Средневековая история - Галина Гончарова

Люди так и делали.

Лестницу в подвал тоже охраняли.

Лиля огляделась. Посмотрела на Лейфа:

— Графиня Иртон что — должна ждать в прихожей!? Как какая-то просительница!?

— Ни в коем разе, госпожа. Разрешите вас сопроводить?

Лилиан холодно кивнула.

— Будьте любезны.

Лейф ухмыльнулся. А потом со всей дури грохнул древком топора об пол и рявкнул так, что стены дрогнули.

— Расступись!!! Графиня Лилиан Иртон к мэру города!!!

Эх, хорошие легкие у парня!

— Лилиан Элизабетта Мариэла Иртон, — шепнула Лиля.

Да-да, именно так! Чай графиня, а не хвост кошачий! Сама удивился, когда узнала от верной Марты. Хотя женщина себя воспринимала именно как Лилю. Как-то оно было созвучнее с прошлым именем…

Люди послушно расступались, открывая проход к лестнице на второй этаж. Лиля чертыхнулась и направилась к ней.

Зар-раза!!!

Грязи — по колено!!!

У себя дома она все это оттерла. А здесь перила — как в подъезде без домофона, ступеньки старые, слегка скошенные — на каблуках она бы точно отсюда навернулась. Да так, что костей не соберут.

Средневековые тапочки держали.

Да и Лейф сзади подстраховывал.

Лиля мужественно преодолела лестницу и огляделась. Опять — зал. Вообще ощущение, что этаж просто поделен надвое. Висит какой-то герб, здесь же флаги, камин, громадные окна — ЗАСТЕКЛЕННЫЕ!!!

Хотя и не большим стеклом. Маленькие стеклышки сложены в тяжелые рамы. Но для местных, видимо, и это — подвиг. Лиля ностальгически вспомнила свой змеевик.

Ничего. Был бы песок да оборудование…

Стены выкрашены в красный цвет. Интересно, зачем? И уже по красному цвету расписаны орнаментами. Красиво, но непривычно.

— Госпожа? — прогудел над ухом голос вирманина.

Лиля решительно пересекла зал. Дверь даже на вид выглядела тяжелой. Сама она ее в лучшем случае робко приоткроет. А здесь так нельзя. Первое впечатление — это все.

И вообще! Она — графиня! И ей многое позволено.

— Лейф?

Вирманин кивнул — и со всей дури так пнул дверь, что женщина едва не зажмурилась. Грохот пошел — как от слона в посудной лавке.

Но не зажмурилась. Наоборот — вгляделась в открывшуюся картину.

Вот как сегодня выглядят кабинеты чиновников.

Несколько столов, заваленных бумагами. Но одном из столов свалена то ли добыча, то ли процент — какие-то тряпки, тарелки, подсвечники… черт их всех разберет!

За столом сидит мужчина. Перед столом стоит вчерашний сопляк. Ах, вот где ты прорезался, гад?! Ну, если вирмане твоих рук дело — берегись. Я добрая, но наехать придется. Точно.

Или сначала попробовать вежливо?

Наверное, второе. Тем более все затихли и смотрят на нее. Лиля бы представилась сама, но Лейф времени не терял:

— Графиня Лилиан Элизабетта Мариэла Иртон.

Прозвучало это еще душевнее, чем внизу. Лиля заплыла в кабинет и улыбнулась.

— Добрый день. Я вижу перед собой мэра города Альтвер?

Очнулись. Встали, разулыбались, как родной, представились, мужчина выполз из-за стола и принялся кланяться. Попутно оценив и одежду, и тяжелый браслет, и кольцо, и серьги…

Лиля тоже оценила. Мужик лет пятидесяти — то есть реально ему 35–40, в таких условиях стареют раньше. Не слишком высок, ей примерно до уха, подлысоват, чуть полноват — типичный чиновник. Но глаза цепкие и умные. А костюмчик — это она уже поняла — сшит из шелка темных тонов. И стоит тоже достаточно дорого. На пальце перстень с баронской короной. Но не изумруд, конечно. Синее — сапфир? Должен быть сапфир[13].

Нет, это определенно не гусь. Это птица поумнее. Даже странно, что в таком захолустье. Или просто — подальше от начальства?

Несколько минут было потрачено на расшаркивания и изложение проблемы — и Лиля мысленно потерла руки.

Враг будет разбит, победа будет за нами. Тип явно растерян. Вот чего-то краснеет, бледнеет…

Ан нет. Недооценила…

— Дарий, распорядись насчет вина и сладостей для дам.

Лиля благосклонно кивнула. Не говорить же про диету? Не поймут…

Сопляк вымелся из кабинета, а барон уставился на Лилю умными внимательными глазами.

— Ваше сиятельство, вы утверждаете, что это — ваши люди?

— Это и есть мои люди, достопочтенный Торий, — Лиля смотрела холодно и жестко. — И то, что они — вирмане, ничего не меняет. Я умею ценить преданность.

— Я и не сомневался в преданности ваших людей, госпожа…

— Так в чем их обвиняют?

Барон улыбнулся.

— Это была простая ошибка…

Скрипнула дверь. Служанка внесла поднос, на котором стоял серебряный кувшин, такие же серебряные чарочки, а на большом блюде горой громоздились засахаренные фрукты.

Все это было с поклоном сгружено на стол. И барон лично принялся ухаживать за гостьей. Налил вина. Предложил засахаренную сливу…

Лиля сделала вид, что пьет, сливу взяла, чтобы было, что вертеть в пальцах… еще есть это не хватало. Худеть надо! Пальцы тут же сделались липкими и это придало здоровой злости.

— Неужели? И чья вина в этой ошибке?

Глаза женщины были ледяными. Но барона это сильно не тронуло.

— Госпожа графиня, стража ошиблась…

— Да неужели? — голос Лили был полон иронии. — Вот просто так десяток стражников пошел на причал, ждать вирман, сидели в засаде с луками и арбалетами… и им никто не отдавал приказа?

Барон пожал плечами.

— Я могу приказать разобраться…

— а я тоже могу, — кубок жестко стукнул о стол. — Достопочтенный Торий, я могу сказать мужу о том, как обошлись с его людьми. С людьми, которые должны обеспечивать мою безопасность. Полагаю, после этого расследование будет вестись более тщательно?

Торий скривился, как от холодной воды, попавшей на больной зуб.

Что-то тут определенно нечисто. Надо дожимать.

— И почему вы были так недовольны своим сыном с утра пораньше? Может быть, потому что им была вчера весьма недовольна я?

И чутьем поняла — попала!!!

— Ваше сиятельство?

— Вчера ваш сын грубо оскорбил жену командира моей личной дружины. Мне пришлось вмешаться в конфликт. И это — не успела я приехать в город. Сегодня же мои люди оказались под стражей.

Лиля смотрела четко в глаза барону. Давила взглядом. Плевать, что она женщина! Мы и тигров укрощаем! Здесь и сейчас имеет значение только сила воли. А уж ее у настоящего медика — объешься! И мужчина, хоть и не смутился, но каким-то чутьем женщина уловила — дрогнул на миг.

Дрогнул!

— Госпожа графиня…

— Не надо, достопочтенный Торий. Я все понимаю. Это — ваш сын. Я бы своего тоже защищала.

В глазах барона появилось что-то, похожее на облегчение. Ненадолго.