Переплетенные судьбы - Загадка

капли стали падать реже, подул ветер и унес тучу прочь. Но солнце не спешило появляться из-за облаков.

— Теперь твоя очередь, разбуди семена, — повернулась Наунет к Камилле, — я тебе помогу.

Девушка кивнула её словам, закрыла глаза и сосредоточенно замерла, она почувствовала каждое семянышко, что лежит сейчас на обильно политой почве. Она чувствовала как пробуждается в них жизнь, как первые тонкие корешки ломают жесткую оболочку, оберегающую живую сердцевину, как эти корешки, крепнут, растут и множатся. Вот появляются первые зеленые листочки. Она ощутила как богиня щедро делится с ней своей силой, и перенаправила её к пока еще слабым растениям. Время потеряло всякий смысл, остались только Наунет, Камилла и набирающие силу и рост растения. Сколько это продолжалось? Девушка не могла сказать, когда богиня отпустила её, она осмотрелась и не узнала этого места.

Везде, куда только падал её взгляд, буйно росли цветы и деревья, будто не было никогда засохших, окаменевших от жаркого солнца веток.

— Теперь это больше похоже на мой дом, — улыбнулась Наунет, — через несколько лет эта страна будет такой же полной жизни.

Потом она перевела взгляд на притихших мужчин.

— Не в моих силах вернуть вас сей же час домой, но облегчить дорогу я могу, — произнесла богиня, — вы не будете страдать от жаркого солнца и жажды. Скоро наполнится водой река, по руслу которой вы шли сюда.

— Благодарим тебя щедрая Наунет, — церемонно поклонился ей Зазет, — но я бы хотел остаться рядом с тобой и служить тебе здесь.

Она внимательно посмотрела на мужчину и немного подумав, ответила.

— Ты не мне хочешь служить, тебе надоела твоя жена, дети выросли и покинули твой дом. На службе тебя уважают, но выше чем есть тебе не подняться.

Зазет покраснел но глаз не опустил, а ответил.

— Ты права во всем, выше чем есть не поднимусь, но есть еще одна причина, я не хочу возвращаться под командование сына, да и жена не будет скучать обо мне.

— А не ты ли хотел вернуться? Не верил, что еще есть мой храм, — усмехнулась богиня.

— Я не свои слова говорил, — опустил голову мужчина, — будто кто-то чужой был.

Потом поднял голову, посмотрел на Наунет, перевел взгляд на Солка с Камиллой.

— Как получилось, что жемчужина пропала и не пропала одновременно.

Девушка смутилась, потом подняла с пола камешек, сосредоточилась, и у всех на глазах простой камень превратился в жемчужину, подобную той, что сияла в венце богини.

Зазет прищурил один глаз и усмехнулся.

— Хитро. Только почему те твари не почувствовали настоящий камень?

Камилла развела руками.

— Вот это не у меня спрашивать.

— Вы и ваши животные можете остаться здесь столько, на сколько сочтете нужным, отдохнете, и отправитесь домой. Насильно никого из вас я держать не стану, так же как и прогонять, — обратилась к людям Наунет, — Мне же пора идти туда, где мое место по праву.

С этими словами она рассыпалась водяными брызгами и исчезла. На этом месте прямо из пола забил небольшой родник с кристально прозрачной водой.

На следующее утро отряд под руководством своего командира, развернул бурную деятельность, пока его люди не ушли, он решил с их помощью навести порядок в храме. Люди принялись выносить камни, от рассыпавшихся стен, и вычищать мусор и песок, нанесенные ветрами. Солк тоже присоединился к ним, Камилла же занялась тем, что вырастила несколько фруктовых деревьев, и развела небольшой огород. Её дар, и сила, что давала ей Наунет, пока она была ещё здесь пришлись весьма кстати. Мужчины с удовольствием разнообразили свой стол свежими овощами и фруктами.

За несколько дней главный зал храма полностью преобразился, его тщательно расчистили, когда вынесли и вымели весь песок, то оказалось, что под ним скрывалась карта Румерии, выложенная из разноцветных камней. Желтыми и коричневыми камнями было обозначено расположение всех городов и селений, что были в стране многие сотни лет назад, синими реки и озера, зелеными леса. Оказалось, что вокруг храма Наунет когда-то был большой город, гораздо больше Солимии. А на том месте, где караван Сомсхея попал в ловушку Омолу, был только её храм, посреди леса.

Стены оказались достаточно крепкими и от времени почти не пострадали, расшаталось несколько камней на самом верху, но это было не страшно, их укрепили глиной, принесенной из реки.

Из глины и камней Соорудили небольшой дом для самого Зазета, солдаты оказались умелыми строителями, дом вышел достаточно прочным. Оставили ему почти все одеяла и треть запасов сушеного мяса. Новый командир Улвер, пообещал вернуться к нему как можно быстрее, привезти продуктов, посуду, инструменты и одежду. Хоть Зазет и решил жить теперь при храме Наунет, без помощи людей ему будет гораздо труднее. Через несколько дней, ранним утром отряд отправился обратно, люди и верблюды достаточно отдохнули, чтобы возвращаться домой.

После дождя местность вокруг сильно изменилась. Потоки воды смыли песок с дорог, которым те многие столетия были засыпаны. Широкая пропасть, прежде преграждавшая дорогу обратно, бесследно исчезла. Сухое русло наполнилось, теперь широкая река неспешно несла свои воды в сторону Солимии. Кое-где несмело начала пробиваться тонкая травка. Теперь дорога шла вдоль реки, воды было вдоволь, и только недостаток продуктов вынуждал торопиться обратно. Животные пока не успели вернуться в эти прежде безжизненные места, поэтому надежды на охоту, чтобы пополнить запасы продовольствия, не было никакой.

Солк и Камилла шли рядом с верблюдицей, что купили в Солимии. Все время, пока они оставались в храме, они почти не разговаривали, парень старался держаться подальше от неё, даже не смотрел в её сторону. Сейчас между ними висело тяжелое молчанье.

— Что ты будешь делать, когда мы вернемся в Лерп? — решилась задать вопрос девушка.

Солк ответил не сразу, его взгляд потемнел, лицо приобрело жесткое выражение.

— Сначала я думал разыскать Хоту, его шайку, и рассказать всем, куда пропадают парни и старики, но, думаю, всем будет плевать. На улице каждый сам за себя, сдохни ты, чтобы жил я, — задумчиво ответил он.

— Потом хотел сдать Хоту городской страже, но он сам им платит… — пожал плечами, — Мстить Экатору глупо, не будет его, будут другие. Многим, кто учился в его школе, такая участь даже нравилась. Ему часто приводили мальчишек из портовых таверн, они рано начинали торговать своим телом и им это даже нравилось. Не знаю, на месте буду думать.

— Я не это имела в виду, — нахмурилась Камилла, — чем ты будешь зарабатывать на жизнь, когда закончатся деньги, что мы нашли на острове?

— Пойду в наемники, — спокойно, как о давно решенном, ответил Солк.

— Но почему? Зачем? Ты можешь остаться в