Симпатичная москвичка желает познакомиться - Маша Царева

— Просто вид у тебя такой… Светящийся, — улыбнулась она, прямо пальцами вынимая из фасованного салата креветку. — Фу, как невкусно. Я уже дождаться не могу, когда приедем в Италию. Вот там еда что надо. Ты уже бывала в Италии?

— Не приходилось. Просто мой… — я замешкалась, не зная, как величать в разговоре Алана — «друг» (слишком официально), «любовник» (еще хуже), «жених» (но на моем пальце что-то колец не видать).

— Твой любимый мужчина, — расхохоталась проницательная Валюша, — могла бы не говорить, догадаться было нетрудно.

— Да, наверное. Так вот, он иностранец, и мы договорились провести в Италии романтический уик-энд. Ну а ты? — я быстренько перевела разговор на другую тему, чтобы она не столкнула меня в омут всех этих тщетных размышлений о любви, которые ни к чему не приводят, кроме гастрита на нервной почве.

— А я к мужу еду, — выдохнула она.

Вот уж кто светился от переизбытка положительных эмоций, так это сама Валюша. Даже не знаю, как ей удалось разглядеть за пеленой своего эгоистического счастья меня.

— У меня муж итальянец, представляешь?

— Даже и не представляю, — в тон ей ухмыльнулась я.

— Мы женаты всего два года, — Валюша не обратила внимание на мой сарказм.

— Почему «всего»? Это уже срок.

— О, не для нас, — махнула веснушчатой рукой она, чуть не опрокинув поднос с едой мне на колени, — я ведь в Москве живу. А он — в Милане. Вот и приходится мотаться. То он ко мне приезжает, то я к нему.

— Странно как, — удивилась я, — а почему ты совсем туда не переедешь?

— А зачем? — изумилась в свою очередь Валя, — у меня в Москве и работа, и друзья. И потом, я не такая смелая, чтобы так уж кардинально взять и поменять всю свою жизнь.

— Но разве это удобно? А если вы решите завести детей? Все равно же придется что-то придумывать.

— А у нас двойня, — расхохоталась Валюша, — Саша, хочешь я открою тебе секрет? — помолчав с видом самым что ни на есть заговорщицким, она изрекла: — Жизнь гораздо проще, чем кажется. И если тебе хочется чего-то… Очень сильно хочется… То надо искать пути, а не препятствия.

Я отвернулась к иллюминатору, но Валюша продолжала щебетать, словно ей нужно было только лишь мое присутствие, а не мое внимание. Я вполуха присушивалась к тому, что она рассказывает: о своем муже Марио, с которым она познакомилась в туристической поездке, где была с родителями, и как они полтора года переписывались, и как он приехал к ней в Москву и прямо в этот же день сделал предложение. Вся Валюшина семья встала на дыбы, как норовистый арабский скакун. Все были против, что единственное любовно взращенное дитя покинет страну — возможно, навсегда. Марио торопил, невеста дергалась, даже похудела на шесть килограммов от постоянной нервотрепки. В итоге они все-таки собрали все необходимые документы и расписались. С тех пор так и живут на две страны — пару месяцев в Милане, пару месяцев в Москве. Дети, которым уже третий год пошел, к такой расстановке сил давно привыкли, и по-итальянски щебечут не хуже, чем по-русски.

Я машинально прислушивалась к этой почти сказочной истории, а сама тем временем думала о своем. Хватило бы у меня смелости устроить свою жизнь так, как это сделала Валюша или нет? И со вздохом призналась самой себе, что скорее всего второе. Что же это получается? Я всегда гордилась своей непредвзятостью, независимостью и смелостью быть не такой, как все, и вот, сама того не заметив, оказалась в вязком плену стереотипов?!

Вот я перезваниваюсь с Аланом, я сломя голову несусь к телефону, когда слышу длинный международный звонок. Да что там к телефону — я готова на край света нестись, чтобы он меня поцеловал. Со мной давно такого не было. Да и было ли вообще — если честно, я вспомнить этого не могу. Когда я думаю об Алане, прошлое кажется мне бессмысленным ненужным чемоданом, который со вздохом облегчения сдаешь в бессрочную камеру хранения и благополучно забываешь о нем навсегда.

Стоит мне вспомнить его улыбку, как у меня гарантированно поднимается настроение. Даже окружающие заметили, что в последнее время я стала как-то поспокойнее. И он понравился моей лучшей подруге. И я уверена, что могла бы влюбиться в него по-настоящему. Но…

Но я, дубина стоеросовая, сама же придумала себя сдерживающий фактор. Он иностранец, а значит, ничего путного у нас не получится. Наши отношения обречены на то, чтобы стать ущербными. А раз так — стоит ли трепыхаться вообще?

И вот пока я топчусь на месте, рефлексируя, те, кто посмелее, рожают близнецов от знойных итальянцев, и плевать им на трудности и социальные стереотипы!

— Ты меня не слушаешь? — повысила голос Валюша.

— Что ты! — встряхнула головой я. — Слушаю, конечно.

— Но я задала тебе вопрос, а ты даже не ответила.

— Прости, — смутилась я, — ладно, я на самом деле о своем задумалась. Ты не обижайся, я просто сама не своя.

— Понимаю, — просияла она, — и даже понимаю почему. На тебя ведь произвела впечатление моя история, так? — она горделиво приосанилась.

Мне пришлось признаться, что да, произвела.

— А у тебя тоже роман с иностранцем. И ты не знаешь, что с этим делать. Так вот, получай бесплатный совет: плюнь на всех и поступай так, как хочется!

— Валь, ты не понимаешь, — вздохнула я, — у меня все сложнее. Может быть, я и влюблена уже, но мы виделись-то всего неделю. Получается, что сейчас я его увижу во второй раз, и никакого предложения он мне не делал и не сделает, потому что… — я осеклась и печально вздохнула, — ты и сама понимаешь почему.

— Откуда ты можешь знать наперед! — от волнения ее голос зазвенел. Она была еще так молода, что чересчур близко к сердцу воспринимала чужие амурные перипетии. — В любом случае, мне кажется, что ты слишком боишься будущего! Так нельзя. Если будешь бояться, то и будущее будет… скромным.

Я улыбнулась — видела бы она мою татуировку, так, может быть, пожелала бы мне спокойной радости вместо разгула страстей. Разве может ужиться с такой змеюкой претендентка на скромное спокойное будущее?

— Знаешь что? Я тебе свой телефон оставлю, — решилась Валюша, — если у вас все сложится, я тебе помогу.

— Денег дашь, что ли? — ухмыльнулась я.

— А ты представляешь себе, сколько документов надо собрать для того, чтобы выйти замуж за иностранца? И чтобы постоянную визу получить, и двойное гражданство. А я уже все знаю, — порывшись в карманах, она извлекла откуда-то мятый спичечный коробок и огрызком карандашика для губ нацарапала на нем несколько цифр, — ты только не стесняйся мне звонить, если что. А сейчас… До посадки еще полтора часа, на твоем месте я бы поспала. А то какая-то ты бледненькая… Слушай, а можно мне почитать твои журналы? — она кивнула на стопку макулатуры, которую я везла для Алана.