Королевская страсть - Патриция Хортон

Главная сложность сейчас была в отношениях с Роджером. Чувствуя почти физическую необходимость свободы, она накинула плащ, позвала Нэнси, и они отправились на прогулку. Пройдя через сад, они вышли к Темзе и неторопливо побрели вдоль берега. Барбара изливала внимающей ей девушке свои страхи и надежды.

— Может быть, это вынудит Роджера развестись со мной. И я стану свободной как ветер.

Даже с Нэнси Барбара не поделилась своей мечтой о том, что, возможно, когда она станет свободной, король женится на ней.

Роджер задумчиво мерил шагами свой кабинет — восемнадцать шагов вперед, восемнадцать назад. Но мысль о разводе не возникла у него. Венчание соединяет мужчину и женщину до смерти, только она может разорвать эти узы. Когда в семье бывали печальные разногласия, как в их случае, то обычно находилось компромиссное решение и совместная жизнь продолжалась удобным для обоих супругов образом. Барбара принадлежала Роджеру по закону, как имущество и дом, карета и лошади. По закону он мог отправить ее из Лондона, заточить где-нибудь в глуши. Или, если пожелает, даже убить ее. И общество не слишком осудило бы его поступок.

Однако ему трудно было думать о Барбаре — умной и жизнерадостной Барбаре — как о неодушевленном предмете. К тому же здесь еще были замешаны интересы короля, с которыми приходилось считаться. Конечно, ему не удастся увезти ее из Лондона и тем более убить без ужасного скандала. Роджер остановился в бессильной злобе и ударил кулаком в собственную ладонь.

Он налил бокал вина и заставил себя медленно выпить его, надеясь, что это охладит его гнев и позволит мыслить разумно. Благосклонность короля значительно изменила его жизнь. Он окинул взглядом богато обставленный кабинет. Многое было куплено в кредит, и только королевский дар — налоги на ввоз вина — давал возможность оплатить долги. Роджер сознавал, что сделал отличную политическую карьеру; ему нравилось управлять государственными делами, формировать новое правительство, он чувствовал, что наконец его способности используются в полную силу. Если он попытается уничтожить Барбару, то может поставить крест на себе и на той жизни, которой он жил.

Он резко поставил бокал на стол. Одной из английских традиций была почетная участь королевского рогоносца. Чаще всего муж покорно уступал свою жену, если король пожелал сделать ее своей любовницей. Большинство именитых семейств Англии гордились черной полосой на гербе — знаком бастарда, означающим, что король оказал благосклонное внимание одной из дам этой фамилии и она произвела на свет отпрыска королевской крови.

Роджер дождался возвращения Барбары с прогулки, пригласил ее в свой кабинет и сказал:

— Глупо не признавать своих поражений. Я понимаю, что мне не по силам тягаться с королем.

Сердце Барбары екнуло и взволнованно забилось. Сейчас он скажет, что собирается развестись с ней. Но Роджер продолжал, и она поняла, что рано радовалась.

— Я обдумал наше положение. После стольких усилий по реставрации монархии у меня нет желания на этом этапе потрясать ее основы. — Он помолчал, с отвращением взглянув на Барбару. — Надеюсь, ты поймешь меня, если дела не позволят мне присутствовать на наших приемах. Мне претит исполнять роль хозяина, пока вы с королем вертите хвостом друг перед другом, а все смеются надо мной.

Барбара решила все же задать интересующий ее вопрос.

— Может быть, Роджер, тебе лучше дать мне развод?

— Развод?! — Он взглянул на нее с раздраженным недоумением. — Ты с ума сошла? Я не позволю опозорить мое имя. Даже если бы это стало общепринятым делом, моя религия запрещает разводы.

Барбара удрученно вздохнула. Она и забыла, что Роджер католик. Их венчание проходило по обычному церковному обряду, поскольку довольно трудно было найти священника для тайного венчания. А в повседневной жизни вероисповедание не особенно-то проявлялось.

Однако она быстро воспрянула духом. Скоро король сам увидит необходимость ее свободы и, возможно, убедит Роджера согласиться на развод. А пока хорошо уже то, что они покончили с тайными свиданиями.

Она взглянула на мужа с искренней признательностью, радуясь его разумным решениям.

— Ты не пожалеешь об этом, дорогой. Я преумножу славу твоего имени.

Роджер презрительно скривился.

— Небольшая честь, знаешь ли, прослыть на всю Англию королевским рогоносцем! А сейчас лучше уйди, Барбара. — Он повернулся к ней спиной и вытащил пробку из графина с вином. Барбара приподняла тяжелые юбки и прошелестела мимо него к дверям кабинета, спеша сообщить Нэнси хорошие новости.

Остаток дня она сгорала от нетерпения: ей хотелось скорее рассказать о случившемся Карлу. В эту ночь она взбежала по каменным ступеням, обгоняя Проджерса, и ворвалась как вихрь в опочивальню Карла. Щеки Барбары алели, как маков цвет, она стремительно подошла к Карлу и воскликнула:

— Роджер все узнал!

Карл внимательно посмотрел на нее и привлек к себе.

— Это плохо. Сейчас нельзя допустить скандала, мое положение еще слишком неустойчиво.

Король видел рост своей популярности в народе, однако еще не осознавал, насколько она велика. Когда он был принцем, англичане любили его, хотя и ненавидели его отца. Сейчас былая любовь к нему возродилась в них благодаря его безграничному обаянию и доброте даже по отношению к простым людям. Англичане благодушно посмеивались и закрывали глаза на его беспутную частную жизнь. Но Карл принимал решение, не зная об этом. Выражение его лица стало серьезным и непреклонным, он крепче прижал к себе Барбару и сказал:

— Если Роджер устроит публичный скандал, я не брошу тебя, любовь моя. Мы переживем это вместе.

— Но он и не собирается поднимать шум. — Она перевела дыхание и продолжала: — Он согласен жить своей отдельной жизнью, предоставив мне жить своей. — Она подняла к Карлу сияющее лицо. — Мы можем теперь не таясь любить друг друга, когда нам захочется.

Их губы слились в пылком поцелуе, затем Карл усадил Барбару в кресло и заставил повторить слово в слово весь разговор с Роджером. На лице Карла отразилась жалость. Теперь, когда Роджер больше не представлял для него угрозы, король мог проявить наконец ту искреннюю симпатию, которую и раньше испытывал к этому человеку. Он отлично помнил, какие чувства обуревали его самого после измены Люси Вальтер, и понимал ярость и обиду мужчины, которому наставили рога.

Барбара растерянно умолкла, не закончив фразы, и, гневно сверкая глазами, взглянула на Карла.

— О, как же я не поняла раньше! Он посмеялся над нами! Он загнал нас в угол своим отказом бывать на приемах. Это означает, что мы по-прежнему не можем встречаться открыто…