Большой флот Страны Советов - Игорь Григорьевич Дроговоз

гипнозу всесилия атомного оружия, были убеждены, что в новых условиях все надводные корабли утратили боевую ценность».

Появились паникёры и в Советском Союзе:

«следует признать, что вначале и в нашем флоте не было должной уверенности во многих теоретических построениях о роли и месте надводных кораблей в вооружённой борьбе на море в связи с ростом поражающих факторов современного оружия».

После испытаний на новоземельском полигоне адмиралы могли торжествовать победу. Теперь у них в руках были весомые аргументы для спора с противниками развития флота.

Через два года опыт решили повторить — на этот раз планировался воздушный ядерный взрыв. Заместитель главкома ВМФ адмирал Басистый, уверенный в успехе предстоящего испытания, даже распорядился использовать в качестве мишеней только что вступившие в строй новые эсминцы проекта 56 и подводные лодки проекта 613. Но Горшков, сменивший к тому времени Кузнецова на посту главкома, не одобрил инициативу своего зама. Он посчитал нецелесообразным использовать новейшие корабли, поэтому в дело вновь пошли «старички».

Испытания начались с происшествия — ядерный заряд, размещённый на специальной металлической вышке, установленной в воде, не захотел взрываться. Только после срочно проведенной повторной подготовки, 7 сентября 1957 года заряд, наконец, взорвался. Результаты взрыва, судя по воспоминаниям всё того же адмирала Шитикова, были следующими:

«Эсминцы получили различные повреждения надстроек, котельных кожухов, дымовых труб, шахт вентиляции, антенных устройств и т.п. Результаты опыта по подводным лодкам, находившимся на грунте:

ПЛ Б-20 — килектором поднять не смогли из-за попадания воды внутрь корпуса, оторвали от фунта двумя 400-тонными понтонами и отбуксировали на мель, где осмотр водолазами видимых повреждений не выявил, вероятная причина затопления — нарушение герметичности забортной арматуры;

Б-22 — поднята 75-тонным килектором, продуты цистерны главного балласта, повреждений не зарегистрировано, лодка сохранила боеспособность.

Характеристики подводных лодок, находившихся в крейсерском (надводном) положении были следующими:

С-84 — полностью потеряла боеспособность, не могла ни погрузиться, ни всплыть, но не утонула, так как прочный корпус повреждений не получил;

С-20 — небольшие повреждения конструкций лёгкого корпуса не снизили боеспособности корабля и могли быть устранены личным составом;

С-19 — повреждений не получила и сохранила боеспособность».[104]

Заметим, что изучению воздействия радиации на личный состав значения не придавалось, адмиралов главным образом интересовало поражающее действие ударной волны и светового излучения. Возможно, это спасло многие жизни — ведь на кораблях не было экипажей. Адмиралы, в отличие от маршала Жукова, оказались людьми мягкотелыми и гуманными, они не стали испытывать воздействие поражающих факторов ядерного взрыва на живых матросах.

Подводный атомный взрыв

Через несколько недель состоялось ещё одно испытание — теперь адмиралы хотели на практике проверить эффективность новой торпеды Т-5 с ядерной боевой частью. По их итогам планировалось оформить решение об её принятии на вооружение ВМФ, но началось испытание, как водится, со скандала. После нескольких неудачных предварительных пристрелочных стрельб без подрыва ядерного заряда первый заместитель главкома ВМФ адмирал Головко (единственный советский адмирал, принципиально не признававший шинель и постоянно щеголявший в матросском бушлате) потребовал прекратить проведение испытания до полной доводки торпеды. Однако председатель государственной комиссии адмирал Басистый, заручившись поддержкой Горшкова, всё же решил проводить боевую стрельбу.

10 октября 1957 года подводная лодка С-144, находившаяся на перископной глубине, выстрелила по группе кораблей-мишеней торпеду Т-5 с ядерным зарядом, которая, пройдя около десяти километров, взорвалась на глубине 35 м. Отклонение от цели составило 130 метров, что посчитали приемлемым, учитывая мощность заряда.

Каковы же были результаты очередного ядерного взрыва?

/Подводная лодка/ «С-84» (в крейсерском положении на расстоянии 250 м от эпицентра взрыва) — затонула через несколько десятков секунд из-за сильных повреждений прочного корпуса;

С-20 (в позиционном положении на расстоянии 310 м) — постепенно заполнились кормовые отсеки, дифферент достиг 90 градусов, лодка затонула через 4 часа после взрыва;

С-19 (в позиционном положении на расстоянии 520 м) — осталась на плаву, но сильные повреждения вооружения и технических средств сделали лодку полностью небоеспособной;

Б-22 (положение подводное на глубине 30 м на расстоянии 700 м от эпицентра взрыва) — повреждений не получила и полностью сохранила боеспособность.

Выгодность подводного положения при глубоководном взрыве заключается в том, что цистерны заполнены водой и лёгкий корпус становится как бы прозрачным для ударной волны в отличие от надводного положения, когда сухие цистерны из-за того, что энергия взрыва «задерживается» на легком корпусе, выходят из строя первыми.

Результаты эксперимента по эскадренным миноносцам:

«Грозный» (на расстоянии 240 м от эпицентра взрыва) — затонул до того, как рассеялась базисная волна;

«Разъяренный» (на расстоянии 450 м) — получил повреждения корпуса и затонул через 4 часа после взрыва;

«Гремящий» (на расстоянии 650 м) — остался на плаву, но принял значительное количество воды... Через 6 часов корабль отбуксировали на мелкое место и посадили на грунт».

По итогам данного испытания торпеду Т-5 приняли на вооружение, и она стала первым корабельным ядерным боеприпасом советского ВМФ. Надводные корабли успешно прошли экзамен ядерными взрывами и получили право на существование. Больше натурных испытаний ядерного оружия с использованием кораблей-мишеней в СССР не проводили. А Новая Земля стала на долгие годы полигоном для испытаний различных типов ядерных зарядов, в том числе и печально знаменитой хрущёвской «супербомбы» мощностью 50 мегатонн (может и больше).

Главнокомандующий ВМФ адмирал флота С. Г. Горшков удовлетворенно отметил:

«Важнейшим событием на этом этапе была ликвидация ядерной монополии США. Теперь не является секретом, что ещё в начале 1954 года Советская Армия и Военно-Морской Флот располагали ядерным оружием различной мощности,[105] в том числе водородными бомбами, и приступили к практическому изучению этого оружия[106] и способов боевых действий в условиях его применения.

С этим было связано начало нового этапа развития отечественного флота — этапа создания и развития советского океанского атомного флота, вооружённого ракетно-ядерным оружием, упрочения позиции нашей страны как великой морской державы. Претворение в жизнь предначертаний партии по созданию океанского флота, полностью отвечающего задачам обороны страны в атомный век, превращение его в реальную силу, способную обеспечить государственные интересы Советского Союза (которые вскоре стали толковаться весьма расширительно) на Мировом океане, успешно вести противоборство с сильным флотом противника, отражая его удары с океанских направлений, сыграли огромную роль в укреплении обороноспособности нашей страны и всего социалистического содружества».

Глава 2.

КАКОЙ ФЛОТ СТРОИТЬ?

Перемены в экономической и политической жизни