Егерь Ладов - Дмитрий Витальевич Шелег

В этот момент в комнату зашла счастливая мама, которая довольным тоном произнесла.

— Мы остаёмся! Тут и спальня хорошая и детская на двоих!

Роман Павлович лишь кивнул и принялся отменять бронь в гостинице, а мне пришлось расспрашивать родных и отправлять водителя за их вещами, а затем ещё долго сидеть на кухне с главой семейства за бутылочкой горячительного, которую он выставил на стол со словами.

— Монстров уже убиваешь, значит, и с отцом можешь выпить. Тем более после твоих новостей так и тянет к ста граммам.

— Только с закуской! — произнесла суровым тоном Ксения Алексеевна и через несколько минут на столе появилась мясная нарезка, малосольные огурчики и какие-то бутерброды.

В это время я молча наблюдал за родственниками Гордея и ощущал, как в груди разгорается приятное тепло.

«Нет, со мной точно что-то не так! Откуда такое расположение к этим чужим мне людям? Нужно срочно разбираться в себе! — подумал я, ощущая внутри лёгкое раздражение — С другой стороны, в данный момент это даже во благо. Мне не приходится играть, а у семьи не возникает сомнений, что перед ними другой человек, а не их рано повзрослевший сын».

Последнее для меня было весьма важно, точнее, для моих дальнейших планов. Я отлично понимал, что один из главных ресурсов — это семья. Ведь это четыре, а если с дедом Павлом, то сразу пять членов будущего рода, которые так же, как и я, будут заинтересованы в благополучии семьи.

«А если грамотно подобрать сёстрам мужей и ввести их в род, то станет ещё лучше! Насколько подсказывает память Гордея, здесь подобное происходит сплошь и рядом. Не так как в моём родном мире».

На какое-то время я задумался, а в реальность меня вернул вопрос отца.

— Чего приуныл? Сильно я тебя загрузил своей паранойей? — спросил он и, не дожидаясь ответа, добавил — А раз так, то может ну его? Своё ты со службы в корпусе уже получил. Меня вылечил, научился стоять за себя и пользоваться разломной энергией, стал гораздо крепче и привлекательнее для молодых девиц, квартирой обзавёлся и неплохими деньгами, жёлтым кольцом егеря и ореолом бывалого человека. Если решишь отправиться на обучение в университет с опозданием на год, то это будет лучшим решением в жизни. Поверь. С такими стартовыми условиями в твоём возрасте я бы из женского общежития не выбирался.

— Очень заманчиво — усмехнулся я представив беззаботную жизнь, и Роман Павлович постарался закрепить успех.

— И более перспективно! Гордей, вот скажи, зачем рисковать своей жизнью и постоянно ходить по грани, если можно просто отучиться и пойти работать в систему государственного управления? Да с твоими достоинствами ты будешь очень быстро подниматься по служебной лестнице и достигнешь той власти, которые не снились обычным егерям.

— Начнём с того, что я всё же необычный боец. У меня есть талант к убийству монстров, поверившие мне люди, работа которых приносит высокий доход, а также возможность стать не только бояричем, но и высококлассным егерем.

— Да кто тебе даст так вырасти? — отмахнулся разочарованный Роман Павлович и разлил водку по стаканам — Даже если тебе и удастся сохранить отряд за собой, то часть прибыли придётся отдавать. А потом к тебе ещё придут неизвестные люди и посоветуют не высовываться. Не лезть в определённые разломы. Правда последнее будет актуально только в том случае, если тебя не убьют раньше.

— Значит, ты в меня не веришь? — спросил я утвердительным тоном и добавил — Тогда как насчёт того, чтобы лично съездить в разлом. Посмотреть, как там у нас обстоят дела и вместе с тем усилить свои магические способности?

— Не хочу тебя расстраивать, но как боец я ничего из себя не представляю. Стрелять, конечно, умею неплохо, однако на этом мои таланты заканчиваются.

— Этого будет достаточно — уверенно заявил я, однако отец покачал головой.

— Гордей, кажется, ты забыл, что я не являюсь егерем и что у меня есть не более пяти дней, чтобы просто побыть рядом с тобой. Сколько разломов мы за это время зачистим? Один? Два?

— Гораздо больше — произнёс я и достал телефон из кармана — Нужно сыну доверять.

Через некоторое время бодрый Михалыч поднял трубку и я произнёс.

— Не спишь ещё?

— Ещё сидим — довольным тоном протянул старик — А что?

— Хочу тебя кое о чём попросить. Мне нужно провернуть экспресс-прохождение разломов для отца. Всё тоже, что мы проводим для вновь принятых ветеранов в первые дни, только в большем составе. У него есть на всё про всё пять дней.

— Хочешь, чтобы наши оставляли для него в разломе одного-двух связанных монстров? — задумчиво проговорил Михалыч.

— И чтобы он посетил их как можно больше — добавил я.

— Это возможно — согласился старик — Только сам понимаешь, наибольший эффект будет в том случае, если работать по правильной методике.

— Понимаю — согласился я — но лучше так, чем вообще никак.

Некоторое время Михалыч молчал, а затем произнёс.

— В таком случае ложитесь отдыхать, а я отдам все нужные указания. Жди утром, часам к семи, свой внедорожник. Я скажу положить туда твоё оружие и прочие нужные вещи.

— Пусть кладут побольше патронов — попросил я — Будем мой «кедр» задействовать.

— Не переживай, всё будет как положено — добавил старик, и мы попрощались.

Положив трубку, я предложил с недоверием смотрящему на меня Роману Павловичу идти отдыхать, а утром растолкал его и отправил надевать форму, которую заранее принёс в квартиру водитель. Михалыч не обманул и действительно подготовился на совесть.

Оставив женскую половину семьи отдыхать, мы вышли на улицу и сели во внедорожник, который сопровождало два автомобиля охраны.

— И куда мы едем? — спросил отец, сонное лицо которого не покидало скептическое выражение.

Я тут же переадресовал вопрос водителю и получил ответ.

— Гордей Романович, вам должны были отправить сообщение со списком разломов. Мы едем к первому из них?

— Со списком? — с удовлетворением в голосе произнёс я выделив главное и, открыв сообщение от Михалыча, принялся читать, после чего заявил — На первое время у нас есть шесть разломов, затем будет ещё несколько. Так что сегодня придётся потрудиться.

Брови отца взметнулись вверх.

— Я же вчера тебе говорил, что я не готов! — воскликнул он