На цепи - Уваров

беготни. Остаюсь, — зло выплюнул Раст и, бросив меч, сел рядом с пленниками.

— Сразу говорю, от белой твари защитить всех не выйдет. Если она начнет побеждать, уйду порталом, даже если придется оставить друга, — заявил я. Рискованно, но кое-кого проняло.

— Если тут останетесь без защиты колдуна, она скорее всех пожрёт, — заявил главарь. — Кровь ее привлечет, а мы время выиграем, пока она этих жрать будет.

Сучара подзаборная! Недаром главарь, знает, на что давить.

— Мне обозы не просто так доверили сопровождать. Уйдете с тракта, живыми останутся не все, — заявил я. — Решайте, и идем. Но помните, здесь больше шансов выжить. Монтен! Остаешься за главного. Разведешь круговые костры, всех людей собрать в круге, мужикам раздать факелы и мечи. Направить от себя. Так продержитесь, а то и тварь заденете.

Бабы их тоже бросились к кострам, еще пару возрастных мужиков, но большинство решительно были настроены на побег. Я насчитал двадцать одного мужчину вместе с гвардейцем предателем. Несколько каторжников уже трупы. Что же… двадцать один — это немало, будет тяжеловато, но я справлюсь.

Главврь разразился отборной бранью в сторону тех, кто решил остаться. Но быстро угомонился. Капитану связали руки за спиной. Мне тоже. Еще и мечом между лопаток ткнули. Сумку мою главарь себе взял. Еще и карманы обшарили. Нашли кольцо, которое главарь тоже забрал и надел себе на палец. Сволочь.

Вытащили из ближайшего обоза мешки со жратвой и направились в лес, в сторону болота. Белой твари я не ощущал, что уже радовало. Но отходить от обоза далеко не вариант. Люди и так без защиты.

Меня вели в середине, капитана во главе шествия. Несли факелы, освещая темный лес. Иногда останавливались, прислушиваясь к звукам ночи. Я пытался оглядываться, но меня тыкали в спину мол нечего по сторонам глазеть.

Когда свет от костров возле обоза пропал за деревьями, я решил, что пора. Открыл портал и только услышал удивлённый возглас моих провожатых. Вышел я рядом с главарем уже в боевой форме. Тот вскрикнул, но я просто схватил его за руки и мощным рывком вырвал их из туловища. Вокруг почему-то завизжали. Снова прыгнул в портал, выйдя рядом с капитаном и одним махом распорол животы его спутникам.

Каторжники начали понимать, что происходит. Кто-то бросился на меня с мечами, кто-то побежал, кто-то занял круговую оборону. Глупцы. С ракха решили драться! Я перемещался по лесу, выпрыгивая там, где меня не ждали. Один раз правда напоролся плечом на меч, но то царапина. Владельцу меча я просто оторвал голову.

Когда остальные поняли, что не справятся со мной, тоже бросились наутек. Кто-то даже побежал обратно к обозу. Ну нет, видят предки, я их уговаривал остаться, сами не послушались. Унюхать разбежавшихся разбойников труда не составило. Я нашел их всех.

Потом вернулся на поляну, где оставил капитана. Тот уже освободился от веревок и стоял посреди разодранных трупов с мечом в одной руке и факелом в другой. Он весь трясся, но держался, медленно поворачиваясь то в одну, то в другую сторону.

Услышав мое приближение Валлен вскрикнул и направил меч в мою сторону. Я перевоплотился в человека.

— Капитан, опустите оружие, — сказал я и поднял с земли оторванную руку непутевого главаря каторжников.

Снял кольцо с его пальца и вытряхнул из сумки запасную одежду. Старая изорвалась во время трансформации.

Надел штаны, рубаху пока решил не надевать. Рану надо бы сначала заделать колдовским зельем, но то у костра сделаю. Я принюхался. Нет, магией не пахло.

— Так вы, ракха… — выдохнул капитан.

— Только никому не говорите, а то голову откушу, — пригрозил я, разыскивая среди трупов сапоги подходящего размера. Нашел. Стянул. Да, не такие удобные как мои, но делать нечего. Может в Эфде прикуплю новые.

— А местр знает? — настороженно спросил Валлен, но меч опустил.

— Нет и не узнает, если ты не расскажешь. Довольно того, что знают колдуны Абердара.

— Так они специально тебя отправили? Потому что сами не могут с белой тварью совладать?

— Не знаю, что они там думают, — сказал я и пошел в сторону обоза. — Мне плевать, если честно. Но о том, что я ракха, никто знать не должен.

— Я не скажу, слово чести! — заявил капитан и поспешил за мной.

Ну да… никто знать не должен, а знают уже целых три человека. Это уже не секрет. Вопрос времени, когда мою тайну узнает весь город.

Мы вышли к обозу, и я увидел, что Монтен четко исполнил мои указания. Все люди сидели в круге. Гвардейцы и крепкие мужики, кто знал, как обращаться с оружием, выставили мечи и факелы от себя. Стояла звенящая тишина. Никто даже не разговаривал. Когда мы вышли из леса, вскрикнула одна из баб. Все тут же повернули головы в нашу сторону.

— О, Ивай! Что случилось? Вы ранены? — спросил Монтен, вскакивая.

— Царапина, — отмахнулся я. — Мне бы воды.

Народ тут же засуетился. Принесли бурдюков, кто-то дал копчёного мяса, один торговец налил нам с капитаном по кружке доброго арга.

Я выпил залпом, под взглядом десятков напуганных глаз.

— Ваше лицо… — сказал Тунус дрожащим голосом.

Я потрогал лицо. Вроде на месте. Только липкое от крови. Повернулся к Валлену и шепотом спросил:

— Морда у меня человечья?

— Человеческая, — ответил капитан. — Просто ты будто в бочке с кровью искупался.

Я взял несколько бурдуков с водой и, отойдя в сторону, принялся мыться. Потом сел к костру, закусил мясом, выпил еще чарку арга и достал из сумки жгучее зелье. Чтоб его!

На предплечье был глубокий порез от меча. Капнул пару капель и закусил кулак. Эти колдуны изверги какие-то! Не могли придумать не жгучее зелье? Дал флакон Монтену, чтобы подлечил раненых гвардейцев. Ох и завыли они! Зато живы будут.

Монтен помог перевязать рану, и я надел рубаху. Куртку скорняк протянул мне видом торжественным, будто великую клятву исполнил.

Мы отдыхали, пока гвардейцы укладывали тела товарищей в телеги. Старый каторжник рассказал, что гвардеец предатель вовсе не гвардеец, а один из шайки главаря Партуса. Вообще-то, гвардеец, пояснил другой каторжанин, но нечистый на руку. Сделал так, чтобы в сопровождение каторжников устроиться и помог им освободиться от кандалов.

— Что там было-то? — спросил меня Монтен. — Вы вернулись весь в крови, словно залезли в нутро буйвола.

Валлен, сидевший рядом