Отчаяние - Константин Лебедев

Кэр бросил быстрый взгляд на мистера Грея. Тому удалось сохранить лицо невозмутимым, однако в глазах читалась усмешка, полная самоиронии. Они оба в самых страшных кошмарах не представляли себе то, что будет ждать их в реальности.

— Нет смысла отрицать, что мы встретили новый вид разумных существ. Если верить племени, цивилизация Аскха на несколько тысячелетий опережает нашу в развитии, — продолжал Хольт.

— При условии, что жители острова ничего не напутали с летоисчислением, — мрачно заметил мистер Нортхэм.

— Доктор Рокуэл тщательно изучил скелет, найденный в пещере. Он подтверждает, что при жизни это существо физически было сильнее любого из представителей нашего народа.

Зеленоглазый склонил голову, подтверждая, что капитан правильно понял предоставленный им отчет.

— Ближайшие месяцы каждому из вас в голову закрадется одна мысль. Вы подумаете, а не стоит ли нам остановиться и повернуть домой до того момента, как мы встретимся с тем, что может навлечь угрозу на наш мир и подставить под удар наши дома.

Обегая глазами всех собравшихся за столом, Итан понял, что подобная мысль в разных своих формулировках уже успела посетить каждого из присутствующих. Более того, офицеры уже приняли для себя решение. За столом не хватало лишь инквизитора, но о его позиции Кэр догадывался.

— Так вот. Я хочу, чтобы вы гнали эту мысль прочь как можно дальше, пока она не успела посеять зерно сомнений в ваших головах. Мы моряки герцогства Корд и свою судьбу выбрали уже давно. Распространять сомнения среди команды я не позволю. Замеченные в этом попадут под мой суд и на мою снисходительность пусть не надеются, — закончил Рэджинальд Хольт свою речь.

— Почему мы не рассматриваем версию, что они уже вымерли? Если их корабли бороздят просторы морей уже так давно, как они еще могли не добраться до Аурлии? — спросил штурман, пытаясь разрядить молчание, возникшее после слов капитана.

— Вполне вероятно. Аскх был болен, когда оказался на острове. Возможно, эта болезнь была общим бичом его народа, — поддержал Дункана доктор.

Произнося эти слова, мистер Рокуэл настороженно изучал лицо Ионы Форингтона, встревоженный участившимися приступами кашля профессора. На платке появились свежие пятна крови.

— Для нас лучше, чтобы они оказались мертвы, — тихо прошептал Огл, сжимая в своей огромной руке кулон с изображением символа Создателя.

— Брось, старина, хватит уже дрожать при виде любой тени. Пора признать, что твой Создатель как минимум не единственная сила в этом мире. Разумеется, если он вообще существует, — Иона вернулся к их постоянному спору, достаточно часто возникающему за столом семейства Кэрилов.

— Смелость и острота ваших высказываний прямо пропорциональна расстоянию до Ортоса? — рассмеялся Дункан, разряжая возникшую в комнате напряженность.

— Скорее, стремительно приближающейся смерти, — ничуть не смутившись, парировал мистер Форингтон.

— Вас не пугают костры инквизиции? — спокойно спросил мистер Нортхэм.

— Не думаю, что они меня дождутся. Дрова для моего кострища еще не успеют обсохнуть, а я уже окажусь перед Создателем.

Огл так и не ответил на выпад товарища. Лицо его покраснело от ярости, но он сдержался.

— Не богохульствуй, Иона, своими высказываниями ты лишь порочишь собственную честь. Сколько раз тебе надо это повторять, — короткий ответ был единственным, что выдавил из себя добродушный боцман.

— Давайте, врите самим себе. Неужели никто, кроме меня, об этом больше не думал? Мистер Кормак, что насчет вас? Может, вы наконец признаетесь, что вас достало всю жизнь вырезать из дерева один-единственный сюжет? — только сейчас стало заметно, что мистер Форингтон немного пьян.

Не дождавшись ответа, он в нескольких вариациях комически изобразил жителей герцогства, пытающихся объяснить Кларку, какой именно из канонично установленных форм символа Создателя им необходим. Итан заметил, как мистер Грин и доктор Рокуэл улыбнулись. Огл покраснел еще сильнее, а остальные офицеры напряглись в ожидании бури.

— Скажи, Кларк, ты ведь был бы рад, поступи в твой магазин заказ, способный в полной мере раскрыть талант резчика по дереву? Только уж уважь нас, избавив от лицемерия, — разбушевался Иона.

Мистеру Кормаку не дали ответить, так как всем пришлось успокаивать Огла, резко поднявшегося со своего места. Потребовались усилия четырех офицеров, чтобы усадить великана обратно.

— Я дам вам всем слово, чтобы потом не было сюрпризов. С чем бы мы ни столкнулись впереди, по возвращении домой я лично расскажу всю правду нашим соотечественникам. Даже если вы вдруг решите, что ложь во спасение — это правильный выбор. Любого, кто захочет убедить меня в обратном, будет ждать мой меч.

— Мне жаль тебя, Иона. Я бы подумал, что ты глуп, если бы не знал тебя так давно. Своими словами ты навлечешь на себя кару, о которой впоследствии будешь горько сожалеть, — пробубнил себе под нос Огл.

— Сэр, кажется, вам стоит прилечь, — неуверенно вставил Пит.

— Юноша, в моей жизни было больше сражений, чем зубов в той самой пасти, которую ты только что посмел раскрыть в мой адрес.

Униженный лейтенант моментально смолк и вжался в кресло, пожалев о своей дерзости и неумении стоять на своем до конца.

— Где был твой Создатель, когда дикари подняли мятеж на острове Кроат? Почему он решил сохранить жизнь лишь мне и лишил ее десятка более достойных людей? Чем он был занят, когда мятежники перерезали горло моего брата у меня на глазах? О чем думал, когда они сжигали его символ? Я не увидел его гнева тогда, не думаю, что увижу и сейчас, — громко и агрессивно выкрикнул Иона, снова повернувшись к боцману.

Бросив взгляд на мистера Норрингтона, Кэр понял, что капитана гвардейцев крайне забавляет все происходящее. Должно быть, его взгляды не сильно отличались от взглядов профессора, но он был достаточно аккуратен и умен, чтобы не высказывать их самому.

Столь длительная и эмоциональная речь заставила мистера Форингтона согнуться в очередном приступе кашля.

— Думаю, вам действительно стоит отдохнуть. Сегодня был непростой день, — воспользовался паузой капитан, указывая старому воину на дверь.

Заглянув в спокойные глаза Хольта, профессор хотел еще что-то сказать, но под их холодным непоколебимым напором вынужден был подчиниться. Субординацию и порядок на корабле мистер Форингтон уважал больше всего на свете.

— Прошу меня простить, капитан, — Иона склонил голову и, попрощавшись со всеми, покинул стол.

В опустившийся тишине еще долго был слышен его удаляющийся кашель. Настроение за столом было подавлено, и никто не решался первым продолжить разговор.

— Я бы на вашем месте опасался человека, дожившего до седых волос в профессии, где умирают молодыми, — предостерег Пита мистер Нортхэм.

— Ставлю злотый на то, что мистер Форингтон первый из нас стоит в очереди к Создателю, — расхохотался Дункан.

— Прошу вас простить поведение Ионы, — неожиданно для всех заступился за профессора доктор.

Чарли полностью завладел вниманием офицеров. Каждый ждал от него ответа, но вопроса вслух не задавал.

— Пока мы были на острове, мне удалось изготовить снадобье, способное облегчить его страдания. Настолько, что он сам уверовал в возможность собственного исцеления. Я пытался донести до него, что настой лишь убирает симптомы, не трогая корень заболевания. Сегодня приступы вернулись, и он вновь испытал позабытый страх смерти. Вино оказалось не лучшим помощником для приглушения паники. Иона признался мне, что не позволит себе умереть на больничной койке. Он воин до мозга костей и свою смерть жаждет обрести в сражении, — пояснил мистер Рокуэл.

— С учетом особенностей нашей профессии и ставки нашего дорогого штурмана у него еще есть все шансы на смерть в бою, — грустно улыбнулся мистер Нортхэм.

Дункану стало неловко за ту иронию и сарказм, с которыми он подошел к печальной судьбе мистера Форингтона.

— Если ему так не терпится, я могу легко окончить его страдания. Пусть только попросит, — Кэр подумал, что мистер Норрингтон шутит, но,