Око Владыки - Томас Барнс

Через мгновение из вспышек образовались фантастические очертания бесстрастно взирающего голого черепа гигантских размеров.

На месте глаз у черепа находились два черных пятна, две глубокие лунки, наполненные бездонным мраком. Челюсти, усеянные острыми зубами, пошевелились, и раздался низкий гудящий голос:

«Тебя нет…»

Из глубоких глазниц черепа, как из воронок, вырвались перевитые жгуты яркого пламени, вонзившиеся в сознание Беддея раскаленными лучами. Он почувствовал, как жаркая и ослепительная вспышка взорвалась у него в мозгу, и после этого наступила полная тьма.

Хрип вырвался из его горла. Окровавленный кинжал, который все еще продолжала сжимать его потная рука, со звоном выпал из дрожащих пальцев.

Колени подломились. Ноги не слушались его, они стали как ватные. Он сделал один только шаг, и потолок внезапно повалился, опрокинулся навзничь. Беддей услышал глухой стук как бы со стороны и понял, что это его затылок расслабленно врезался со всего маху в каменные плиты.

Он еще мог наблюдать все, что дальше происходило с его телом, но уже как бы со стороны. Сквозь пелену, застилавшую глаза, он увидел, как над ним нависла огромная фигура Стабба.

В ушах стоял тупой звон, и откуда-то издалека он услышал бесстрастный голос Таррейтала. Принц потребовал:

— Заталкивайте его внутрь!

Подручные черноволосого действовали слаженно. Стабб и Шрекер нахлобучили на торговца большой пыльный мешок из полосатой ткани. Купец оказался в полумраке и не успел ничего сообразить, как горловина мешка сомкнулась, поглотив его тело целиком.

Мужчиной он был далеко не легким, однако Стабб без видимых усилий поволок его из комнаты, схватив за тот край, где были ноги. Когда охранник стал бесцеремонно спускать мешок по лестнице и голова запрыгала по ступеням, Беддей потерял сознание.

Очнулся он только через некоторое время и понял, что под ним находится твердая поверхность, которая ритмически вздымается вверх и вниз. Легко плескали волны, и завывал сильный ветер.

С ужасом Беддей понял, что лежит в мешке на дне своего собственного ялика. Обычно это изящное судно стояло у пирса, расположенного недалеко от лавки.

Ялик нужен был ему не для веселых морских прогулок, а для того, чтобы можно было держать связь с большими торговыми судами, стоявшими на рейде.

Сейчас острый нос ялика рассекал буруны и направлялся вдаль от берега Внутреннего моря к тем местам, где было особенно глубоко…

Хлопали паруса, раздуваемые утренним ветром. Стабб, управлявший шлюпкой, сначала бормотал под нос что-то нечленораздельное. Потом Беддей, задыхавшийся в своем мешке, сквозь шум волн услышал, как его охранник прорычал:

— Шрекер должен привязать груз.

— Шрекер хорошо привяжет груз. Толстяк никогда не всплывет, — отозвался карлик, и в голосе его слышался неподдельный восторг. — Хозяин будет доволен! Рука господина Таррейтала будет гладить Шрекера и Стабба по голове.

Внутри мешка было так душно, что на теле купца выступила испарина. Он отключился и в забытьи попал в мир своих сновидений.

Пока его везли в шлюпке, Беддей пытался пробиться мысленным лучом в подземный склеп, в цитадель Желтого круга. Но по-прежнему ничего не получалось. Непробиваемый экран, воздвигнутый волей черноволосого, не позволял проскользнуть даже самому слабому импульсу.

У него дико болела голова, невыносимо раскалывался затылок от парализующих лучей, которые излучал мозг Таррейтала. Эти импульсы бичами хлестали его сознание и с каждой секундой причиняли все большие страдания.

В забытьи, валяясь на дне ялика, Беддей пытался укрыться от этих яростных жгутов враждебной воли, но у него ничего не получалось. С мучительными стонами он старался протянуть нить канала телепатической связи и сообщить Верховному Мастеру о том, что произошло.

В ушах стоял тупой, однообразный звон. Сквозь это монотонное гудение до слуха купца слабо пробился радостный голос карлика:

— Сейчас Шрекер и Стабб сбросят толстяка за борт.

Было слышно, что коротышка почти захлебывается от удовольствия.

Купец почувствовал, как мощные лапы охранника вцепились в полосатую ткань мешка. Внутри у Беддея все оборвалось, когда он понял, что Стабб поднял его и перевалил через борт ялика, так, что голова купца свесилась к воде, а ноги все еще были в лодке.

Через мгновение мешок рухнул вниз, подняв фонтан брызг, и исчез в холодных волнах. Но за миг до того, как он вместе с грузом пошел ко дну, Беддей почувствовал, что ментальный сигнал все-таки смог вырваться из плотного ограждения.

Находившийся на берегу Таррейтал мысленным зрением увидел, что мешок уже падает в воду, и снял телепатическую защиту.

В этот момент краткий судорожный импульс, вырвавшийся из сознания торговца, полетел над гладью моря и достиг своей цели.

Торговец еще успел глубоко вздохнуть и задержать дыхание. Но он неумолимо шел ко дну, и кровь все сильнее приливала к голове.

Воздуха не хватало, и глаза вылезали от напряжения из орбит. Беддей понял, что через мгновение наступит конец, но в последний момент он увидел нечто обнадеживающее.

Перед глазами плыли кроваво-красные круги, а в центре каждого такого круга ему чудилось лицо Верховного Мастера. Повелитель Желтого круга внимательно смотрел на Беддея. Круги вращались вокруг его головы, а глаза внимательно зондировали память торговца.

Мастер стремительно изучал сознание захлебывавшегося купца. Пока тот еще не умер, он успел считать из его памяти почти все, что произошло этой ночью…

Когда Кийт покинул торговую лавку Беддея, время уже было позднее. Ниана все больше погружалась в непроглядную ночь. Проходя по темным улицам, сёрчеры видели, что в домах тускло светились лишь немногочисленные окна. Добропорядочные горожане до утра успокоились в своих жилищах, чтобы набраться сил для следующего дня.

Друзья шли довольно долго, свободно разбираясь в запутанной паутине небольших грязных улочек. Кийт почти все время молчал, напряженно размышляя о странной беседе с купцом.

Чернокожий гигант не осмеливался ни о чем говорить, шагая рядом со своим предводителем. Не первый день он общался с Кийтом и знал, что если тот погружен в раздумья, остается только терпеливо ждать. Поэтому Джиро помалкивал, внимательно поглядывая по сторонам.

Хотя сёрчеры чувствовали себя здесь спокойно, нужно было быть начеку. Места здесь были опасные, то и дело по улицам шныряли какие-то сомнительные личности, и из-за любого угла могли вынырнуть грабители.

По обе стороны улицы темнели силуэты каменных домов, погруженных в полную тьму.