Отчаяние - Константин Лебедев

Горло раздирала сумасшедшая боль, и вместо слов из гортани вылетел лишь приглушенный хрип.

— Как доберемся до корабля, поблагодарите мистера Нортхэма. Если бы он не заметил вас с «Отчаяния», вы бы отправились на корм рыбам, — сказал капитан, глядя сверху вниз на жалкое подобие человека перед ним.

Кэру оставалось лишь смотреть на капитана налитыми кровью глазами. Грудная клетка проделывала гигантскую амплитуду между вдохом и выдохом. Аурлийцу приходилось учиться дышать заново.

— Мы вернем вас обратно на остров, — утешительно произнес Рэджинальд Хольт.

— Прошу, — просипел Кэр всего лишь одно слово, но в его взгляде читалась такая мольба, что дрогнул даже опытный капитан.

— Я понимаю ваш поступок, и по моему приказу вы наказаны не будете. Однако адмирал Харис может быть другого мнения, и тут даже я буду не в силах вас защитить.

— Прошу, — Кэр смог повторить лишь это слово, как будто в первый раз ему удалось проложить для него колею.

— Плывем на «Отчаяние», — взяв на размышление невыносимую для лейтенанта минуту, наконец, рассудил капитан.

Кэр почувствовал, как по сторонам заулыбались его друзья, а мистер Форингтон звонко выдохнул, словно все это время стоял, задержав дыхание.

— Должно быть, корабль с таким названием будет для вас лучшим прибежищем, — позволил себе слегка улыбнуться капитан.

Кэр ощутил, как на его спину лег плащ доктора. Пит приказал матросам разворачивать ботик.

— Все же хорошо, что тебе удалось выжить. Господин инквизитор уже собирался отпевать твою душу, а мне от его проповедей становится не по себе, — съязвил мистер Грин.

Человек в сером плаще оставил очередную колкость штурмана без внимания. Когда ботик ударился о борт корабля, Кэр понял, что самостоятельно подняться на палубу у него не получится. Под удивленные взгляды моряков Пит и Огл помогли ему добраться до каюты, постаравшись при этом нанести как можно меньший урон достоинству товарища. Оказавшись на своей койке, лейтенант, во всех смыслах похожий сейчас на падшего на самое дно человека, отвернулся к стенке.

Оставшись в одиночестве, Итан постарался успокоиться. Возможность справедливого гнева адмирала его нисколько не пугала. Смерти он теперь тоже не боялся, а возможно, в глубине души даже искал ее, надеясь обрести в ней спасение от своих мук. Ближе к обеду лейтенант услышал равномерный стук дерева по дереву. Не было необходимости иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, что к нему приближается мистер Грей. В каюту постучали. Не дождавшись ответа, дверь распахнулась и на пороге показался Родрик. Лейтенант рефлекторно попытался подняться с кровати, но интендант остановил его жестом руки.

— Я принес суп и специальный отвар, способный снять отек в горле. С другой пищей, я думаю, пока стоит повременить.

Кэр кивнул в знак благодарности, ожидая, что после этого мистер Грей оставит его в покое.

— Капитан взял с меня обещание, что я прослежу за тем, как ты с этим справишься, — пояснил интендант причину своей задержки.

Лейтенант предложил товарищу присесть в единственное кресло, имеющееся в их с Питом каюте. Он с большим аппетитом накинулся на принесенную ему пищу.

— Честно признаюсь, не ожидал, что пройдет меньше двух месяцев, прежде чем мы с тобой поменяемся местами. Еще недавно ты пытался убедить меня в том, что существует немало причин, чтобы жить, а я пытался уверить тебя в обратном, — Родрик улыбнулся, довольный тем, как оживленно Кэр поглощает суп.

— Рад, что ты смог их увидеть, — про себя лейтенант отметил, что капитан принял наилучшее решение, выбирая кандидата на роль парламентера.

— Спрошу прямо. Ты справишься с этим?

— Не думаю, что мне здесь место. Приключений мне хватило на несколько жизней вперед, — целебный отвар позволил Кэру вновь обрести способность вести разговор.

— Как и я, но мы с тобой уже стали заложниками ситуации. Мы отличаемся от всех остальных офицеров. Стоит это признать.

Кэр немного удивленно посмотрел на своего собеседника, не ожидая, что разговор уйдет в подобное русло.

— Поправь меня, если я не прав, но ведь это так. Каждый из них давным-давно перестал воспринимать обстоятельства с точки зрения обычного человека. Мы же единственные, кто может смотреть на события не через призму их опыта, и оттого реагируем на них в разы сильнее.

Кэр медленно и молчаливо кивнул головой в знак согласия. Родрик выглядел совсем иначе, чем прежде. Потеря ноги не сломала его, а наоборот, закалила. Интендант теперь совсем не смущался говорить напрямую о том, что его беспокоит.

— Я просто хотел сказать, что, возможно, это не так плохо. Подольше сохранять в себе человечность. Пускай даже и по отношению к самому себе. Сейчас тебе кажется, что жизнь окончена, но я уверен, что в ней будет еще много ярких событий, — продолжил Родрик, ободренный готовностью лейтенанта слушать.

Кэр был тронут заботой товарища. Он был согласен с мистером Греем. Остальные моряки, закаленные жизненным опытом, действительно утратили способность испытывать простые человеческие эмоции.

— Если понадобится, я буду лично ходатайствовать перед адмиралом о снисхождении. Даже если взамен он потребует от меня оставшуюся ногу. Приведи себя в порядок и приступай к своим обязанностям. Труд поможет отвлечься от дурных мыслей. Поверь мне, — заканчивал свою речь интендант, уже стоя в дверном проеме.

— А поднос? — спохватился Кэр, собираясь передать посуду.

— Поднос занесешь на камбуз. Будет повод покинуть свое убежище, — улыбнулся Родрик и исчез.

В коридоре еще долго раздавались его шаги. Дождавшись, когда стук деревянной ноги удалится на достаточное расстояние, Кэр рассмеялся. На удивление, неказистая речь Родрика его немного взбодрила. Остров Хольта навсегда изменил молодого лейтенанта, превратив строптивого юношу во взрослого мужчину. Итан понимал, что боль от потери любимой будет преследовать его до конца дней, но сейчас он впервые осознал, что сможет жить с этим дальше.

Проведя еще немного времени в чувстве жалости к самому себе, аурлиец уверенно встал на ноги. Секундный порыв готовности к действию был прерван жесточайшей болью в легких. Оглядев свою каюту, Кэр, к ужасу, осознал, что большинство его вещей остались на острове. Он выдохнул, найдя на дне своего сундука последний костюм. Отдельной радостью оказалось найти среди вещей скромные запасы выкупленного у мистера Кэмбела табака. О потерянном плаще Итан не переживал. На такой случай в трюме имелись приличные запасы обязательного атрибута аурлийца. Переодевшись в свежую одежду, приведя себя в относительный порядок и схватив поднос, Итан покинул свое логово. На камбузе его встретила широкая улыбка мистера Грея. Помощники кока замерли, словно увидев мертвеца.

— Мистер Кэрил, рад, что вы пришли. Нам тут не помешает помощь, — протянул Родрик лейтенанту руку помощи.

Кэр принял этот жест поддержки и присоединился к помощникам повара. До самого вечера они восстанавливали дорожную кухню, простоявшую без дела все то время, что экипаж был на острове. Дело действительно помогло Кэру отвлечься от дурных мыслей.

За ужином никто больше не затрагивал в разговоре случившееся. Все обсуждения витали вокруг загадочного бога дикарей и предстоящих открытий. Только капитан шепотом успокоил Кэра, сказав, что замолвит словечко за лейтенанта перед адмиралом.

— Господа, не знаю, как вы, но я рад снова оказаться на борту, — обратился Хольт уже ко всем, когда с едой было покончено и на столе остались лишь кубки с вином.

Большинство офицеров его радостно поддержали. Только мистер Форингтон казался не слишком разговорчивым. Лекарство, помогающее ему переносить тяготы болезни на острове, было бессильно без твердой почвы под ногами. Морской воздух и качка заставляли его приступы возвратиться с новой силой. На платке, который он повсюду носил с собой, теперь виднелись засохшие капли крови.

— Я понимаю, что возможности повернуть ни у кого из вас нет. Возможно, нашу экспедицию ждет успех, и тогда то, с чем мы столкнемся, может перевернуть мир каждого из нас. Надеюсь, что каждый понимал, на что идет, покидая Корквил, — сказал капитан уже