родительских обязанностей. Едва только раздался щелчок замка они, умудренные жизнью взрослые люди, сами моментально превратились в бестолковых детей. Побежали опьяненные свободой по темной аллее, туда, где через усилитель звука уже раздавался призывный голос аниматора.