Живой щит - Дмитрий Воронин

— Их больше, чем в прошлый раз, — заметил маркиз, чувствуя, как непривычные доспехи давят на плечи. — Гораздо больше. Видимо, они бросили в бой основные силы. И заметь, пошли в атаку днем, прямо под солнцем. Признаюсь, такого я не ожидал. Видать, очень уж им не терпится до нас добраться, похоже, мы им здесь здорово насолили. Похоже, они решили покончить с нами одним ударом. Думаю, они будут разочарованы, огонь их остановит.

— Сомневаюсь. — Маркиза лучше знала положение с запасами.

— И зря, — поучительно заявил Рено. — Я уверен, что…

В чем был столь уверен маркиз, узнать Алии так и не довелось. Дикий визг мальчишки, разом забывшего все правила хорошего тона, заставил ее повернуться навстречу неведомой опасности. Однако Рено среагировал еще быстрее — он изо всех сил толкнул жену, от чего она отлетела в сторону и упала на створки ведущей на винтовую лестницу двери, которые от столкновения распахнулись. Алия, мгновение попытавшись удержать равновесие, с воплем покатилась по каменным ступеням, успев в последнюю секунду заметить, что воздух позади нее, на площадке обзорной баш- ни, внезапно засиял нестерпимо ярким светом. А в следующее мгновение, ударившись головой о стену, маркиза потеряла сознание.

Два дракона зашли на новый круг, и снова струи огня ударили по площадке. Необходимости в этом не было, два человека уже не шевелились, однако драконы были тварями глупыми — а жечь все вокруг доставляло им удовольствие. Все же здесь их постигло разочарование — башня была каменной, да и площадка была тоже выложена аккуратно подогнанными гранитными плитками, и хотя там, под ними, было дерево, огонь добраться до него не мог.

Впрочем, драконы не особо расстроились. Один из них, сложив кожистые крылья, приземлился на башню, вцепившись чудовищными когтями в парапет, и принялся рвать на куски и жадно глотать еще дымящееся мясо. Второй хотел было присоседиться, однако, натолкнувшись на возмущенное щелканье зубов, полетел искать другую добычу и спустя пару минут был убит наповал тяжелой стрелой, выпущенной из баллисты.

— Где леди Алия? — крикнул Жан, бешено вращая глефу вокруг себя и время от времени делая короткие выпады, большинство из которых заканчивались воплем раненого врага. Приняв верхним лезвием удар ятагана, парень нанес удар снизу, в пах. Невысокий орк, едва достававший парню до плеча, выронил оружие и взвыл, а уже в следующую секунду глефа полоснула его по шее, исторгнув фонтан зеленой крови.

— Не знаю! — рявкнул Меченый, ловко отбивая щитом брошенный троллем топор, попутно отсекая когтистые пальцы не в меру ретивому орку. — Кажется, она на обзорную башню пошла.

— О господи! — выдохнул парень, выбрасывая свое оружие вперед как копье. Лезвие глубоко засело в груди уже почти вскарабкавшегося на стену клыкастого урода, который, хрюкнув, рухнул вниз, сшибая тех, кто поднимался по штурмовой лестнице вслед за ним. — Смотровую драконы сожгли.

— Может… она… жива… — в промежутках между размашистыми ударами предположил Меченый. Расправившись с очередным противником, он смахнул со лба пот и рявкнул: — Иди, ищи ее. Мы тут вдвоем управимся. Надо будет, позовешь.

Жан сбежал со стены и бросился к башне. В прошлый раз он, казалось, потерял все силы, пока преодолел бесчисленные ступени винтовой лестницы, сейчас же парень летел, как на крыльях, не чувствуя усталости.

Маркизу он нашел у самого выхода на площадку. То, что выходить туда не стоит, он понял, увидев в дверном проеме здоровенную лапу с острыми кривыми когтями, которая как раз пыталась содрать панцирь с того, что еще совсем недавно было живым человеком, а теперь больше напоминало головешку.

Парень поднял девушку на руки и понес вниз, радуясь, что спускаться, особенно с грузом, куда легче, чем подыматься.

Алия слабо застонала, однако в себя так и не пришла. Что ж, это было парню на руку, по крайней мере ему не пришлось терять время на пустые препирательства со своенравной маркизой.

Когда он, шатаясь под тяжестью безвольного тела, вышел во двор крепости, то понял, что положение защитников в корне изменилось. Не в их пользу.

— Смотрите, это огры! — в ужасе завопил кто-то из солдат, когда из-за поворота вынырнули четыре здоровенные туши. Казалось, эти создания не имеют права на жизнь — массивные, выше, чем сидящий на лошади всадник, заплывшие огромными складками жира двухголовые чудовища волокли с корнем выдранный ствол дерева, верхушка которого была грубо обтесана. Для чего предназначалось бревно, сразу всем стало ясно.

— Эй, на башне! — пронзительно заорал Беннет. — Жгите этих уродов, они ж на ворота прут!

— Нечем жечь, сотник, все уж вылили! — прокричал в ответ боец, в упор всаживая стрелу в наступающего монстра. Тот, похоже, не слишком-то заметил стрелу, ушедшую в жировые складки почти на всю свою длину. — Поищите, может, хоть один горшок где завалялся.

Спустя несколько секунд ворота затряслись от мерных, страшной силы ударов. Монстры, раскачивая огромное бревно, методически били по створкам ворот, в стороны летели щепки, дерево постепенно поддавалось.

Беннет, задыхаясь, взбежал на стену, выплеснул неизвестно где найденный горшок с каменной кровью на левую голову ближайшего к воротам исполина и швырнул вниз факел. Тот, кувыркаясь и оставляя за собой след искр, полетел вниз и, коснувшись залитой черной жидкостью грубой кожи, зажег ее.

Раздавшийся дикий вопль был способен оглушить человека до потери сознания — огр выпустил бревно и принялся хлопать себя по голове и плечам, стараясь сбить огонь. Координация у него была плохая — спустя несколько секунд его когти пробороздили по его же голове, выдирая глаз. От нанесенной самому себе травмы огр вообще сошел с ума, а когда сосед попытался его оттолкнуть, сцепился с ним, стараясь ухватить огром-ными лапищами за горло. Тот, впрочем, в долгу не остался. Сцепившись в клубок, гиганты катались по земле, давя неосторожных орков, которые даже были вынуждены на время приостановить атаку. Наконец переплетенные туши замерли на краю обрыва, качнулись было в обратную сторону, но все же не удержались и сорвались вниз, в пропасть. Со стен раздались восторженные крики.

И тем не менее таран продолжал бить в ворота. С каждым ударом все больше и больше прогибались толстые доски, все ближе и ближе был тот момент, когда не выдержат и слетят с петель могучие створки и толпа орков хлынет во двор крепости. Один из огров, время от времени ревя от боли, бросал бревно и выдирал стрелы, засевшие у него в шкуре, но затем снова брался за свой инструмент.

— Эй, Меченый, ты жив еще?! — заорал, срывая голос, Жан, перекидывая маркизу через плечо. — Давай сюда, скорее!