Демон Господа - Уэйн Барлоу

Элигор остановился невдалеке от Валефара. Тот был занят беседой с одним из немногих владетельных демонов, прибывших ко двору Саргатана собственной персоной. Лорд Фуркас, коренастый, простого вида, без вычурности, с круглым лицом и семью глазами цвета кобальта, в скромной короне из нескольких мелких рожков, что-то тихо говорил, и при этом руки его ни на мгновение не оставались спокойными. Он оживлял свою речь множеством разнообразных жестов, некоторые из которых напоминали Элигору полет дротиков, метаемых аборигенами Пустошей. Элигор не слышал речи Фуркаса, и ему эта пантомима казалась бессмысленной, но Валефар следил за жестикуляцией гостя внимательно. Вот они окончили беседу, Фуркас поклонился и отошел к свите. Прозвучали трубы: всех присутствующих приглашали в аудиенц-зал. Видя, что Валефар погружен в раздумье, Элигор молча пошел рядом с ним.

Они молча вступили в большой купольный зал с тронной пирамидой. Элигор рассматривал лица демонов, а те, в большинстве своем, любовались убранством зала, чтобы по возвращении подробно описать все своим господам и их подданным. Высоко над головами собравшихся, над их разноцветными эмблемами реял, ярко освещая зал и всех присутствующих. Большой герб Саргатана. Взгляд Элигора устремился на господина. Элигор не встречал его уже неделю и теперь, увидев, подбодрился. От Саргатана исходил мощный поток энергии. Чувствовалось: теперь его не может остановить ничто, кроме гибели.

Саргатан заговорил. Заговорил на старом, запрещенном языке, и от его мелодичных звуков все вздрогнули.

— Что нас здесь держит? — начал Саргатан. — Может быть, любовь к этим местам, к их мягкому климату? Или слава наших светлых городов, наполненных ароматами свежего ветра? Или преданность нашему справедливому и мудрому правителю? Потому ли мы здесь, что испорчены до основания? Или же потому, что впали в заблуждение, поддавшись обольстительным, но ложным доводам? Грезим ли мы о Престоле, находясь столь далеко от него? — Саргатан сделал краткую паузу. — Или нас держит наша ложная гордость? Обречены ли мы оставаться здесь вечно? Не следует ли нам попытаться вернуться?.. Вопросов много. Но, господа мои, вы не стояли бы здесь, если бы не нашли ответы на эти вопросы сами. Вы не стали бы подвергать себя тяготам долгого пути в Адамантинаркс, если бы не видели истины. Время — оставить печаль ради надежды. Время — надежде подвигнуть нас на действия. Время — восстать из нашей обожженной плоти и объединиться!

Элигор увидел, какое действие произвели слова лорда. Зал загудел, по нему словно прошла волна. Демоны опускались на колени, их эмблемы выпускали лучащиеся отростки, устремлявшиеся к Большому гербу Саргатана. Он окружен был теперь множеством эмблем. Неужели во всех склоненных перед авторитетом Саргатана головах сейчас одни и те же мысли? «Пройду ли я по улицам Вышних городов?», «Увижу ли Трон Господень?» В памяти Элигора мелькнуло и другое воспоминание: такая же убежденность в голосе, столь же зажигательные слова, те же призывы к оружию ради справедливого дела… И тогда опять — тот же исход? Что, Фарайи не ошибся? Но в одном Саргатан прав: бесспорно, вопросов — действительно не счесть.

Затем начались личные представления и беседы, и они растянулись на многие часы. Саргатан одарил всех и вниманием, и добрым словом. Элигор присоседился к Андромалию и Бифронсу, затем обошел своих гвардейцев, охранявших трон, полюбовался Валефаром. Тот представлял Саргатану всех знакомых и незнакомых, послов и лордов и не скупился на похвалы гостям. Но в конце концов от монотонности этой процедуры Элигора начало клонить в сон.

— Лорд Мальпас, мой господин, — прозвучал голос Валефара. — Он давно изучает искусство осады крепостей. Его помощью пользовался сам главный архитектор Мульцибер, еще когда возводились первые замки — Вельзевула и пустая крепость Люцифера. Он знает их сильные и слабые стороны. Конечно, с тех пор прошло немало времени, но все же…

— Добро пожаловать, Мальпас, благодарен тебе. Твои знания и твои сорок легионов, уверен, окажутся бесценными.

Мальпас поклонился столь низко, что его длинный толстый клюв громко царапнул пол.

Еще через час внимание Элигора привлек узкоглазый демон в экзотической жесткой одежде, инкрустированной множеством шевелящихся душ, раскрашенных в разные цвета, расшитой и украшенной множеством драгоценных камней. Настоящий шедевр портновского, златошвейного и ювелирного мастерства! Валефар, увидев это причудливое явление, и сам удивился.

— Досточтимый лорд Йен Вань из далеких восточных краев привел с собой могучих бегемотов. Эти ужасные чудища находятся сейчас в приречных ангарах… На некотором расстоянии от города, — добавил Валефар успокаивающим тоном.

Саргатан поднял брови.

— О, я наслышан о тебе и о твоих ужасных бегемотах, Йен Вань, хотя видеть их и не довелось. Прошу тебя, доставь мне удовольствие, покажи мне своих грозных подопечных. Благодарю тебя и рад видеть рядом.

Исчерченная шрамами физиономия Йен Ваня тут же добросовестно изобразила дипломатичную улыбку.

— Счастлив видеть тебя, славный Саргатан. Я и мои генералы — к твоим услугам.

И он представил Саргатану своих генералов — таких же узкоглазых, но одетых несколько скромнее.

Наконец демонов в зале поубавилось. Исчезая подобно медленно слабеющему свету, проникавшему сквозь зрачок купола, те, кто уже засвидетельствовал свое почтение повелителю Адамантинаркса, спускались вниз и выходили из зала. Поток гостей превратился в слабый ручеек, пока не осталось всего лишь около дюжины демонов, ожидавших приглашения. По обе стороны горами возвышались, сверкая, подношения, многие из которых Элигор приметил, когда еще только разглядывал процессию. Золотые статуи генералов-демонов прошедших эпох в натуральную величину соседствовали с гигантскими урнами, наполненными драгоценными камнями, найденными в отдаленных горах. Искусно выполненные копья и топоры, сделанные местными ремесленниками с Пустошей из сверкающих металлов, были аккуратно разложены на прекрасных коврах, гобеленах и аккуратно обработанных шкурах абиссалей. В общем, подношения поражали своей роскошью, но Элигор знал, что Саргатан ценит их только в качестве символа, сами же по себе эти вещи не представляли для него ценности.

Последним к трону подошел лорд Фуркас. Судя по его лицу, он вовсе не был этим обстоятельством расстроен, а даже, скорее, доволен. В отличие от остальных Валефар подвел его к Саргатану под руку.

— Государь, лорд Фуркас из далекого горного края Фарагито-Кораксо любезно согласился подождать конца приема, ибо он принес с собой нечто, требующее отдельной демонстрации. Среди многих иных его достоинств — и совершенное владение магией огня. Лорд Фуркас — маг-пиромант высочайшего уровня.