Платье для убийства - Анастасия Борзенко

стоял у входа в ресторан в смятении. Точнее сказать, в полном ужасе. У него потели ладони и периодически возникал нервный тик в левом глазу. Давно не ходил по свиданиям. Особенно с такими женщинами, как Анна Прозоровская.

Столик заказан, ресторан один из лучших в городе. Он не стал покупать цветов, чтобы не делать акцент на значительности происходящего. Женщина должна четко осознавать, что правила диктует не она. Это задача мужчины — расставлять приоритеты, если он купит цветы, она воспримет это как должное, а если нет — задумается, по какой причине. В правилах Максима Глебовича было покупать цветы на второе свидание, но никак не на первое, а правил он никогда не нарушал.

Прошло уже пару минут после назначенного времени. Женщины всегда опаздывают. Они делают это намеренно, чтобы мужчины довели себя до состояния полного изнеможения, тогда они появляются как победительницы и демонстрируют свою власть. Вот почему покупать цветы на первом свидании — давать им двойные очки и непозволительно большую фору.

Максим Глебович пытался представить сценарий дальнейших событий, но совершенно ничего не приходило в голову. Что будет после ужина? Следует ли проводить Анну до дома, или прямо сказать, что забронировал номер в ближайшем отеле? Надо ли будет покупать цветы, если она согласится ехать в гостиницу? Как вообще задать этот вопрос?

От мыслей его отвлек официант, он вручил бумажную салфетку, на которой было написано «прости» и красовался яркий отпечаток красных губ.

Что это значит? Она так дала ему понять, что передумала? Передумала ужинать или не уверена в продолжении? Как можно так поступать без объяснений?

У него даже ее телефона нет. Есть адрес, правда… Можно позвонить Лане, она собирала досье на Анну, определенно надо позвонить. Он не позволит так просто отделаться салфеткой и дешевым отпечатком губ. Никто не может так себя вести с ним. Стало смешно и стыдно от собственных мыслей пару минут назад. Размечтался и раскатал губу! Цветы и отель! Пока он обдумывал цветы и отель, ему дали под дых — лучше и не скажешь. Максим Глебович сжимал в руках салфетку и никак не мог решить, что хочет сделать больше — заказать вкусный ужин, раз уж оказался в этом месте, насладиться стейком и хорошим виски или поехать домой.

Остаться в ресторане означало отдать кучу денег за тарелку еды, но это будет получше, чем снова пить виски в полном одиночестве с Паем у себя дома.

Хотя есть еще один вариант — вызвать такси и поехать к Анне, чтобы сказать ей в лицо, что он не из тех мужчин, с которыми можно обходиться подобным образом. Бесцеремонным и издевательским. По такому случаю он даже купит цветы, вот здесь они точно будут уже к месту.

Кто-то звонит. Может, у Анны проснулась совесть или есть какие-то вразумительные объяснения?

Черт. Совсем забыл, что обещал встретиться с дочерью. Ее имя высветилось на экране телефона. Может, сделать ей приятное и переиграть с ужином?

Максим Глебович сбросил звонок и отправил сообщение с адресом. Ничто не происходит просто так, и во всем надо уметь видеть преимущества. Он еще успеет сегодня поговорить с Анной и прояснить ситуацию, просто так отказываться от нее он не собирается и больше не позволит диктовать условия, но сначала поужинает с дочерью в хорошем дорогом ресторане. Анна, видимо, давно не общалась с настоящим мужчиной, способным на решения и поступки. Она испугалась, иначе объяснить ее поступок он логически не мог. Она не производила впечатление взбалмошной барышни, скорее всего, это такие игры.

Увлеченный новым планом, меню и выбором блюд для дочери, он не заметил, как к столику подошел молодой мужчина.

— Извините, вы следователь Разумовский?

— Да. — Максим Глебович поднял глаза и внимательно посмотрел на молодого человека. — Чем могу помочь?

— Вам просили передать… — Парень положил на стол сверток и поспешил удалиться.

— Что за… — Максим Глебович с некоторым сомнением изучал сверток, но решил его развернуть. Довольно небольшой. Аккуратно завернут в черный пакет, такие используют для мусора. Если это кто-то из недоброжелателей и предупреждение — ничего хорошего не выйдет. Но не вызывать же наряд саперов…

Кто-то знал, что он в этом месте в это время, и что-то ему прислал. Этот кто-то следит за ним? Он аккуратно развернул пакет, и на секунду в груди похолодело. Внутри лежал файл, а в файле — степлер. Неприятно засосало под ложечкой, этого не может быть, это просто степлер. Ему только что подбросили ценную улику, и надо ее проверить. Но почему сейчас, почему здесь?

Надо ехать в лабораторию и отдать на экспертизу. Может быть, Анна не просто так прислала ему салфетку и она в опасности? Разве может это быть простым совпадением? На салфетке точно помада, а не кровь?

Телефон запиликал входящим сообщением — абракадабра какая-то. Дочь снова пила с подружками, а если сейчас он наберет и спросит, почему она не приедет, дочь наверняка скажет, что заплетающийся почерк — это т9 виновата. Очень удобно использовать т9. Жаль, при личном общении на нее не сошлешься. Поговорит с ней о вреде алкоголя позже. Может, он сам подает плохой пример, потому что каждый вечер пьет виски?

Надо устраивать девочку в хорошую школу, надо думать о ее будущем, но с зарплатой следователя это все несбыточные мечты. А взяток Максим Глебович не брал, это было не в его правилах. Какой-то замкнутый круг получается!

Пора ехать, надо разобраться с этим странным подарочком, завезти в лабораторию, а потом в цветочный и к Анне. Без вариантов. Он должен убедиться, что с ней все в порядке.

Глава 31 Анна. Тревожное предчувствие

— Встречи и расставания, расставания и встречи — это же жизнь.

— Если это жизнь, то что тогда смерть?

Мое имя клоун

Писательница вернулась и привела с собой девушек, чтобы забрать обещанные стулья. Я не читала ее книжек, но как женщина с такой дурной прической может дать миру что-то умное? Собиралась есть суши, когда она позвонила в дверь.

Суши, в отличие от нее, выглядят очень хорошо, правда, я не подумала о том, что довольно неудобно будет совать их в соус руками, потом этот отвратительный запах ничем не смоется… Зачем я выбросила вчера все палочки и приборы для еды?

Веселье в моей гостиной продолжается, они смеются все громче и громче. Только не поцарапайте мне паркет, аккуратно… Не хочу выходить из столовой, хочу, чтобы они забрали, за чем пришли, и