Опасные хитрости - Барбара Хазард

Герцог нахмурился, хотя и напомнил себе, что он должен вести себя вежливо. В конце концов это была его мать.

– Я не могу сейчас задерживаться, мама, у меня совсем нет времени на обсуждения. Этот визит очень важен. И кроме того, что бы ты ни сказала, я уже не переменю своего решения. Извини меня.

Взяв шляпу и трость из рук лакея, он вышел из дома. В кармане у герцога было фамильное обручальное кольцо Роулингсов, украшенное бриллиантами и большим изумрудом. Клэр думал о том, что, может быть, надо по пути купить самый большой букет роз, который он сможет унести в руках. Но он так торопился к своей цели, что решил не тратить времени. Он даже не слышал приветствий друзей и знакомых, которые встречались ему на пути.

Леди Майклс не заставила его долго ждать. Как только дворецкий провел его в гостиную, она послала за мисс Дианой, но просила ни в коем случае не говорить ей, что у них гость.

– Мы устроим ей сюрприз, дорогой мой мальчик! Ах, как я рада видеть вас! Но не волнуйтесь, я тут же исчезну с ваших глаз, чтобы вы могли побыть наедине с Дианой. – И она подмигнула ему: – Вы уж извините, но мне не терпится поскорее услышать о том, как у вас все получилось.

Она вышла, а всего через несколько минут в комнату проскользнула Диана. Однако Уильяму Роулингсу эти минуты показались вечностью.

На Диане было простое белое утреннее платье, и она выглядела в нем необыкновенно очаровательно, стоя в дверях и прижав от удивления руки к груди. Сердце герцога забилось часто и тревожно.

– Дорогая моя Ди, наконец-то! – сказал он, беря ее за руку, чтобы усадить на кушетку.

Диана не сопротивлялась. Она не могла произнести ни слова и с побелевшим лицом смотрела на него.

Леди Майклс сообщила герцогу, что Диана очень расстроена и желает лишь уехать обратно в Истхем. Но это было не совсем так. Действительно, она горевала и глубоко переживала несколько дней, когда узнала, что это мать Клэра распространяет о ней сплетни. Но затем гнев и чувство мести возобладали. Она была решительно настроена отомстить всем Роулингсам за ее испорченную репутацию и за ее страдания.

Диана еще не знала, как она сможет отомстить, хотя лорд Эванс успел ей шепнуть, что герцог Клэр вернулся в Лондон. Это было вчера, когда она прогуливалась с лордом Эвансом утром по парку. Пьерпонт Эванс любил Диану, и он сам страдал, что такую замечательную девушку третируют словно парию. Он видел, что Диана ведет себя достойно и делает вид, что ничего не замечает. Хотя она хорошо знала, о чем шепчут за ее спиной, как на нее смотрят и показывают пальцами те, которые понятия не имели, что все это сплошное вранье.

Лорд Эванс очень хотел сказать Диане, что Клэр уже пытается разорвать свою помолвку с Корнелией. Но поскольку леди Майклс попросила его хранить молчание, ему ничего не оставалось делать, как надеяться, что герцог уладит все как можно быстрее.

Теперь Диана глубоко вздохнула и, чтобы не дрожали руки, сложила их на коленях.

– Я не знала, что вы здесь, сэр, иначе я бы не пришла. Но, может быть, дворецкий что-то напутал?

Герцог уже хотел сесть с ней рядом и обнять, но его остановил ее ледяной голос.

– Моя дорогая Диана, но почему такая холодность?

– Думаю, что нам с вами совершенно не о чем говорить, сэр, – сказала она, собираясь уже встать и уйти.

Нисколько этим не смущаясь, однако, герцог сел рядом и сжал ее руки.

– Я не понимаю, в чем дело, моя девочка? – воскликнул он. – Нам хватит разговоров на долгую-долгую жизнь!

– Должна вам сказать, что меня очень удивляет ваш визит, а главное то, что вы позволяете себе находиться со мной наедине. Да, это ведь очень рискованно даже для такого человека, как вы. Ведь у меня очень дурная репутация.

Теперь ее голос был почти обычный, хотя Клэр слышал в нем сердитые нотки.

– О, знайте же, что теперь мое имя во всем городе произносят как символ греха и разврата, – продолжала она. – И даже ни для кого не секрет, что я провожу каждую ночь с другим мужчиной. Но, может быть, вы пришли как раз для того, чтобы об этом договориться? Ну конечно! Какая же я глупая, что не предложила вам… ой!

Она вскрикнула от боли. Герцог крепко сжал руку Дианы.

– Замолчите! – сказал он. – Не желаю слышать, как вы сами клевещете на себя!

– Вы делаете мне больно!

Диана пыталась высвободить свою руку, испуганная блеском в его глазах. Герцог отпустил ее немедленно.

Она решила не обращать внимания на боль. Ни за что она не будет тереть перед ним свою руку!

– В любом случае вы поступаете неразумно, приходя сюда. Но вы можете надеяться, я никому не скажу об этом. Не бойтесь. Скоро я уезжаю обратно в Истхем, домой. Там, у меня дома, люди ведут себя прилично и не причиняют друг другу вреда просто из развлечения. У меня дома ни один повеса не посмеет заниматься со мной любовью и одновременно лгать.

Ее голосок дрогнул, и она отвернулась, а герцог продолжал смотреть на нее.

– Я забыл, что вы еще не знаете, – начал Клэр, стараясь быть спокойным.

Он увидел страх в ее глазах, когда она взглянула на него, и сильно смутился. Меньше всего он хотел пугать ее.

– Я разорвал помолвку с леди Корнелией. Объявление об этом появится в сегодняшних газетах. Теперь я свободен. Поэтому я к вам и пришел.

Диана повернулась и посмотрела на него. В ее глазах появилась надежда. Затем выражение ее лица изменилось, и она пожала плечами:

– Ну и что? Какое это имеет значение после всего, после этого скандала? Нет, я уезжаю в Кромптон-Эбби.

– Понимаю, – серьезно сказал герцог.

Она даже обиделась, что он и не пытается ее переубедить.

– Однако будьте так добры и выслушайте меня, – продолжал он и нежно взял ее руки в свои. – Я пришел, чтобы просить вас стать моей женой. Если вы помните, несколько месяцев назад я предлагал вам быть моей женой, моей герцогиней. И я не лгал вам тогда. Я не обманываю вас и сейчас. Я не переменил решения – ничто не заставит меня это сделать, и уж, конечно, не светские сплетни и глупые интриги. Я люблю вас, Диана, я люблю вас больше всех на свете. И мне почему-то кажется, что вы тоже любите меня…

– Мои чувства здесь не при чем! – воскликнула она, отдернув свои руки и отодвинувшись, чтобы его близость не волновала ее. – Неужели вы не понимаете, что я не могу решиться на такой шаг! Вы должны понять меня, Клэр! Нет, я не буду вашей женой. По крайней мере, не сейчас.

– Тогда объясните, почему, моя дорогая. Впрочем, все равно не поверю.

Диана хотела бросить ему в лицо слова о том, что ей невыносима мысль стать прислугой для его матери. Но вместо этого она сказала наконец:

– Вы забыли, что есть еще сэр Перси Ноттингем. Герцог поднял брови.