Горец в её постели - Элли Маккей

Губы изогнулись в медленной улыбке. Он выдернул меч и, взмахнув им, разрезал движущуюся занавесу тумана, прочистив щель, достаточно большую, чтобы открыть обзор.

Вложив лезвие в ножны, он ждал, в то время как туман вокруг расступался еще больше, освобождая обширную площадь. Перед ним, наконец, возникли отвесные стены, опоясавшие островное владение Брана Макнейла.

На самой высокой башне развевался флаг Брана, броские цвета которого гордо реяли на ветру. Алекс и не ожидал, что разгульный вождь гебридского клана окажется где-то еще. Множество галер стояли на якоре в маленькой бухте, окружавшей грозный замок на скале. Их высокие мачты, косые рангоуты и задранные вверх носы пронзали морской туман и указывали, что Хардвик являлся далеко не единственным гостем Брана.

Действительно, если тщательно приглядеться, то можно было увидеть толпы завернутых в пледы островитян со свирепой наружностью, перемещавшихся по двору замка. Каждый сверкал броскими кельтскими украшениями из драгоценных камней, и за руку каждого цеплялась хорошо сложенная, со страстным взглядом женщина легкого поведения. Густобородые гебридцы были также увешаны таким количеством оружия, сколько Алекс не видел целые века, но он знал, что Бран устроил это для показухи.

Выпивка, женщины и пирушки – вот причины, по которым мужчины стекались во владения Брана.

Дверь зала, как всегда, была распахнута, у входа уже образовался водоворот из толпы. Многими из присутствовавших являлись скудно одетые женщины, и каждая была доставлена ради удовольствия гостей. Пронзительный женский смех и похабные песни наполняли освещенный факелами, задымленный зал, где бурная пирушка уже шла полным ходом.

Этот банкет многие могли бы назвать оргией.

Алекс фыркнул. Он сказал бы, массовой оргией.

Распутсво в своем лучшем виде.

Именно то, что ему нужно. Так что он подавил остававшиеся сомнения относительно своего участия в подобном разврате, закрыл глаза и велел себе перенестись во двор замка Брана.

На него тут же нахлынул туман, и этот толчок почти раздавил его легкие, а воздух, сжавшись, закружился вокруг него. Подхваченный вращающейся воронкой, он летел вниз по спирали до тех пор, пока шум в зале Брана не превратился из отдаленного в оглушительную какофонию.

Алекс зажмурился еще сильнее, сжимая кулаки и концентрируясь.

И вот он очутился там, ощущая под ногами твердую землю, его слух атаковали вопли нескольких женщин, тонущих в муках экстаза.

– О-о-о, да, – выдохнул он, улыбаясь, когда его чресла сжались в ответ, его древко набухло и удлинилось даже прежде, чем он открыл глаза.

Не тратя времени даром, он шагнул прямо в эпицентр шума и глазами начал выискивать какую-нибудь привлекательную шлюху. Лучше полуголую, с большой грудью и хорошими полными бедрами, готовыми широко раздвинуться.

Крепкую опытную проститутку, сведущую в науке сладострастия.

Самое главное, достаточно искусную, чтобы выкинуть из его головы Мару Макдугалл.

Раз и навсегда.

Глава 10

В то же мгновение, как Алекс материализовался прямо в центре двора замка Брана Макнейла, в нос ему ударило зловоние. Сухие водоросли и дохлая рыба, испарения свежих экскрементов животных, сильные ароматы множества немытых волосатых тел – запахи обрушились на него со всех сторон, отчего у него перехватило дыхание, и желание находиться здесь немедленно убавилось.

Он застыл на месте, пытаясь не дышать.

Господи помилуй, у него даже защипало глаза.

Он моргнул и двинулся к крепости, внимательно глядя, куда ступает.

Как он мог позабыть о жуткой грязище начала пятнадцатого столетия? Или, если быть честным, также и его собственной эпохи? За добрую сотню лет до времен Брана его народ вонял столь же сильно. По правде говоря, в стенах некоторых замков в свое время пахло намного хуже, чем у Брана.

К тому же, он явился сюда ублажать не свой нос!

Его целью являлась забота о совершенно других материях – внезапный взрыв пронзительного женского смеха напомнил ему, о каких именно. Оглядевшись вокруг, он обнаружил его источник – группу крепких, молодых служанок, наполнявших водой кувшины у колодца.

У каждой имелись хорошие груди: сочные и спелые, они вываливались из низко вырезанных лифов, и преднамеренно это было или нет, выглядывали пики сосков. Более того, розовая сморщенная плоть сжалась еще больше под его оценивающим взглядом.

– Девушки, – приветствовал он их, радуясь, что надел свой лучший горский наряд.

– Сэр, – прощебетали они в унисон, и их возбужденные, бесстыдные взгляды определенно его взволновали.

– Мы жаждем быть наполненными больше, чем эти кувшины, – проворковала большегрудая девица, вызывающе уставившись на него и протягивая кувшин в его сторону. – Может быть, вы пожелаете оказать нам услугу?

Алекс ответил ей усмешкой, вонь во дворе уже так не докучала.

– Возможно, позже, милая. Сейчас я должен поговорить с твоим лэрдом и моим другом, Хардвиком де Стадли.

– Пирушка Брана – в зале, – добавила другая шлюха. – А Хардвик в… ну, увидишь сам, когда найдешь его.

– Разумеется, – согласился Алекс, не упустив того, что она подразумевала.

И его чресла заполнил приятный жар от ее откровенных слов. Уже возбужденный, он окреп еще больше. Не до гранитной твердости, которая привела его сюда, но до приятной горячей тяжести, той, что заставила его член дернуться самым приятным способом.

Он глубоко вздохнул. Да, самым приятным.

Можно много привести аргументов в пользу неполной эрекции. Длительное удовольствие вело к наибольшему удовлетворению. И не до конца отвердевшее древко, свободно качаясь между ног мужчины, может доставить восхитительные муки.

Особенно, если так случилось, что этот мужчина не носил ничего, кроме шафранового цвета сорочки, большого пледа и горского достоинства под ним.

Наслаждаясь теперь этим блаженством, Алекс позволил себе уставиться на впечатляющую грудь первой девицы. В частности, на розовые полумесяцы ее практически полностью выставленных напоказ сосков.

– Может быть, после того, как я встречусь с ним, мне вернуться к тебе? И наполнить твой… кувшин?

– Если захотите найти меня, просто спросите Майли, – промурлыкала она, позволив своему взгляду пройтись по нему. – Я всегда приму от вас такую помощь.

Потом, явно желая произвести еще большее впечатление, она поставила кувшин на землю и приподняла вверх распущенные волосы, отчего ее соски окончательно вылезли наружу. Большие соски, красивые и напряженные, устремленные прямо к нему и умоляющие о его внимании.