Черное солнце Афганистана - Георгий Свиридов

— Сань, ты больше по второму способу пей, — тихо шепнул Паршин.

— Лады, командир, — кивнул Беляк.

Слух у губернатора оказался отменный. Он с мягкой улыбкою спросил Паршина:

— Поясните мне, пожалуйста, если это не ваш военный секрет, смысл вашего второго способа? Я в Советском Союзе четыре года обучался в Московской Высшей Партийной школе, бывал на разных приемах и дружеских застольях, но о втором способе пить водку никогда не слышал.

Паршин смутился, но тут же взял себя в руки.

— Да никакого особого секрета нет.

— Поподробнее, пожалуйста, — попросил журналист, раскрывая блокнот. — Такие вещи надо записывать.

— Хорошо, сейчас все поясню, — осмелел Паршин. — Прошу сначала всех наполнить свои посудины. Наполнили? Теперь запоминайте. Рассказываю секрет русского застолья. Он древний, но действенный до сих пор.

— Сергей, не тяни резину, — сказал замполит, не выпуская из рук рюмки.

— У русского народа существует два основных способа выпивать, — продолжал Паршин. — Первый: это выпить, закусить, выпить! Это значит, что водки много, а закусона, еды то есть, мало. Понятно?

— Такой способ нам очень даже понятен, — улыбнулся губернатор и спросил. — А второй?

— Второй способ такой: закусить, выпить и закусить! Это когда и закуски бывает много, и выпивки достаточно, — и Паршин добавил, показывая рукой на стол, уставленный всевозможными яствами. — Как у нас сегодня!

— Это только начало, — сказал губернатор, поднимая свою рюмку. — Впереди еще будет хороший шашлык и наш афганский плов!

7

В гарнизон вернулись поздно вечером, крепко подвыпившие и в хорошем настроении. Беляк смутно помнил, как они с Паршиным добрались до своей комнаты. Не раздеваясь, Александр бревном повалился на койку и сразу уснул. И снилось ему, что он дома, в своей Ломовке, как когда-то давным-давно, играет в «бутылочку». Крутят ее по очереди, и бутылка почему-то все показывает на него, на Саньку, и Люба Рогушкина, обдавая теплым дыханием, щекочет лицо своими волосами, прижимается грудью и страстно целует его, целует…

Корниловский привел журналиста к себе.

— Располагайтесь, капитан, как дома, — сказал замполит и указал на свою кровать, застланную чистым одеялом, из-под которого выглядывала свежая белая простыня. По всему было видно, что на ней никто не спал.

Корниловский достал из тумбочки бутылку водки, круг копченой колбасы. Разлил по стаканам.

— По маленькой на сон грядущий.

— Благодарю сердечно! — Серегин уселся на койку, взял стакан. — Какой сегодня был замечательный день! Понимаете, подполковник, бывает, мотаешься по частям неделю, а такого материала, как у вас, не добудешь.

— Приезжайте к нам почаще!

— Придется!

Они чокнулись, выпили.

Серегин расстегнул ворот рубахи.

— Жарища, как в Африке! — сказал журналист, закусывая колбасой. — А шашлычок был отменный! В Ташкенте такого не встретишь, даже в закрытой столовой ЦК республики. Афганцы, они мастера на этот счет.

— Мастера, — согласился замполит. — Еще по одной?

— Наверное хватит, а то перебор будет. Завтра дел много, материал в редакцию срочно переслать надо, — и журналист, дружески улыбнувшись, испытующе посмотрел на замполита. — Я могу на вас положиться? У меня небольшая проблема.

— Если в наших силах, разрешим немедленно, — ответил Корниловский. — На этот счет у меня приказ командира полка.

— Помогите обменять русские деньги на афганские. Мне надо купить небольшие сувениры.

Замполит внутренне улыбнулся. Он сам хотел предложить журналисту нечто этакое, чтоб привязать его к себе. Но вслух сказал.

— Проблема непростая, но мы ее решим.

Серегин в свою очередь понял, что Корниловский попался на крючок. На всякий случай соврал:

— Главный редактор просил меня, если конечно удастся, купить для его жены дубленку.

Замполит вынул кошелек и отсчитал крупную сумму афганей, из тех, что ему дал Сайяф Файзуни, значительно превышающую стоимость дубленки. Вручил деньги корреспонденту.

— Завтра водитель свозит вас в город, и там сами выберете то, что вам понравится, — сказал Корниловский. — Но у меня есть маленькая встречная просьба, по вашей части. Помогите мне написать статью для стенгазеты.

— Это без проблем! Потом я ее опубликую у себя…

8

В этот же вечер в оружейной мастерской собрались друзья — сержанты, ремонтники, электрики, и оружейники, вызванные Иваном Петровым.

— Новость есть. Секретная!

— Выкладывай!

— Наш замполит оказался настоящей паскудной падлой! — сказал Иван. — Устроил сегодня показуху! Всех обдурил! Солдаты, которые убирали битые бутылки, мне сказали, что водкой там и не пахнет. Я сразу же рванул к мусорке, для понта разный хлам потащил. Сам все осколки обнюхал и убедился. На склянках и следов нет от нашей водки! Смекаете? Он, падло, ночью в бутылках водку позаменил на воду! Только всякая кишмишевка да брага в посуде были настоящими…

Глава шестнадцатая

1

Боевая операция по очистке Панджшерского ущелья, или как его именовали в обиходе Панджшера, от отрядов Ахмат Шаха планировалась в штабе 40-й армии основательно и готовилась очень тщательно. Это была первая крупная военная операция советских войск в Афганистане.

К ее проведению бравых советских генералов, жаждущих показать силу и мощь своих полков, мягко подтолкнуло руководство республики, а само афганское военное командование откровенно призналось в том, что они «своими силами не справятся, как не справлялась и армия свергнутого эмира».

Контролировать это ущелье в горах Гиндукуша всегда было важным делом для афганского руководства, как при эмире, так и при республике. Не только со стратегической и военной точки зрения, поскольку оно прилегало к границе с Пакистаном, а еще и чисто с экономической. Глухое и мрачное ущелье издавна было основным районом добычи полудрагоценных и драгоценных камней, в первую очередь «небесного камня» лазурита, алого рубина, кровавого граната, «живого камня» агата…

Еще одним важным обстоятельством было то, что Панджшерское ущелье и прилегающие трудно доступные горные районы Бадахшана населены воинственными племенами, которые мужественно отстаивали свою самостоятельность, не подчиняясь властям столицы, и отчаянно отражали любые военные поползновения.

А в последние годы Панжшер контролировали отряды Ахмат Шаха Масуда. Уроженец этих горных мест, богатый, властный и неукротимый, он пользовался огромным авторитетом у воинственных племен пуштунов и нуристанцев. О нем говорили так: «С Ахмат Шахом можно только договариваться и сотрудничать, но бесполезно с ним воевать».

Вполне понятно, что советские генералы, задетые за живое строптивым «бандитским авторитетом» и беспомощностью властей, решили наглядно и показательно наказать «басмача Ахмат Шаха» и окончательно утвердить свой приоритет в глазах афганцев.

В штабах развернулась кипучая деятельность.

Молодые, нахрапистые и самоуверенные генералы, никогда не воевавшие, не имеющие боевого опыта, не знающие тонкостей и особенностей ведения боевых действий в труднодоступных высокогорных краях, надумали огромной мощью советских войск одним махом раздавить и уничтожить горное «осиное гнездо»…

2

Подполковник Белозерский и майор Екимов вместе с другими командирами авиационных полков и эскадрилий, которые планировались для участия в операции, срочно были вызваны в Кабул.

В штабе десантной дивизии, на плечи которой ложилась основная нагрузка в этой операции, авиаторов познакомили с плановыми задачами по поддержке с воздуха сухопутных войск силами истребительно-бомбардировочной авиации и вертолетных подразделений. Конкретные задачи ставились каждому полку, каждой эскадрилье летчиков и вертолетчиков, детально отрабатывались различные вопросы взаимодействия с мотострелками, которые могли возникнуть в ходе ведения боевых действий. Согласовывались все моменты наведения авиации на цель, записывались позывные как летчиков и вертолетчиков, так и авиационных наводчиков, которые будут находиться в наступающих боевых подразделениях, устанавливались частоты выхода на радиосвязь.

В штабе, на широком столе с низкими ножками был установлен большой макет горного района. Крупномасштабный взгляд сверху на ущелье и его ответвления. На стенах — карты этой же местности с объектами воздействия и плановыми заданиями.

Командир дивизии пояснял авиаторам детали предстоящей операции и указкою показывал на картах и на макете где, когда и что будет происходить, кому и где надлежало быть и как действовать.