Разрушение Дьявольского Акра (ЛП) - Риггз Ренсом

Нам вручили рюкзаки. Я влез в лямки своего и ощутил вес, который был немалым. Имбрины неоднократно уверяли нас, что мы без проблем найдем петлю мисс Крачки, но вещи, которыми они набили наши рюкзаки, говорили о другом: теплые одеяла, консервы, ледорубы, бинокль, аптечка первой помощи.

— На всякий случай, если вы задержитесь, — сказала мисс Королёк.

— Или затруднитесь найти мисс Ястреб, — добавила мисс Кукушка.

Нур порылась в рюкзаке.

— Никакого оружия, — заметила она.

— Оружие только вызовет подозрения, если вы столкнетесь с какими-нибудь солдатами, — сказала мисс Кукушка. — Если они подумают, что вы воюете, вы можете оказаться в военном лагере для военнопленных или еще хуже.

С этой веселой мыслью, чтобы успокоить нас, мы поднялись по лестнице в нижний Пенпетлекон-холл. Я редко видел его таким пустым. Обычно туда приходила и уходила дюжина людей, транзитные чиновники ставили штампы в паспортах и проверяли документы, Харон ходил вокруг, чтобы убедиться, что все в порядке. Это напомнило мне первый раз, когда я увидел его, когда мы с Эммой случайно наткнулись на этот коридор, еще до того, как встретили Бентама. Теперь стало еще тише: не было ни сугробов снега, рассыпающихся по ковру, ни куч песка, собирающегося вокруг косяков пустынных петлевых дверей. Ни эха свистящего ветра, ни шума прибоя. Двери были мертвыми, пустыми. Деактивированными. По крайней мере, сейчас.

Имбрины проводили нас почти до конца коридора, за угол, в еще более узкий коридор, к двери, встроенной в тупиковую стену. Краска на нем облупилась, а табличка гласила: «ФРАНЦИЯ, НОЯБРЬ 1918 года». Иногда можно было определить, как часто и как недавно использовалась та или иная петлевая дверь, проверив раму вокруг нее, потому что Харон завел привычку делать на дереве тонкие зазубрины.

В этой двери не было никаких зазубрин. Ей давно не пользовались. Конечно, не с тех пор, как имбрины заняли Акр.

— Всем надеть пальто! — приказа мисс Сапсан.

Мы натянули длинные шерстяные пальто и старинные сапоги до середины икр. Нашлось даже пальто для Эддисона, маленькое зеленое пальто с короткими рукавами и отделкой из искусственного меха, которое мисс Королёк помогла ему надеть. Миллард, который замерз бы, если бы был голым, но привлек бы слишком много внимания, если бы не был мумифицирован в одежду, натянул шарф, шапку-ушанку и перчатки и повесил на шею пару дымовых очков, которые он мог надвинуть на глаза в любой момент.

— Лучше бы там было арктически холодно — я изнемогаю от жары, — сказал Миллард.

— Ты выглядишь потрясающе, — сказал ему Гораций. — Как один из полярных экспедиционеров.

— Как какой? Тот, который заблудился и должен был съесть свою команду? — Миллард ослабил шарф и обмахнулся веером. — Ты уверен, что мисс Ястреб будет нас ждать?

— Я видел это во сне. Она сейчас в своем доме, недалеко от входа в петлю. Нам не составит большого труда найти ее.

Мисс Королёк объявила, что у нас будет всего тридцать секунд с момента перезапуска Пенпетлекона, чтобы войти в петлю, прежде чем дверь за нами закроется. Харон стоял внизу, в забитых машинами внутренностях здания, готовый к сигналу.

— Вы готовы? — спросила мисс Сапсан.

— Я готова, — сказала Нур, и мы все ответили ей тем же. Готов, готов, готов.

— Тогда ладно.

Мы ждали. Я выглянул в окно и увидел за желтым небом зеленое светящееся Одеяло. Я подумал о старой мисс Зарянке и о том, как устали все имбрины. Пока мы не добьемся успеха, никто из них не сможет уснуть, иначе зеленый щит, удерживающий наших врагов на расстоянии, распадётся.

Пол начал трястись. Электрические канделябры в форме свечей вдоль стены мерцали. На мгновение мне показалось, что это землетрясение, но затем из щели под дверью перед нами и из каждой двери в коридоре вырвалось что-то похожее на пар, и раздался слабый звон! это было похоже на то, как таймер бьёт ноль при готовности.

Пенпетлекон снова включился.

Мисс Сапсан и мисс Королёк обменялись встревоженными взглядами, а затем мисс Сапсан протянула руку и повернула ручку двери. Она рванулась вовнутрь, ручка дернулась из ее руки и с силой ударилась о внутреннюю стену. Она испуганно отшатнулась.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я рискнул заглянуть внутрь. Это было обычное панпетлеконовское однообразие: неприветливая кровать, которая никогда не соблазняла вас задержаться, шкаф и тумбочка, и красный маковый ковер, который заканчивался отсутствующей четвертой стеной. За ним материализовалось мерцающее изображение заснеженного леса. Эмма направилась к двери, но мисс Сапсан остановила ее.

— Подожди, — сказала она. — Она еще не совсем появилась.

Мы смотрели на лес. Он посветлел, и мерцание прекратилось, а затем оно стало казаться таким же реальным, как вид из окна.

— Счастливого пути, дети, — сказала мисс Сапсан. — Пусть старейшины присматривают за вами.

Глава четырнадцатая

Семеро подростков и собака попрощались с тремя имбринами и прошли в открытую дверь. Наши сапоги застучали по краю ковра, потом по одеялу из опавших листьев.

— А теперь идите скорее, мои зверята, мы должны закрыть дверь, — крикнула мисс Королёк, прогоняя за нами цепкого Горация. Когда он полностью покинул комнату, имбрины помахали нам из коридора и закрыли дверь. Не было времени на долгие слезливые прощания. Они должны были закрыть Пенпетлекон, прежде чем Каул или кто-либо из его монстров сможет проскользнуть внутрь.

Трехстенная комната заколыхалась в воздухе, как тепловое искажение пара, затем потускнела и исчезла. И мы были одни в лесу во Франции, без очевидного пути домой — или в то место, которое я начал считать домом, во всяком случае. Порыв ветра взметнул листья вокруг нас и издал одинокий звук среди деревьев. Эмма хлопнула в ладоши, прорезая тяжелую тишину, которая начала нарастать.

— Точно! — рявкнула она. — Задание первое: найти мисс Ястреб.

Мы огляделись. Не было ни тропинки, ни дорожки, ни вывески. Лес впереди нас сгущался в непроходимую завесу, а с другой стороны поднимался на глухой холм, так что мы не могли видеть достаточно ни в каком направлении.

Нур повернулась к Милларду.

— Я видела, как ты собирал карты.

— Пачки и стопки, — ответил он. — Но так как мы не знаем, где находимся сейчас, они не принесут нам большой пользы.

— Мы в лесу, — сказала Бронвин.

— Спасибо, это я вижу. Мы должны найти ориентир.

Со стороны кустарника донесся отдаленный грохот выстрелов.

— Война вон там, — сказал Гораций, указывая.

— Ну вот и все, вы все гении, — сказал Енох.

Эддисон вскочил на задние лапы.

— Если петля мисс Крачки находится по другую сторону линии фронта, почему бы нам просто не проследить за стрельбой и не пересечь ее?

— Потому что, — медленно проговорил Гораций, — нас могут подстрелить. — Низкий гул взрыва прогремел со стороны фронта.

— Или взорвать, — добавил Енох.

— Ну, постарайтесь не делать этого, — хмыкнул Эддисон. — Для людей, считающие себя героями, вы слишком много беспокоитесь о таких вещах.

— Героизм — это не тоже самое, что и глупость. — сказал Гораций.

Эддисон зарычал на него.

— А можно ему намордник надеть? — сказал Енох, ни к кому конкретно не обращаясь.

Эмма разделила их, прежде чем ситуация могла обостриться.

— Вы все ведете себя глупо. Послушайте, мы сами найдем дорогу, если понадобится, но прежде чем прибегнуть к этому, надо попытаться найти мисс Ястреб.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Если бы только Оливия была здесь, чтобы парить над деревьями и искать свой дом, — сказал Миллард.

— Или мы можем попробовать это, — сказал я. Я сложил ладони рупором и закричал: «МИСС ЯСТРЕБ!»

Гораций подскочил ко мне и попытался зажать мне рот рукой:

— Молчи! — но я оттолкнул его. — Когда это был приемлемый способ найти имбрину?

— Когда ни у кого нет идеи получше? — Я сказал.