День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

— Бомбы закончились, — хрипло произнес над самым ухом десантника Алексей Басов, тоже грязный, с безумным блеском в вытаращенных глазах. — Суки, сожрали! — Полковник вскинул сжатый кулак, словно грозя серому пасмурному небу: — Хрена вы нас достанете! Все, парни, выбираемся! Гляньте, как Матвей, жив ли?

— Дышит! — Азамат Бердыев улыбнулся, словно это была самая счастливая новость в его жизни.

— Полезли, ребята! Олег, берем носилки! Аккуратнее!

Партизаны, карабкаясь по крутому склону, скользя вниз и с трудом удерживаясь на ногах, выбрались на поверхность и замерли — леса, через который они пробирались с такими мучениями, больше не было. На километр вокруг, или даже больше, простирался самый настоящий лунный ландшафт. Всюду дымящиеся кратеры воронок, задранные к неб корни выкорчеванных взрывами деревьев, а под ногами при каждом шаге ощутимо скрежещут щедро напитавшие землю осколки.

— Мать твою! — Олег вдруг представил, что осталось бы на месте города, избери его своей целью американский самолет. Несколько кварталов, десятки домов, были бы превращены в груды битого камня, погребя под собой сотни жильцов.

— Идем! Живее! Не спать, мужики!

Какие картины родились при виде того, что осталось от векового леса, в сознании полковника Басова, для его товарищей осталось тайной, но командир группы спешил увести своих бойцов подальше отсюда. Хотя бы потому, что на открытой местности они были хорошо заметны для вражеских беспилотников.

Американский полковник в нетерпении барабанил по столешнице, ожидая доклада операторов, выводивших в район нанесения удара еще один беспилотник — «Стратофортресс» сделал все, как надо, отбомбился и теперь возвращался на базу, от него, от экипажа бомбардировщика, ничего больше не зависело. Но подтвердить результаты атаки было все же необходимо.

— Сэр, подлетное время «Хищника» — пять минут! — доложил один из операторов, худосочный бледный очкарик, самый настоящий «ботаник». В годы кадетской юности полковника таким не было места в армии, а теперь светлая голова на плечах, пусть узких и сутулых, ценилась побольше, чем могучие бицепсы, особенно, если кроме бицепсов ничего больше и не было.

— Черт возьми, что вы тянете?! О, как долго!

Операторы «Предейтора», мчавшего к заданной точке «на всех парах», не обращали внимания на мучавшегося в ожидании командира. Беспилотник двигался по заранее заложенному маршруту, но «экипаж» постоянно отслеживал «картинку» с бортовых камер — инфракрасной и обычной телевизионной, низкоуровневой, позволявшей вести наблюдение при плохой освещенности.

— Мы в зоне нанесения удара! Вывожу изображение с камер на главный экран!

Огромная жидкокристаллическая панель мигнула, и собравшиеся в командном центре офицеры, в том числе и командир аэромобильной бригады Сто первой дивизии, ответственной за безопасность американского персонала на всем Севере России, увидели огромное пространство, испещренное язвами воронок — следами недавней беспощадной бомбардировки. Удар «Стратофортресса», кажется, уничтожил все живое на нескольких десятках, если не сотнях акров. Свободнопадающие бомбы, точку попадания которых невозможно предугадать, были коварным и жутким оружием, страшнее было бы, имей этот В-52 на борту напалм, но и того, что было, хватило, чтобы вызвать трепет в сердцах военных, которые сами знали, на что шли, отдавая приказ о воздушном ударе.

— С русскими покончено, — произнес кто-то. — Что бы могло уцелеть там?

И тотчас оператор, словно назло говорившему, сообщил на все помещение:

— Есть сигнал! Группа теплоконтрастных целей!

«Предейтор» описал круг, выходя на группу людей, как раз выбравшихся из густой рощи на обширную поляну. Оператор тронул ручку управления, заставляя беспилотник снизиться, чтобы цель оказалась как раз в фокусе высокочувствительных камер разведчика.

— Это они! — зло прорычал полковник. — Живучие, ублюдки!

— Сэр, цель в зоне поражения! Готов к атаке!

Беспилотный самолет «Предейтор» был отнюдь не безобидным разведчиком — на пилоне под фюзеляжем «дрона» была подвешена противотанковая ракета AGM-114A «Хеллфайр» с лазерным наведением. И луч лазерного целеуказателя, обязательно входившего в комплектацию авионики «Хищника», был нацелен в спины сорвавшихся с места, бросившись бежать, людей в грязном камуфляже. Оператор, положив руку на панель управления, выжидающе взглянул на командующего.

— Уничтожьте их!

— Пуск!

Оператор нажал кнопку… и ничего не произошло. Ракета не сорвалась с пилона, устремляясь в погоню за беглецами, разматывая за собой тонкую нить дымного следа.

— Что за черт?!

— Запрещающий сигнал! — немедленно доложил оператор. — Цель только что пересекла границу разрешенной зоны, полковник, сэр!

Это была страховка от человеческой глупости, на случай, если кому-то захочется вдруг пострелять. Спутниковая навигационная система, которой оснащались почти все, за редким исключением, летательные аппараты, исправно передавала координаты, и свои, и цели, на пост управления, а компьютер, сопоставив их с заложенными в его память, выдал однозначный ответ — противник находился вне зоны ответственности. Чтобы снять блокировку, требовалось немногое — санкция вышестоящего командира, чистая формальность, и тогда «Хеллфайр» все же совершит свой первый и единственный полет.

— Полковник, сэр, жду вашей команды!

— Отставить, лейтенант, — негромко, но четко, произнес командующий бригадой. Он не верил в предначертание, но сейчас решил, что это судьба. Русские оказались там, где у него лично не было власти над их жизнями, оказались не раньше и не позже, именно в тот миг, когда должны были все разом погибнуть. — Черт возьми, как бы я хотел быть таким везучим сукиным сыном, — еще тише промолвил полковник, и затем так, чтобы слышали находящиеся радом офицеры: — Свяжитесь с русскими, дайте им координаты группы террористов, маршрут движения, все, что есть! Пусть теперь покажут, что мы не зря тратим доллары на оснащение их Сил безопасности!

Офицер связи уже запрашивал штаб ближайшего подразделения русской полиции — их было расквартировано немало вдоль границы зоны ответственности Армии США. Скоро район нахождения террористов будет надежно блокирован. Довольно зря гибнуть американским парням, их уже и так убито немало на этой земле. Полковник расслабленно выдохнул — свое дело он сделал.

Группа выбралась на большую поляну, позади остался перелесок, чудом не сметенный бомбардировкой, а впереди — обширное пространство, лишь кое-где поросшее жидким кустарником. В таком не спрячешься, не затаишься. И именно в тот миг, когда группа достигла центра поляны, и кромка леса уже приближалась, чтобы укрыть партизан, из облаков вывалился американский беспилотник.