Место встречи - Т. Дж. Пэйн

место, где бы она могла спрятаться. Ее мышцы каким-то образом застряли в середине этого мысленного перетягивания каната, и она осталась стоять на месте, тупо ожидая, что тот, кто вошел, бросится к ней и прикончит ее.

Но через дальнюю дверь вошли мама и папа Калеба. Они подошли к Эми.

Лицо мистера Ханта было пустым. Он шел за своей женой, как будто она тянула его за собой на веревочке.

Мама Калеба тем временем устремила взгляд на сводчатый потолок, с которого свисали хрустальные люстры. На ее губах расплылась блаженная улыбка, когда она кружилась, раскачивая свое тело в такт песне. Она наслаждалась моментом, но, казалось, была полна решимости не позволять своему взгляду опускаться слишком низко. Даже когда она слегка поскользнулась на пятне крови, она устояла на ногах, даже не взглянув вниз.

- Так красиво. Так... так красиво, - сказала она себе.

Эми поняла, что ди-джей действительно уменьшил громкость музыки, что позволило комнате быть достаточно тихой, чтобы Эми услышала, как говорит мама Калеба.

- Миссис Хант? - сказала Эми.

На самом деле ей нечего было сказать. Она даже не знала, почему назвала имя этой женщины. Просто ей казалось, что она должна заявить о своем присутствии, поскольку миссис Хант явно ее не заметила.

Наконец, мама Калеба наклонила голову. Ее глаза расширились от радости, когда она увидела Эми.

- Разве это не замечательная свадьба, Эми? - сказала мама Калеба, пересекая комнату и дружески обнимая Эми за плечи.

Улыбка широко растянулась по лицу женщины. Ее глаза были стеклянными, а взгляд сосредоточился на Эми, и только на ней.

Эми стояла и просто смотрела на женщину.

- Посмотри, как все это красиво, - сказала мама Калеба. - Прекрасно. Просто прекрасно. Калеб так хорошо справляется со своими обязанностями, - затем она повторила: - Калеб так хорошо держится. Калеб так хорошо справляется.

Казалось, что ее мозг зациклился.

Эми посмотрела в сторону. В какой-то момент отец Калеба отделился от своей жены и направился к столу с тортом перед сценой. Его большие плечи, которые, по мнению Эми, всегда выглядели напряженными и подтянутыми, теперь ссутулились в знак поражения. Его голова держалась под углом вверх, придавая всей его позе вид старой черепахи.

Это был человек, которого Эми так боялась в детстве. Это был человек, которого Калеб никогда не мог впечатлить.

Отец Калеба взял нож для торта и подал два кусочка торта на тарелки с золотой окантовкой.

- Они... они сказали, что глазурь... - Эми запнулась. Она чувствовала, как ее собственный разум пытается осмыслить происходящее. - ...oна сделана из... эм...

Она не могла выговорить слово "цианид". Ей казалось, что она находится во сне, она пыталась говорить, пыталась кричать, но не могла.

- Я знаю, что мы сильно на него давили, но он благодарен нам каждый день, - продолжала мама Калеба. Ее улыбка стала еще шире, а по щеке скатилась гордая слеза. - Я не могу быть счастливее. Спасибо, что разделила этот день с нами, Эми. Ты настоящий друг.

На мгновение Эми захотелось присоединиться к миссис Хант в ее блаженстве. Ей захотелось обнять эту женщину и поблагодарить ее за приглашение. Ей захотелось закрыть глаза и танцевать под музыку. Ей захотелось выпить слишком много, а потом побросать рис и покричать на жениха и невесту, когда они уезжали в медовый месяц. Ей захотелось вернуться в чью-нибудь комнату - возможно, к горячим подружкам Лилит по женскому обществу - и переспать с ними.

А может, и не к этим девушкам. Может быть, с кем-то другим.

В конце концов, Эми не могла позволить Марико вернуться в комнату одной. Родители Эми наверняка уйдут на ночь пораньше (они вряд ли смогут заснуть раньше десяти). Эми и Марико могли бы выпить еще немного и пойти в джакузи в нижнем белье. Пройдет совсем немного времени, и они начнут целоваться и ласкать друг друга пальцами.

Они могли бы вернуться в комнату и... O, Боже... Марико знала, как возбудить Эми. И Эми ответила бы ей тем же. Как бы они ни напились вместе, каждая из них всегда возвращала удовольствие.

Конечно, утром будет неловко. Немного стыда, немного неловкости и очень много похмелья. В конце концов, она рассталась с Марико, и Эми все еще была уверена, что это было правильное решение.

Почему они снова расстались?

Это не имело значения.

Это была свадьба. Свадьбы были веселыми.

Эми должна была веселиться.

- Как твои родители, Эми? - спросил отец Калеба.

Она посмотрела. Он стоял рядом с ней, держа в руках две тарелки с красным бархатным тортом, покрытым белой блестящей глазурью.

- Умерли, - сказала Эми.

Только произнеся это слово, она вернулась в тот момент. Она огляделась в поисках Марико. Ей вдруг захотелось увидеть тело Марико.

- Сочувствую, - пробормотал отец Калеба.

Он протянул тарелку с тортом к своей жене.

- Ты - негодяй. Ты знаешь, что я не могу есть глютен, - сказала она, игриво хлопнув его по плечу. "О, что за черт. Это же праздник. Наш сын женится только один раз.

Она взяла тарелку из его рук. Они вдвоем подошли к соседнему столику и сели за него с тортом. Отец Калеба поднес вилку с глазурью ко рту и на мгновение задержался, чтобы посмотреть на нее. Он понюхал ее. Эми увидела, как по его лбу скатилась бисеринка пота.

- Bы знаете, они сказали, что это сделано с... - начала Эми.

Но она увидела, что глаза мужчины снова стали пустыми. Быстрым усилием воли он зачерпнул глазурь в рот и проглотил ее. Он схватил открытую бутылку шампанского с центра стола и сделал большой глоток.

Мама Калеба тем временем откусывала маленькие, нежные кусочки торта.

- Мммммммм... - oна катала его во рту, смакуя момент. - Прекрасно, - сказала она.

Отец Калеба вдруг резко дернулся на своем месте. Его тело затряслось, а лицо покраснело. Затем стало пурпурным. Из его рта полилась пена, а на лбу вздулись вены. Он упал, кашляя пенистой белой желчью, в которой вскоре появилась кровь.

Пока ее муж бился и глотал рвотные массы, мама Калеба просто смотрела вдаль. В ее глазах плясал тоскливый огонек.

- Как жаль, что все ушли так рано. Они, наверное, завидуют. Вот именно. Они завидуют. Как ты думаешь, кто-нибудь из их детей может позволить себе такую свадьбу? Я не думаю. Наверное, всем