Повелитель Демонов 5: Эльфийский король - Александр Якубович

ладонь даже через куртку Армеля и шерстяную ткань одеяла обдало теплом. Мужчина слегка пошевелился, чуть откинулся на спину, и я увидел покрытую крупными каплями горячего пота лысину и раскрасневшееся от жара лицо.

Триерс буквально горел и сейчас находился в полубредовом состоянии. Тело соглядатая не справилось с нагрузкой и сдалось буквально в одном переходе от нашей цели. И это сулило нам немалые проблемы.

Глава 17

Напутствия

Владыка Фангороса медленно потянула из украшенных драгоценными камнями ножен узкий жертвенный кинжал.

— Госпожа Леннор! Умоляю!

Служанка, привязанная к алтарному камню, тяжело всхлипнула, с ужасом наблюдая за действиями колдуньи.

— Тише, дитя… — нежно ответила Леннор. — Все так, как и должно быть…

Конопатая девчушка на алтаре задергалась, пытаясь вырваться, но помощники Леннор знали свое дело и привязали ее крепко. Так что когда узкое лезвие коснулось грудной клетки служанки, единственное, что она смогла сделать — это тихо пискнуть и замереть, глядя на Владыку полными ужаса глазами.

— Пожалуйста…

Леннор же давно утомили подобные мольбы, но ничего поделать с этим было нельзя. Для подобных заклинаний Фангорос требовал чистых подношений, без следов контроля разума. Так что жертвы всегда в полной мере осознавали происходящее.

Под острием кинжала, что погрузилось уже на полдюйма в плоть, проступила большая алая капля, которая быстро превратилась в текущий по животу служанки ручеек.

— Не дергайся, больно не будет, — солгала Леннор, кладя узкую ладонь на грудь жертвы.

После этого владыка резко вонзила клинок в плоть, едва ли не на пол ладони погружая узкое лезвие в юное тело. По залу жертвоприношений прокатился полный боли и ужаса крик, но Леннор обладала нечеловеческой силой, а путы надежно удерживали девицу на алтаре.

Медлительно, практически деловито, Леннор каждым движением руки уверенно и неумолимо прорезала грудину девушки. Острое зачарованное лезвие рассекало мышцы и кости, а нечеловеческая физическая сила Владыки Фангороса создавала впечатление, что на алтаре лежит не живой человек из крови и плоти, а соломенная кукла. Так легко и непринужденно притекал сей процесс.

Чтобы связаться с братьями из Башни на другой стороне Северного моря требуется особая жертва, расстояние слишком велико, для птиц, демонов-посыльных или каких-либо других способов связи.

Это было хорошо известное Леннор заклинание четвертой печати. Единственная проблема заключалась в том, чтобы на принимающей стороне были готовы к подобному колдовству, и все происходило одновременно. Но каждый колдун — в той или иной степени звездочет, так что выбрать нужную ночь и заранее договориться не составляло никакого труда.

Пока Владыка Фангороса размышляла, острый клинок продолжал свою работу. Служанка уже перестала визжать, а сейчас лишь хрипела и мелко дергалась, но Леннор хорошо знала свое дело и жертва оставалась в сознании. Она должна быть жива вплоть до момента, когда лезвие закончит свой путь вокруг сердца. После этого колдунья в два удара перерубит артерии и, погрузив пальцы в плоть, одним движением вырвет и кусок грудины, и еще горячее, бьющееся сердце.

Конечно, она слышала о технике извлечения сердца через брюшину, когда в подреберье делается разрез, рука запускается за щит грудины и, крепко схватив пальцами трепещущий кусок мяса, сердце вырывается одним мощным рывком. Такой способ применим в случае массовых жертвоприношений, так как является хоть и грязным, но быстрым и эффективным. Но сейчас Леннор никуда не торопилась, да и права на ошибку не было. Не факт, что она успеет найти еще одну столь же подходящую для жертвы девку в крепости Каламета до того, как ее наставник из Башни потеряет терпение.

Так что она методично резала, вкладывая невероятную силу в собственные движения для того, чтобы не испортить жертву. Заранее подготовленные настойки и лекарства, которые она влила служанке в рот, оставляли девицу в сознании и чуть притупляли ее боль, но не настолько, чтобы сила ее страданий не могла напитать магический контур четвертой печати. Все же, сколько бы последователи Нильф не говорили, что магия — это четкая математически выверенная наука, но кроме углов и радиусов во время начертания печати важны и сопутствующие ритуалы. Невозможно заменить бездушной процедурой истинную искренность, которую ты демонстрируешь богам во время колдовства. Невозможно подменить таинство магии высоколобыми расчетами и столбцами цифр.

Так что Леннор наслаждалась процессом, искренне любя свое дело и свое служение, изящная и притягательная женщина со всем тщанием и доступным ей рвением терзала плоть.

Наконец-то грудина была вырезана, круг замкнулся. Несколько движений кинжалом, после — погруженные в горячую пульсирующую плоть пальцы и наконец-то она добралась до еще живого сердца.

Владыка Фангороса без всяких промедлений вырвала горячее сердце из груди служанки, а после аккуратно опустила окровавленную плоть в заранее подготовленную чашу. Она встанет в вершину магического круга. Осталось последнее…

Леннор полоснула по пальцу кинжалом, дождалась, пока в тончайшем порезе набухнет капля, после чего уронила ее в зияющую дыру, на месте которой еще недавно билось сердце жертвы.

Едва кровь коснулась еще теплой плоти, Владыка Фангорола отложила кинжал на край алтаря, а сама сомкнула ладони, пропуская сквозь себя силу Первого Бога. Сейчас она звала своего учителя, который ожидал, когда же его лучшая ученица наконец-то будет готова поговорить.

Контур четвертой печати, расчерченный прямо на камне широкого алтаря, на мгновение вспыхнул черным пламенем, но тут же погас. Сердце, лежащее в чаше, стало иссыхать, а вот сама жертва внезапно открыла глаза и сделала глубокий, резкий вдох.

— Ты не торопилась, — губы служанки почти не двигались, словно звук исходил даже не из ее рта, а откуда-то издалека.

— Все требовалось подготовить в лучшем виде, Великий, — тут же склонила голову Леннор.

Глаза служанки, до этого залитые слезами, обычные карие глаза, так распространенные на севере, сейчас стали пронзительно-серыми, почти белыми. Недвижимый узкий зрачок, искривленные в предсмертной муке губы, открывающие два ряда крепких, но кривых зубов. Невероятный кадавр, словно кукла фокусника на ярмарке, сейчас вещала голосом колдуна, который обучал Леннор с малых лет, давая последние указания и напутствия.

— Ты убедилась, что тебе хватит силы? — задала вопрос кукла на алтаре.

— Да, Великий, — склонила голову Леннор.

Зрачки кадавра дрогнули и взгляд медленно переместился с потолка на лицо Владыки Фангороса.

— Шестая печать… Ты замахнулась на великое колдовство, но я уверен, что ты справишься.

— Спасибо, я…

— Ты знаешь цену ошибки, я просто хотел тебе это напомнить, — перебил женщину голос, вырывающийся из горла мертвой служанки. — И еще кое-что.

— Я внимаю