Переплетенные судьбы - Загадка

бледна, но шла сама, глаза ее были сухими, губы плотно сжаты, солдат сдернул платье, обнажив плечи. Мужчина взял из жаровни раскаленное клеймо и плотно прижал к лопатке девушки, она не сдержалась и закричала, выгнулась от боли, стараясь отодвинуться от горячего железа. Палач бросил потемневшее клеймо в жаровню, пленницу отпустили, она со всхлипом упала на колени. Девушка тяжело дышала, на лбу выступил пот, но она подняла голову и посмотрела прям в глаза Солку, находящемуся тут же неподалеку.

— Ты доволен, раб? — с болью в голосе спросила она.

Адель с трудом поднялась на ноги и осторожно поправила платье, закрыв плечи.

— Что ты придумаешь, чтобы еще сильнее унизить меня? Говори, народу нужно зрелищ, — она здоровой рукой обвела притихших на площади людей.

— Уведите её, — скомандовал глашатай, и пленницу увели прочь, она старалась идти прямо, высоко держа голову. Но за пределами площади силы оставили её и она упала без сил. Один из солдат, идущих рядом, успел подхватить её и почти понес прочь.

Камилла ушла с площади вслед за Аделью.

— Не ходи за мной, — остановила она Солка, — я приду позже.

Её не было довольно долго, парень не знал куда себя деть. Он долго мечтал унизить, уничтожить Адель, отомстить за то, что она делала с ним. Но там, на площади, он понял, что мстит сам себе. Палач раскаленным железом вытащил наружу его воспоминания, и там его хозяйка была, все-таки не самой большой болью. Обозлившись на мир, он не видел, что жизнь поступила с ней не менее жестоко, чем с ним. К возвращению Камиллы Солк измучил себя не хуже палача. Только взглянув на него, девушка все поняла.

— Не надо себя так терзать, что сделано, того уже не вернешь. Я уговорила наместника прислать мага — целителя к Адели. Рассказала им все, что о ней знаю, а потом, мы с целителем пошли к ней, — Камилла невесело улыбнулась, — Твоя головная боль сейчас спит, ложись и ты. Завтра, если захочешь, я могу привести её сюда. Урсала сказал, что нам решать, что с ней делать, если попросим, то он продержит её в тюрьме до самого нашего отъезда, я просила отпустить её к нам, если она согласится.

Солк обнял девушку.

— Что бы я без тебя делал, — он вздохнул, — я только сейчас понял, как был зол на всех. Я же видел, что ей пришлось не сладко у работорговцев.

Парень отстранился от Камиллы, обнял её лицо ладонями и спросил:

— Ну что? Идем спать?

Девушка согласно кивнула. В этот вечер они оба поняли, что призраки прошлого насовсем покинули их.

Спустя несколько месяцев, небольшая группа путешественников пересекла границу Румерии и Империи Тамарис. Удобная дорожная карета не была богато украшена, но ценная древесина добротная отделка позволяли предположить, что путешествующие далеко не бедствуют. Мускулистый кучер и двое охранников, если не полностью отбивали желание поживиться чужим добром, то внушали опасение, что это не такая легкая добыча, как хотелось бы. Поэтому от границы до столицы, славного города Лерпа путешественники добрались без приключений.

Солк с любопытством смотрел на городские улицы, он очень давно не видел их просто так, как свободный человек. Город сильно изменился с тех пор, когда он еще мог свободно ходить куда ему вздумается. Карета остановилась перед оградой вокруг богатого дома, расположенного неподалеку от Дворцовой площади. Из кареты вышла невысокая светловолосая девушка, в дорожном платье и медленно направилась к воротам. Солк вышел следом и помог выйти Камилле, на улице уже была осень, прохладный ветерок заставлял зябко ежиться после теплой кареты.

Адель не смело взялась за медный дверной молоток и стукнула им несколько раз. К воротам подошел старый слуга.

— Господин Зебул никого не принима…

Он поднял глаза на посетительницу и замолчал на полуслове.

— Госпожа, вы вернулись, — он суетливо отпер калитку и впустил девушку, — пойдемте, ваш отец давно не выходит из дома, с тех самых пор, как пришли вести, что корабль затонул.

Он почтительно повел Адель к дому в глубине двора, она обернулась и махнула рукой, стоящим у ворот Солку и Камилле, ей махнули в ответ.

— Я найду вас, позже, — крикнула им девушка и нетерпеливо побежала к двери.

— Теперь куда? — спросил Солк.

— У меня здесь есть родительский дом, правда он пустовал после их смерти, но своя крыша над головой это очень даже не плохо.

Молодые люди вернулись в карету, а кучер повез их дальше. Поплутав по узким улочкам, Камилла нашла свой дом. Ключ, хранившийся в приюте, она взяла заранее, замок легко открылся, и они вошли внутрь. Жилище встретило их холодом и запустением, пустые комнаты, стены со следами висевших здесь когда-то картин.

— Я сейчас понимаю, что думала Наунет, когда явилась в свой храм, — задумчиво произнесла Камилла.

Солк ободряюще улыбнулся ей.

— Крыша над головой это уже не мало, а остальное купим, ну или украдем, если совсем трудно будет.

Девушка улыбнулась в ответ.

Позже, когда кони уже стояли в конюшне, люди, приехавшие с ними отдыхали в выделенных им комнатах, Солк и Камилла разожгли камин и расположились на полу перед ним.

— Знаешь, дом это хорошо и я рада, что вернулась, — начала разговор девушка, — но я не хочу провести всю жизнь здесь. После всех наших приключений, спокойная жизнь это слишком скучно.

Парень иронично поднял бровь и ответил.

— Госпожа уже скучает? И куда она намерена отправиться?

Девушка шутливо потрепала волосы Солка.

— Пока никуда, давай немного поживем спокойно, хотя бы до весны, а там видно будет.

— Ты будешь учиться, — сказал парень пристально глядя в огонь, — а что буду делать я?

— Не все сразу, — ответила Камилла, — найдется и для тебя дело, почему бы и нет. Но об этом мы будем думать завтра.

На следующий день Лерп облетела весть, что дочь королевского казначея Зебула Карага, Адель, вернулась домой. Казначей устроил большой праздник с угощением и фейеверками, город гулял неделю. Стоило только утихнуть празднику и погаснуть салютам, другая новость всколыхнула горожан. Был задержан скромный житель Лерпа, горожанин Хота, оказавшийся тайным начальником над городскими ворами и нищими, причастный к незаконной торговле людьми. Доказательства были настолько вескими, что суд не счел возможным выпустить его под залог большой суммы денег, собранной его семьей.

Проверки нескольких элитных школ рабов на фоне этих новостей прошли почти незаметно. Несколько школ закрыли за то, что в них насильно удерживались бывшие свободные парни и девушки, одна из этих школ, оказалась школа Экатора. Остальные владельцы сами отпустили подобных учеников, не дожидаясь закрытия, выплатив