День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

Люди не принимали сейчас никакого участия в управлении полетом своего самолета. «Стратофортесс», подчиняясь командам «автопилота», бортового компьютера, получавшего данные о координатах от инерциальной навигационной системы «Хониуэлл» AN/ASN-131, простой и надежной, ходил по замкнутому маршруту, представлявшему окружность радиусом почти пятьдесят миль. В небе не было никаких ориентиров, приметных вех, по которым можно отмечать путь. Все, что видели пилоты — зиявший прорехами облачный ковер, серое покрывало, укутавшее землю. Иногда сквозь рваные дыры в этом покрове удавалось разглядеть бескрайний лес, буро-зеленый простор, по которому змеились серебристые ленты рек, что нести свои воды к не такому уж далекому от этих мест Белому морю.

— Какого черта здесь мы вообще нужны? — Капитан Митчелл, второй пилот, в прямом и переносном смысле — правая рука командира экипажа, потянулся, меняя позу, когда тело от неподвижности начало заткать. — Компьютер со всем справляется не хуже человека, он не устает, не отвлекается. Давно пора перевести все бомбардировщики на дистанционное управление. Было бы неплохо — сидишь на земле, с пивом и гамбургером, жмешь на кнопки, а где-то за тысячу миль на головы каких-нибудь ублюдков падают сброшенные по твоей команде бомбы!

Полковник Колин Руперт ничего не сказал в ответ — отчасти потому, что было лень тратить силы даже на такую мелочь, а отчасти — потому что маявшемуся от скуки экипажу нужно было хоть как-то развлечься, так что пусть треплются, если это не мешает делу. Тем более, полковник был во многом согласен со своим вторым пилотом, ведь тогда, над водами Баренцева моря, они оба уже успели попрощаться с жизнью, падая в море на поврежденной машине, с трудом удержав тогда в воздухе расстрелянный в упор русским перехватчиком «Стратофортресс» и таки дотянув до Норвегии, где не приземлились — рухнули на первую попавшуюся полосу. За несколько минут шесть человек, шесть летчиков, постарели на несколько лет, но им еще повезло — чертов русский «Фоксхаунд» за несколько мгновений свалил три В-52Н, и не все члены экипажей атакованных машин смогли воспользоваться катапультой.

— «Предейторы» ведут разведку, управляясь с земли по радио, — развивал мысль вошедший во вкус Митчелл. — И не только разведку — они могут сразу же атаковать обнаруженную цель ракетами «Хеллфайр», а если с земли ответят огнем, операторы ничем не рискуют. Ведь то же можно сделать и с нашими «динозаврами». Наверное, опять экономят! Проще послать в пекло простых американских парней, чем потратить несколько миллионов на то, чтобы создать хренов компьютер, и путь он воюет, сколько угодно!

Колин Руперт снова промолчал. Всегда считалось, что экипажи стратегических бомбардировщиков рисковали намного меньше других пилотов — истребителей и штурмовиков, выходивших в атаку на цели, видимые невооруженным глазом. Вся работа «Стратофортрессов» заключалась в том, чтобы выйти на рубеж пуска, отстоящий от цели на добрую тысячу миль, избавиться от своих ракет и спокойно вернуться домой. И в тот майский день все должно было быть именно так — но русские перехватчики, появившись тогда, когда их никто не ждал, заставили вспомнить, что на войне можно и умереть.

За тот бой им объявили благодарность, всем, кто выжил, кто добрался до земли целиком, а не по частям. Благодарность и недолгий отпуск — вот и все, что они получили. А потом снова пришлось возвращаться на войну. И командир Девяносто второго бомбардировочного авиакрыла, вдохновляя остальных пилотов, совершал вылеты едва ли не чаще, чем любой другой его экипаж.

Тяжелый бомбардировщик В-52Н «Стратофортресс» оказался самолетом, намного более универсальным, чем новейшие многофункциональные истребители вроде «Раптора» или «Страйк Игла». Именно стратегические «Боинги» начали операцию «Доблестный удар», выпустив из-за горизонта такую тучу ракет AGM-86C по позициям русских, что вражеская система противовоздушной обороны захлебнулась. Это уже потом в пробитые бреши ворвался поток палубных «Супер Хорнитов», добивая ошеломленных русских, а начали все именно пилоты «Стратофортрессов», да еще подводники, посылавшие вдогон свои «Томагавки». Это они обеспечили успех воздушного наступления, добыв победу в бою.

Тогда им сказали, что все, закончилось, что они — герои и просто молодцы, что мир счастливо избежал ядерной войны. Полковник Руперт был готов в это поверить, ведь он сам видел понуро бредущих русских солдат, целые колонны русских, обезоруженных, сопровождаемых чисто символически конвоем. Но это было только начало. Многие враги сдались в плен, сложил оружие, но были другие, те, кто ушел в леса, и теперь наносил стремительные, внезапные и точные удары. И снова гибли американцы, а это означало, что вновь нашлась работа и для крылатых «ветеранов» В-52Н.

Враг поменялся — вместо армии, вооруженной всеми видами оружия, имеющей четкую структуру, центры управления, по которым так хорошо наносить удары крылатыми ракетами, пришли классические партизаны, летучие отряды, не имеющие даже какой-то постоянной базы. А потому изменилось и оружие, и сейчас в грузоотсеке, на многозамковых бомбодержателях вместо «умных» ракет были подвешены свободнопадающие бомбы «Марк-82» калибром пятьсот фунтов, всего двадцать четыре штуки — намного меньше, чем мог поднять в небо огромный мощный «Стратофортресс». Простое, грубое, даже примитивное оружие — но способное стать смертоносно опасным в сочетании с бортовой прицельно-бомбардировочной системой IВМ-«Рейтеон» ASQ-38, дополненной обзорно-навигационной системой AN/ASQ-151. Последняя, включавшая низкоуровневую телевизионную камеру и тепловизор, позволяла вести поиск целей автономно и в любое время суток. Но «Стратофортресс» был не одинок — в тесной связке с ним действовали беспилотные разведчики RQ-1A «Предейтор» и более мощные RQ-4A «Глобал Хок», и даже спутники типа «Ки Хоул-11», а потому лишенные каких-либо систем наведения бомбы — такими же когда-то стирали в пыль немецкие и японские города — ложились с поистине убийственной точностью. В прочем, использовать свое оружие экипажу полковника Руперта пока так и не довелось. А потому приходилось, вот как сейчас, коротать время за бессмысленной, в общем-то, беседой.

«Стратофортресс» неожиданно оказался более приспособленным для миссий COIN, чем даже специально созданный для борьбы еще со вьетконговскими повстанцами АС-130, «летающая канонерка». «Милитаризованному» транспортнику «Геркулес» требовалось опуститься на малую высоту, чтобы вести точный огонь из бортового оружия — стапятимиллиметровой гаубицы, автоматических пушек и пулеметов «Миниган». Опуститься — и подставиться под ответный огонь с земли, под ракеты ПЗРК.