Средневековая история - Галина Гончарова

— Порекомендуйте мне хорошего ювелира, достопочтенный…

— Лучший ювелир, госпожа графиня — это старый Хельке Лейтц. У него лавка неподалеку от ратуши, тут всякий покажет.

Аля кивнула.

— Благодарю вас. Наше общение доставило мне искреннее удовольствие. Жаль, что мы встретились по такому печальному поводу. Но надеюсь, эта встреча не последняя…

Такой легкий намек. Ювелиром не отделаешься, гад такой. Если ты сыночка не воспитал в детстве — спохватись сейчас.

Мэр ответил вымученной улыбкой и заверениями в своей искренней симпатии к госпоже. Лейф помог женщине спуститься. И Лилиан вздохнула про себя.

М-да.

Путешествие, конечно, сильно помогло. Килограмм десять она точно потеряла. А то и побольше. Платья висят, как на вешалке. Но сколько ж ей придется работать над собой…

А что вы хотели?

В Лилиан Иртон было килограмм 120. Это ж надо так отожраться!

Вирмане ждали внизу. Пятеро здоровущих хмурых мужиков. Но раскланялись все, как один. Видимо, Лейф им что-то сказал. Лиля ответила «милостивым наклонением головы» и взгромоздилась на лошадь.

Посмотрела на свой эскорт.

Так и явиться к ювелиру?

А почему бы нет?

Ставим золотой против старой половой тряпки — ювелир наверняка жулик, каких свет не видывал! Лучше сразу произвести впечатление.

Лейф пожал плечами, но отправил вирман на корабль, а сам взял лошадь под уздцы.

Лиля посмотрела на свое платье.

Минус еще одна роскошная тряпка. Или нужно срочно изобрести мыло. Древесной золой и корнем какой-то местной травы это дело не отстираешь, конский пот — штука въедливая.

А что мы помним про изготовление мыла?

Либо щелочь и жир. Либо сода и растительное масло. Ну и соляной раствор. И в обоих случаях получим что-то близкое к хозяйственному мылу. А уж сделать из него что получше… это задача несложная. Добавки, присадки…

Ага, взвоет кто-то. А где взять щелочь?

Лиля не знала, есть ли тут гидроксиды натрия и калия, но слабенький щелок она сама могла спокойно сделать. Зола, известь — и пара суток времени для гарантии. Древесная или травяная зола у нас не вопрос, в любом веке, а известь… да понадобится — сама сделаю!

Мрамор, мел… обжиг — не проблема. Вот на чем… ну да ладно. Костер по идее должен дать подходящее количество тепла. А нет — на железный лист и в кузнечную печь!

И делаем щелок.

То, что получится, вполне подойдет для омыления жиров.

Они это и на химии делали.

Да-да на той самой прикладной химии. Которая шла факультативом, но ходил все равно весь класс. Интересно ведь было до ужаса.

И рецепты прочно оседали в памяти.

Любая косметика, парфюмерия, бытовая химия… Лиля могла приготовить все.

Если на то пошло — она могла даже сделать бездымный порох. Знала, как получить нитроглицерин и как сделать из него динамит. Делала бенгальские огни и фейерверки. Успела полепить из глины — и знала, как делалась керамика. Только не была уверена, что сможет повторить это здесь. Вопрос оборудования.

Зная химию — не пропадешь в любом веке. Главное уяснить, что любое вещество есть в природе. И уметь его там распознать. Надо бы поискать здесь мел. Мрамор-то точно есть.

Интересно, а таблица Менделеева здесь такая же?

Если что — будет таблица Лилиан Иртон!

А про медицину не стоит даже упоминать.

Лиля твердо намеревалась завтра посетить ярмарку — и покопаться от души в травах и местных растениях.

Мало ли что ей пригодится?

Даешь Мичурина?!

— госпожа графиня, — отвлек ее от размышлений голос Лейфа.

— Да?

— Вы все-таки хотите к ювелиру?

— Да. А что?

— Судя по имени, это большой пройдоха. Он явно из эввиров.

— Эввиров?

Лиля навострила уши. И Лейф понял, что нужны разъяснения.

— Эввиры — они не имеют своего государства. У них своя вера, свое письмо, они вообще считают, что они — единственный народ, созданный истинным Богом.

— А Альдонай?

— Всего лишь один из его подручных.

Лиля фыркнула.

— а как к этому относится церковь?

Спрашивала она не просто так. И увидела во взгляде Лейфа ответную иронию.

— Очень, очень не одобряет.

— И в чем проявляется неодобрение?

А в душе все пело от счастья!

Неужели?! Неужели появится человек, с которым можно разговаривать?! Пусть не на равных — слишком уж разные времена, но хотя бы так!

Пусть пират, пусть вирманин — ПЛЕВАТЬ!!!

Главное, что Боги его не обделили мозгами. Хотя это — неудивительно. Дураки долго капитанами не бывают. А если взять пиратов…

Любой пират, который стал капитаном и проплавал долго…

Они бывали сволочами. Садистами. Откровенными мразями и выродками.

Но дураками они не бывали никогда.

И если Лейф не дурак…

— Неодобрение проявляется в повышенных налогах на торговлю, кроме того, эввиры не имеют права носить зеленое, селиться ближе, чем три перестрела к церкви (Лиля привычно перевела перестрелы — получилось порядка полкилометра), их не хоронят на кладбищах, им запрещено открыто поклоняться своему богу…

— Они все это терпят?

— Когда нет выбора, стерпишь еще и не такое.

Лиля кивнула.

— и чем же они занимаются?

— Купцы, ювелиры, ростовщики… много всего. Им бог велел быть грамотными — всем, даже женщинам! Поэтому они всегда возле денег.

Поголовная грамотность Лиле понравилась. Всем бы так.

Что ж.

Может быть, оно и к лучшему — что ей сказали про этих людей?

Она отлично знала — чтобы выжить, нужна своя команда. Где бы ты ни оказалась.

В другом городе, в другой стране, в другом мире… один в поле не воин!

Из кого формируется команда?

Есть несколько условий.

Выбор сильно зависит от цели. Хочешь жить спокойно и тихо — дружи с тихонями. Хочешь блистать — выбирай подходящую оправу. Хочешь быть лидером — подбери парочку-троечку ведомых. Примерно так.

Это для института. Здесь же…

Ей надо выжить — это первое.

Жить хорошо — это второе.

Наладить свой быт. И…

Лиля опасалась даже думать об этом — пока. Но в глубине души, увы, было. Зудело комаром и не давало жить спокойно.

Джес Иртон.

Ее супруг.

Жена в средние века — собственность мужа. Вот приедет, такой весь крутой — и прикажет ей ложиться с ним в постель. И что делать?!

Ежели даже цианидом пока не обзавелась?!

Либо убить супруга и бежать, либо просто бежать, либо прибить его на фиг и обставить дело, как несчастный случай.

Сидела я, ногти саблей чистила… ладно! Мечом! Кто ж ему виноват, что он тридцать два раза поскользнулся — и все горлом на меч?!