Переплетенные судьбы - Загадка

покоя, странным в этом лагере было все: странное похищение, странная цель, странные торговцы… Настораживала и Адель, её голос казался смутно знакомым.

Постепенно веки отяжелели и девушка незаметно для себя провалилась в тяжелый, без сновидений, сон. Проснулась она резко, от того, что рядом кто-то громко и без стеснения говорил о ней.

— Зачем её нужно было тащить сюда? — раздраженно спрашивал незнакомый мужской голос, — зачем вообще вы её взяли? Из-за вас теперь срочно сниматься и уходить отсюда.

— Да кто нас здесь найдет? — возразил другой мужчина, — Зато оно того стоило, ты видел девку?

— Худышка, на такую попробуй найди покупателя, — отрезал первый голос.

Камилла похолодела. Покупателя! Её похитили работорговцы! Тогда почему Адель не предупредила? Она с ними заодно? Девушка нащупала нож, спрятанный в одежде, — он пока еще был на месте. Она не была уверена, что снова сможет ударить человека — до сих пор не могла забыть запаха крови и вида внутренностей.

Полог шатра одернули в сторону и внутрь по-хозяйски вошел высокий темноволосый мужчина, с длинной, заплетенной в косички, как это принято у румерийцев, бородой. На нем был богатый шелковый халат, донельзя грязный и расшитые мягкие сапоги, испачканные мокрой глиной. Он остановился посреди шатра и уставился на девушку тяжелым немигающим взглядом, казалось, этот взгляд мог сжечь человека без следа. Камилла сжалась от страха, на мгновенье показалось, что мужчина прочел все её мысли. Немного поглядев на неё, незнакомец выругался и, выглянув из шатра, позвал Адель. Та явилась настолько быстро, что можно было подумать, стояла где-то рядом и только ждала приказа.

— Глаз с неё не спускай, — бросил он, указав на пленницу, и стремительно вышел.

Адель холодно взглянула, в её глазах не осталось и тени доброжелательности. Теперь на Камиллу смотрела холодная и расчетливая хищница, готовая наброситься в любую секунду.

— Отпустите меня, мой муж заплатит вам хороший выкуп, — начала просить девушка.

Адель холодно улыбнулась на её мольбы и ответила:

— Раз Гаентано не отдал тебя прямо здесь парням, значит что-то нашел в тебе такое, что можно выгодно продать. И вряд ли твой муж сможет заплатить столько!

Камилла с какой-то непонятной отстраненностью поняла, что теперь она может рассчитывать только на себя и ни на кого больше, Солк и другие просто не знают где сейчас она, а эти люди в ней видят только товар и ничего больше. Она продолжала умолять отпустить её, а сама внимательно оглядывала шатер, пытаясь придумать, как выбраться отсюда. Если бы только получилось отвлечь Адель… и попытаться выскользнуть из шатра…

Снаружи послышался звон металла и чья-то ругань, Адель сделала несколько шагов к выходу и Камилла кошкой метнулась к ней. Но та каким-то шестым чувством сумела увернуться и сбила девушку с ног. Обе покатились по полу, пытаясь побороть одна другую. Волосы лезли в глаза, забивались в рот, мешая дышать, девушка ухитрилась извернуться, и прижать Адель к земле, а затем и схватить её за горло, не давая позвать на помощь. В пылу борьбы Камилла даже забыла и своем ноже, она не заметила, как в шатер вошел мужчина. Он легко, как котенка, одной рукой оторвал её от противницы и отбросил в сторону. Камилла упала прямо на спину. Удар выбил воздух из легких, на мгновенье она задохнулась и потеряла сознанье.

Когда она смогла открыть глаза, то увидела Гаэнтано, нависшего над ней подобно разъяренному медведю. За его спиной стояло еще двое мужчин. Адель сидела на полу, держалась за горло и натужно кашляла.

Хозяин махнул рукой. Эти двое подскочили к Камилле, не церемонясь подняли и подвели к нему. Мужчина крепко взял её за подбородок и внимательно посмотрел в лицо. Девушка не пыталась выказать покорность, она дерзко поглядела в ответ. Гаэнтано скривился и коротко приказал:

— К столбу!

Мужчины довольно оскалились, схватили с двух сторон и принялись срывать одежду.

— Нет!!! Что вы делаете?!

Конечно же, никто не слушал её жалобных криков. Раздевая, они лапали её. Один больно схватил за грудь, другой просунул руку ей между ногами и пальцами проник внутрь неё.

— Отпустите! Уроды! Не смейте!!!

Камилла отбивалась как могла, но те только смеялись с её жалких попыток. Силы были слишком не равными, ей быстро скрутили руки и привязали их к крюку на столбе, сняв с него бурдюк с водой. Гаэнтано стоял и с улыбкой смотрел, как она извивается в напрасных попытках освободить руки. Рядом с ним стояла Адель. Глаза её злобно блестели, в руке она сжимала плеть.

— Начинай, — кивнул Гаэнтано, — Кожу не слишком повреди, — негромко добавил он и уселся на услужливо поставленный ему стул.

Адель подошла поближе, и коротко, почти без замаха нанесла удар. Он ожег Камилле спину и девушка болезненно вскрикнула. За первым удар последовал второй, третий, удары сыпались один за другим, боль разлилась по всему телу девушки, а садистка, наносила новые с механической монотонностью, через равные промежутки времени, не давая перевести дух. Скоро девушка повисла на веревках, мучительно вскрикивая и вздрагивая всем телом от каждого щелчка плети. Наконец, её прекратили бить. В ушах шумело, глаза сами по себе закрывались, всё тело адски болело и казалось, что вместо спины и ягодиц у неё один сплошной синяк.

Внезапно она почувствовала, как чужие руки сжали её грудь, потом мужские руки ухватили её за живот, приподнимая зад, мужская нога раздвинула ноги и член резко вошел в неё.

— Нет, пожалуйста нет! — снова взмолилась она, заливаясь слезами от беспомощности, унижения и боли.

Но мужчину это не остановило, он принялся резко и быстро двигаться. Внутри все было сухо, казалось будто в лоно набился песок и ранит нежную плоть. Мужчина вышел:

— Что, плетка не заводит тебя? — спросил грубый голос. Раздался звук плевка. Насильник растер слюну у неё между ног, вновь во всю длину загнал свой член и продолжил насиловать её, вколачиваясь в лоно, прижимаясь к избитым ягодицам. Камилла плакала навзрыд и умоляла прекратить её мучить, но руки всё так же крепко держали бедра, а член глубоко и резко проникал внутрь. Наконец, Гаэнтано ускорился, с рыком кончил и вышел.

— Она ваша, — кивнул стоящим тут же мужчинам, — только не калечьте, — предупредил он и, поправив штаны вышел из шатра.

Мужчины, радостно пересмеиваясь подошли к бессильно повисшей на веревках девушке. Один больно выкрутил её сосок, а другой принялся гладить её между мокрых от пота, болящих после порки ягодиц, пытаясь просунуть палец ей в зад, Камилла попыталась оттолкнуть его ногой, но это вызвало только новый взрыв смеха, и тут