Хивинские походы русской армии - Михаил Терентьев

Доставленная в Киндерли пристань и две большие лодки (вместимостью до 1000 пудов каждая), доставленные из Астрахани по инициативе управляющего морскими делами общества «Кавказ и Меркурий», капитана 1-го ранга Эльфеберга, много облегчили разгрузку. Еще 29 марта Ломакин отправил к кол. Биш-Акты две роты и две сотни с транспортом в 150 верблюдов, поднявших 2000 пудов отрядного довольствия. Верблюды эти воротились 5 апреля и вместе с 700, высланными из форта, должны были еще раз сходить в Биш-Акты.

В видах обеспечения отряда на третий месяц интендантству пришлось заготовить довольствие только на 800 человек, на остальное же количество людей засчитывалось довольствие, привезенное, как уже сказано, из Чекишляра, а на лошадей — фураж из Красноводска. Запасы эти предполагалось перевезти из Киндерли при помощи освобождающихся верблюдов и опорных пунктов на Киндерли, Биш-Акты и Ильтыдже. Укрепления, здесь воздвигаемые, должны были вмещать 1 роту, 1/2 сотни и 1 орудие из числа перевозимых из Чекишляра. Тольга в Киндерли оставались две роты на случай работ по выгрузке. По расчету времени, довольствие на 3-й месяц могло быть доставлено в Айбугир в первой половине июня, как раз к тому сроку, когда 2-месячный запас будет на исходе.

К началу апреля отряд был обеспечен 1000 надежных верблюдов, поднимавших от 12–15 и даже до 20 пудов, так что эта тысяча стоила 3-х тысяч чекишлярских!

Количество верблюдов обусловливало силу отряда не более как в 12 рот и 6 сотен в 400 всадников. Роты, в составе от 110 до 120 чел., а сотни также в отборном и, значит, уменьшенном составе, от 70–80 всадников. Слабых из рот решено оставить в гарнизоне одного из опорных пунктов, а остатки от каждой сотни разместить по всем опорным пунктам.

Таким образом, в Киндерли сосредоточилось 17 рот, 6 сотен, 8 орудий и 3 ракетных станка. Из них в действующий отряд назначено 12 рот, 6 сотен, 6 орудий, 3 ракетных станка и саперная команда в 8 человек. Сверх того собрана была еще туземная конная милиция. Оставшиеся пять рот распределялись: одна в форг, а четыре по опорным пунктам. В последнем из них, на Ильтыд-же, решено оставить и два орудия. Всего: пехоты 1438 чел., кавалерии — 420 чел., артиллерии — 108 чел., милиции — 120 чел., в штабе — 20 чел., а всего: людей 2140, лошадей 650.

Начальником отряда назначен полковник Ломакин, начальником кавалерии полковник Тер-Асатуров, дивизион конноиррегулярного полка поручен подполковнику Генерального штаба Скобелеву, а казаки — войсковому старшине Климентову. Начальником отрядного штаба — подполковник Генерального штаба Гродеков; третий офицер Генерального штаба подполковник Пожаров — командиром одного из ширванских батальонов.

Отряд снабжен был присланными из Петербурга палатками французского образца и 50-ю сигнальными ракетами, заготовленными в Дагестане.

Общество «Кавказ и Меркурий» заслуживает полной похвалы за свою исправность и усердие в деле транспортировки казенных грузов. С двадцатых чисел марта до 10 апреля всякие срочные рейсы этого общества прекратились, и понятно, что все ежегодные субсидии, выдававшиеся правительством до этого времени, потрачены недаром.

Всего перевезено морем на расстоянии от 400 до 500 верст, на 13 паровых, одном парусном и одном транспорте, свыше 3000 чел., 600 лошадей, 10 орудий и более 30 000 пудов груза.

Нельзя не отдать также полной справедливости дельным распоряжениям двух офицеров Генерального штаба: полковника Золотарева и подполковника Пожарова.

14 апреля мангышлакский отряд выступил из Киндерли в упомянутом выше составе.

Инструкция Крыжановского была сообщена для сведения кавказскому окружному штабу и почти в тех же словах повторена Маркозову. Существенная разница заключалась лишь в словах: «Если бы обстоятельства воспрепятствовали вам сделать марш на соединение с Оренбургским отрядом или в ожидании его стоять на месте в Измыхшире (развалины крепости в 60 верстах от г. Хивы), в таком случае предоставляется вам действовать вполне самостоятельно, по вашему усмотрению, сообразно обстановке, т. е. двинуться ли к какому-либо пункту течения реки Аму-Дарьи на соединение с генерал-адъютантом фон Кауфманом… или же, если признаете совершенно необходимым, — сделать наступление прямо к гор. Хиве, и в случае надобности занять его».

Несмотря на разные, очевидно лишние вставки, каковы: «Сообразно обстановке… если признаете совершенно необходимым… в случае надобности», — смысл все-таки весьма ясен: не стесняйся ни предписанным планом, ни инструкцией, подчинись в пределах ханства, кому заблагорассудишь, — если не Веревкину, то фон Кауфману, а не то так и никому из них!

В этих словах сказалась полная уверенность, что чекишлярский отряд пройдет свой путь скорее и легче чем оренбургский и туркестанский, а тогда, конечно, чего ему стоять в степи на плохих колодцах, когда перед ним «обетованная земля»?

Для осуществления предположенной экспедиции составлен был в главном штабе проект, сущность которого заключалась в следующем:

1) Необходимо одновременное и концентрическое движение 3-х отрядов: Кавказского от р. Атрека, Оренбургского от р. Эмбы и Туркестанского от Нижнего Сыра.

2) Главный удар наносят кавказцы, остальные отряды ограничиваются только содействием.

3) По соединении отрядов руководство всеми операциями остается за вел. кн. главнокомандующим Кавказскою армиею.

4) По мере движения отряды строят для себя опорные пункты или тыльные укрепления.

Проект этот вызвал со стороны прибывшего тогда в Петербург генерала фон Кауфмана следующие замечания:

а) Согласовать движение трех отрядов, разделенных тысячеверстными расстояниями и пустынями, невозможно, а потому лучше возложить все дело на один какой-нибудь округ — Кавказский или Туркестанский, причем другие два только содействуют. Оренбургский отряд направить не с Эмбы, а передвинуть его предварительно в Казалинск. Это доставит, во-первых, компактность и согласование действий отрядов двух округов, а во-вторых, сократит количество войск, которые нужно будет тронуть из Ташкента.

б) «Вспомогательные отряды, выступив одновременно с главным, замедляют затем ход и вступают в хивинские пределы только тогда, когда узнают, что главный отряд уже разбил хивинцев и готовится брать столицу…» Другими словами: Кауфман желал, чтобы до окончания дела главным отрядом вспомогательные не смели переступать границу и должны были сидеть на ближайших колодцах в степи, под давлением всех невзгод пустыни!

в) В случае предоставления первой роли туркестанскому округу от него должны двинуться два отряда: один из Казалинска и Перовска, чрез Иркибай на Дау-кару, а другой из Джизака через Тамды и Мин-Булак, или иным путем.

г) В случае второстепенной роли из Казалы и Перовска двигаются только части их гарнизонов, и потому передвигать войска из Ташкента вниз по Сыру не понадобится. Это было бы вредно в том отношении, что такое передвижение «туземцы иначе и не поймут (будто бы?), как за движение наше назад — род отступления из занимаемой нами ныне позиции в Средней Азии».

д) «Начальник того округа, на который возложится первая роль, должен лично присутствовать на театре действий».

Мысль совершенно верная, но она как будто напоминала, что личное присутствие стеснительно для наместника Кавказа и, значит, первой роли кавказцам представить нельзя. Затем из других двух округов на эту роль мог претендовать только Туркестанский, как способный выставить отряд требуемой силы.

е) По мнению Кауфмана, главный отряд должен был состоять: из 20 рот, 6 сотен и 20 орудий, а вспомогательные: из 10 рот, 4 сотен и 10 орудий. Если и второстепенная роль Оренбургского округа потребовала экстренных мер, в виде формирования нового линейного батальона и командирования в Оренбург из другого округа целого полка для караульной службы, то, конечно, первенствующая роль Оренбургу была бы окончательно не по плечу.

Итак, очевидно, что первая роль должна принадлежать туркестанскому генерал-губернатору.

На случай этого генерал фон Кауфман развивал далее следующий план: укрепления для туркестанских войск возводятся на Иркибае и на Тамдах, где и располагается: в первом 1 рота и 1/2 сотни, во втором — 1 рота и 1 сотня.

Движение начать следует или в конце февраля, или не позже половины августа. Весною лучше, чем осенью, тогда придается вступить в Хиву в 1/2 апреля до жаров.

Так как число дней марша от Красноводска считается 40–45, а от Сыра до 40, то потому отряды должны иметь с собою продовольствия на 3 месяца (туда и назад 80 дней, а в ханстве можно подновить запасы). В тыльных укреплениях иметь еще запасов на 1 месяц.

На содействие Аральской флотилии рассчитывать нельзя, потому что она может ходить по морю только в июне, июле и августе, то есть именно тогда, когда дело уже будет окончено (при весенней экспедиции) или еще не начато. Такое понятие о свойствах флотилии оказалось, однако, ошибочным: она преспокойно проплавала по морю во время экспедиции и по мере сил содействовала успеху ее.