Афганистан. Что о нем нужно знать каждому - Барнетт Рубин

Основным поводом для напряженности вокруг «непредставительного» характера временного органа был контроль над силами безопасности, осуществляемый представителями SCN из Пандж-шера. Многие понимали, что основной способ, с помощью которого Чрезвычайная Лойя Джирга создаст правительство на широкой основе, будет заключаться в сокращении преобладания панджшерцев в силах безопасности.

Возвращение Захир-шаха из его двадцатидевятилетнего изгнания в Риме сразу после навруза 1381 г., то есть в марте 2002 г. по грегорианскому календарю, породило предположения о восстановлении монархии и прекращении господства северян в Кабуле. Вспоминали, как в 1929 г. их изгнал из столицы его отец. Роль, которую Захир-шах сыграл в открытии Лойя Джирги, явилась причиной ожиданий, особенно среди пуштунских делегатов, что он сможет занять официальную должность, восстановив старый порядок, по крайней мере символически. Фахим решительно выступал против любой реставрации, и после переговоров с Захир-шахом Халилзад объявил, что бывший монарх не заинтересован в официальной должности, но поддерживает кандидатуру Хамида Карзая на пост президента.

Чрезвычайная Лойя Джирга вошла в историю как первое за последние десятилетия представительное национальное собрание, но не оправдала возлагавшихся на нее ожиданий. Присутствие МССБ в Кабуле позволило афганцам выражать различные мнения, правда, не без некоторого риска подвергнуться запугиванию, как случилось, например, накануне собрания, когда военные и разведывательные службы Фахима забрали контроль над обеспечением безопасности этого собрания у МССБ, что явилось явным нарушением Приложения I Боннского соглашения.

Согласно правилам, разработанным под наблюдением ООН Независимой комиссией по созыву Чрезвычайной Лойя Джирги, лидеры вооруженных группировок не могли участвовать в ее заседаниях. Тем не менее главные военачальники и командиры, которые не были избраны делегатами, заняли зарезервированные места в первом ряду. Они доминировали на собрании, настаивали на изменении названия государства на Переходное Исламское Государство Афганистан и требовали официального статуса «моджахедов». Талибы или лица, подозреваемые в принадлежности к талибам, не могли участвовать в собрании, не рискуя быть арестованными и задержанными. Следовательно, в направлении национального примирения и расширения состава правительства Чрезвычайная Лойя Джирга добилась лишь ограниченного прогресса. Вопреки ожиданиям, она укрепила позиции полевых командиров и подтвердила исключение талибов из общественной жизни. Некоторые утверждают, что этот результат способствовал росту возглавляемого последними повстанческого движения.

Делегаты без особых споров избрали Хамида Карзая председателем (президентом). После двух недель секретных переговоров Карзай представил список членов правительства. Кануни ушел с поста министра внутренних дел и был заменен маловлиятельным пуштуном из Вардака. Кануни стал министром образования. Фахим остался на прежнем месте. Министром финансов Карзай сделал Ашрафа Гани, бывшего высокопоставленного чиновника Всемирного банка. Гани превратил этот пост во влиятельную должность.

Как Афганистан принял новую конституцию и что произошло на Конституционной Лойя Джирге?

Боннское соглашение предусматривало:

Конституционная Лойя Джирга должна быть созвана в течение восемнадцати месяцев после создания Переходного органа, с тем, чтобы принять новую конституцию Афганистана. Для оказания Конституционной Лойя Джирге помощи в подготовке предложенной Конституции, Переходная администрация в течение двух месяцев с момента начала ее работы и при содействии Организации Объединенных Наций должна создать Конституционную Комиссию[35].

Конституционная Лойя Джирга была созвана 13 декабря 2003 г. и приняла конституцию 4 января 2004 г. Она обсудила текст, подготовленный перед этим немногочисленной комиссией, работавшей с октября 2002 г. по март 2003 г. Эта комиссия представила упомянутый текст Комиссии по пересмотру Конституции (CRC), которая с марта 2003 г. по сентябрь 2003 г. изучала и редактировала его. В сентябре 2003 г. CRC представила свой проект Совету национальной безопасности под председательством президента Карзая, который внес в него существенные изменения до его представления в Конституционную Лойя Джиргу.

На Конституционной Лойя Джирге было сильное ощущение, как выразился один делегат, что «пуштуны вернулись». То, что многие пуштуны воспринимали как непропорциональное представительство непуштунов, особенно таджиков, в предыдущем правительстве, теперь закончилось. Пуштуны победили в главном вопросе, создав централизованное правительство и государство, возглавляемое напрямую избранным президентом. Члены конституционной комиссии и делегаты Конституционной Лойя Джирги от других этнических групп предлагали различные формы разделения власти и децентрализации, включая парламентскую систему, в которой глава правительства (премьер-министр) представлял бы многонациональную коалицию, созданную в парламенте. Предлагались также: смешанная система, в которой президент и премьер-министр были бы наделены полномочиями проверять деятельность друг друга; выборы местных представителей власти, таких как губернаторы и губернаторы округов; назначение местного начальства избранными советами. В проекте, представленном Комиссией по пересмотру Конституции (CRC), предлагалась смешанная система, в которой присутствовали как президент, так и премьер-министр, но Совет национальной безопасности (NSC) изменил ее на чисто президентскую. Именно этот проект и поступил на рассмотрение Конституционной Лойя Джирги.

В то время как пуштуны добились наиболее благоприятного для них результата в отношении формы правления, по явно этническим вопросам конституция достигла, хотя и с трудом, требуемого баланса сил, став в некоторых отношениях наиболее инклюзивной конституцией из всех прежде существовавших в стране. Пушту и дари получили равное признание в качестве «государственных языков», в то время как представители других народностей стали пользоваться правом иметь собственные учебные заведения и средства массовой информации, где использовались их родные языки. Конституция восстановила требование о том, чтобы государственный гимн исполнялся на языке пушту (правительство Раббани приняло гимн на дари), но взамен этого потребовала, чтобы в гимне упоминались все четырнадцать этнических групп, перечисленных в качестве составляющих афганскую нацию народностей в Статье 4.

Лица, близкие к президенту Карзаю, в попытке подтвердить преобладание пуштунского языка включили в конституцию уже после того, как она была одобрена, пуштунские слова. После их правки конституция стала требовать применения «национальной терминологии», представляющей собой использование пуштунских терминов для наименования некоторых учреждений, таких как Стара Махкама для Верховного суда и похантун для университета.

Конституция признала ислам государственной религией, но не указала, как это было в предыдущих конституциях, что официальные религиозные ритуалы должны проводиться в соответствии с ханафитскими (суннитскими) обрядами. Тогда как только ханафитская школа была предписана как источник остаточной юриспруденции там, где писаный закон молчит, конституция признала шиитскую юриспруденцию в делах семейного права среди шиитов.

Под давлением США в конституции не использовалось слово «шариат», но в Статье 3 применялись другие формулировки, гарантирующие, что управление осуществляется согласно исламскому праву. В соответствующем пункте о «неприятии» говорится, что «В Афганистане ни один закон не может противоречить убеждениям и положениям священной религии ислама». Это было значительно сильнее аналогичного места в конституции 1964 г., в которой говорилось: «Не должно допускаться ни одного закона, противоречащего основным принципам священной религии ислама и другим ценностям, воплощенным в этой Конституции». В конституции 1964 г. король был назван хранителем «основных принципов священной религии ислама». Однако в