Бегство Квиллера - Адам Холл

- Не сейчас. Поэтому деревня и затемнена? Из-за конкурентов?

- Частично из-за этого, а частью из-за того, что тут так принято. Конечно; вечно есть соперники - взять хотя бы Вант Хенга или Трикки Ли или Марико Шоду и прочую публику - им ничего не стоит бросить сюда пару бомбардировщиков и смести все с лица земли, так что никто не собирается облегчать им задачу. Есть и официальная сторона дела, понимаешь ли: генералу лаосской армии правительственным отделом по борьбе с наркотиками поручено очистить от Куна эти места, но при сегодняшнем положении дел он может сделать вид, что тут никого и ничего нет, так что правительство получит право сказать, что оно не в курсе дела, что тут происходит. Ты понимаешь, какие тут крутятся большие деньги? Через это место ежедневно проходит три, а то и четыре миллиона, и... эй, Пакди, ради Бога! Минутку, Марта, я сейчас вернусь.

Он отсутствовал минут пятнадцать и вернулся со своим атташе-кейсом, но на этот раз не собирался вешать его на цепочку.

- Все о`кей, уже начал разгружаться.

В гостинице он расписался в книге гостей, и все его движения, несмотря на усталость, были быстрыми и стремительными. Он понимал, что времени у него немного и давал мне это понять.

Женщина за конторкой подтянула к себе журнал.

- Нужна девочка, Текс?

- Угадала. Да и парочка бы не помешала. Ким здесь?

- Поищу.

- И скажи им, чтобы поторапливались, мне надо еще вздремнуть. О`кей, Марта, будь на месте к трем, идет? Это будет... - Он глянул на свои золотые часы на широком браслете - через два с половиной часа. Устраивает? Я кивнул устраивает.

Вырулив в конец взлетной полосы, мы сидели в пилотской кабине, ожидая разрешения на взлет.

- Значит, ты не торговлей тут занимаешься. Марта?

- Нет.

- Что же ты тут делаешь, в этих забытых Богом местах?

- Я агент.

- Торговый?

- Из бюро по борьбе с наркотиками.

Пей он что-нибудь, обязательно бы поперхнулся.

- Ты, должно быть, шутишь. - Но он был готов схватиться за оружие.

- Да, конечно, шучу.

- Ну, Господи Боже, тут такие шуточки не в ходу, ты это понимаешь?

- Английский юмор.

- Ничего удивительного, что вы просрали империю. Пару раз мигнул зеленый огонек, вспыхнули огни взлетной полосы, он включил двигатели, снялся с тормозов и двинулся; я почувствовал, как меня вдавило в сиденье, и вот мы уже в воздухе, и огни под нами погасли.

- Прости, Текс.

- А? Ах, это? Все в порядке. Ты просто не понимаешь, в какой оказался ситуации. Тебе удобно? Так придется провести пару часов.

- Да. На Транга.

- Верно. В Южном Вьетнаме.

Мы заложили крутой вираж, и стрелка компаса качнулась у отметки шестидесяти семи градусов.

- Откуда там на полосе сгоревшие самолеты, Текс?

- Там садиться непросто, и некоторые летчики не выруливают на полосу. Много не надо, чтобы мы заполыхали, если неправильно приземлимся - для полета часто нужно дополнительное горючее и мы заливаем его в резиновые матрацы, так что сейчас на борту полно горючки.

- То есть, я на ней и сижу?

- Верно. Так что, если захочешь покурить, тебе лучше выйти на крыло.

- Американский юмор.

- Попал.

- Я слышал внизу какие-то выстрелы. Что там случилось?

- Ну, случается кто-то из кули, грузчиков или погонщиков мулов слетает с катушек - знаешь, как порой бывает после трудного пути? - и они кидаются ва всех и вся, и тогда солдаты или полицейские просто пристреливают их; мы не можем позволить, чтобы в таком месте все стояли на ушах, понимаешь ли, и без того все нервные и, не дай Бог, может начаться сплошная разборка. Или, скажем, не поладили торговцы, поставщика не устроила оплата или покупатель, попытался надуть партнера - словом, смахивает на наш Дикий Запад во времена золотой лихорадки, если не считать, что деньги, которые переходят из рук в руки в Треугольнике, исчисляются тысячами - а может, и миллионами - каждый божий день. Понимаешь, тут джунгли. Но считай, что там внизу поле маргариток.

Теперь мы держались курса на юго-восток и снизились до высоты десяти тысяч футов.

- Как долго ты еще планируешь заниматься этим делом? В какой-то мере я говорил лишь для того,, чтобы он не заснул. Три часа назад, когда он поднимал самолет в воздух, он выглядел уставшим как собака: поспать ему довелось не больше двух часов, поскольку минут тридцать он еще возился в постели с двумя девчонками. А мы летели на цистерне с бензином, и, если он будет клевать носом, нам уже ничего не поможет. - Как долго... я что?

- Думаешь еще тут работать?

- Думаю, еще пару лет, что-то вроде. К тому времени я скоплю три или четыре миллиона баксов, после чего махну в Акапулько или в Монте-Карло немного развеяться.

- Большая ли конкуренция среди действующих пилотов?

- Не очень. Порой бывают стычки, но в общем-то мы не мешаем друг другу.

- И не бывает, что вы, скажем, пытаетесь поставить друг другу "клопов"?

- Думаю, нет. Все мы знаем, кто куда летает, и этого достаточно. Подслушка? Нет, никогда о них не слышал.

- Джонни сказал, что ты можешь протащить меня мимо контроля, верно?

- Конечно. Только не тыкай им в нос свои бумаги, ладно? Уж очень от них несет политикой.

В 05.52 мы с ним оказались по ту сторону аэровокзала и взлетного поля: ветер погромыхивал неплотно закрытыми ставнями кафе и шелестел верхушками пальм, на которые падал свет уличных фонарей.

- Если тебе нужно будет куда-нибудь лететь. Марта, дай знать Чену. Я всегда к твоим услугам.

- Я перед тобой в долгу. И надеюсь, тебе повезет.

- В чем? . - Выдержать еще два года.

Он пожал плечами, махнул рукой и, оставив меня, выпустил дым от сигареты, который пеленой потянулся за его спиной.

Когда я приземлюсь в Сингапуре, мне будет нужен какой-нибудь надежный транспорт, так что я подошел к таксофону и позвонил в Верховный Комиссариат, но Кэти на месте не оказалось. Затем я дал оператору дежурный номер в Челтенхеме, но телефон звонил впустую; наконец я повесил трубку.

"Если понадобится какая-нибудь помощь, старина, я со своей стороны буду вкалывать, не покладая рук, и я на постоянной связи с людьми и в Лондоне и в поле."

Все это, конечно, хорошо, но кто эти "люди в Лондоне", что, у него за полевые контакты, и почему, черт побери, он не мог кого-нибудь посадить на вахту у телефона в Челтенхеме, потому что мне нужно направление, и нужно оно немедленно - так же, как и надёжное укрытие в Сингапуре, ибо, чтобы справиться с заданием, базироваться я могу только там, а полиция, должно быть, уже опознала Венекера, и, если сообщение о нем уже попало в сводку новостей, команда Шоды снова спущена с. цепи и рыщет в поисках меня, и Кишнар дышит мне в затылок. У Чена останавливаться теперь опасно, потому что мы не знали, то ли Сайако поставила "клопа" к нему, то ли кто другой, кто сразу же поставит Чена под наблюдение, как только выяснит, что "клопа" раздавили.

Из На Транга в 16.58 вылетал самолет малайзийской авиакомпании, и, купив на него билет, я еще раз пять пытался связаться с Челтенхемом, но каждый раз терпел неудачу. От этого сукиного сына пользы мне было, как от дохлой курицы.

Взлетели мы с опозданием минут на десять, но, поскольку дул попутный ветер, сели в 19.47. Луну затянули густые облака, и на полосе вскипали пузырями лужи, воздух был густой, влажный и пах цветами. Я показал свои таиландские документы, мне не задали никаких вопросов, и я, воспользовавшись выходом с надписью "Только для персонала аэропорта", оказался на аллее, а когда, обогнув стоянку такси, оглянулся в поисках укрытия, из дверей показался человек в плаще...

- Прошу прощения.

Я был в темных очках, пилотском шлеме, и он присматривался ко мне. Затем кивнул.

- Как прошел полет? ? Пепперидж.

- Нормально. Что...

- Первым делом тебе надо убраться отсюда. Идем-ка. Он втащил меня в машину с затемненными стеклами и дипломатическим номером, за рулем которой сидела Кэти. Да, надо отдать ему должное - все это было проделано в отличном стиле.

22. Клиника

- Чем ты пользовался?

- Окисью углерода, - сказал я ему.- А ты?

- Попытался нажраться валиума. - Он был тощ в бледен, со впавшими глазами, но еще молод, около тридцати лет. - Но можешь съесть целый флакон этого добра и все равно не сработает.

- Так было в последний раз?

Двое санитаров в дверях перехватили пациента и осторожно уволокли его куда-то.

- Да.

- Как давно?

- Неделю назад. Поэтому меня сюда и доставили. Жена его и двое детей погибли в автокатастрофе. А полицейский чиновник просто позвонил ему по телефону и осведомился: "Это мистер Дэвид Томас? Так вот..." Как только могут выдержать такое?

- Сейчас лучше чувствуешь себя? - спросил я. - Есть какие-нибудь изменения?

- Похоже, что да. Вот когда я выйду отсюда и вернусь домой, где все...- Он не мог продолжить.

- Пусть все идет своим чередом, Дэвид.

- Теперь у меня ничего не осталось в жизни.

- Но не стоит биться головой о стенку.

- Все равно их не вернуть.