Adrenalin trash - Арсений Данилов

Ничего не ответив, она стала читать дальше.

«…мы добираемся до мужского сортира. Там полно народу и сильно накурено. Я раздвигаю толпу плечом и направляюсь к кабинке с открытой дверью.

— Ты, случайно, не ошиблась? — спрашивает кто-то у Вики за моей спиной. Я не сбавляю темпа. Мне совершенно не нужна драка. Мне нужно кое-что другое.

— Иди на хуй, мудила, — говорит Вики. Я чуть было не даю ей по морде, потому что из-за нее мы можем попасть в неприятности. Но, как ни странно, за моей спиной раздается смех.

— Чур, я следующий, — говорит все тот же голос.

Я залетаю в кабинку, затягиваю туда Вики и закрываю дверь.

В толчке плавает дерьмо вперемешку с блевотиной. Я дергаю ручку слива, и по счастливому стечению обстоятельств бачок оказывается не сломанным. Затем я сажаю Вики на унитаз, и мы в четыре руки расстегиваем мою ширинку».

— Что читаешь? — спросил парень.

Поезд причалил к станции. Электрический голос объявил название. Хотя на платформе никого не было, машинист ради приличия выдержал минутную паузу.

Марина закрыла книгу, заложив пальцем страницу, и показала парню обложку. Сидевший напротив гость с юга что-то сказал соседу, и они оба засмеялись.

— Ясно, — сказал парень. — Нравится?

— Да так, — сказала Марина.

— По-моему, интересная книжка, — сказал парень. Она ощутила легкий аромат пивного перегара.

— С чего ты взял? — спросила Марина.

— Ну так, — сказал парень, — Прочитал пару строчек.

— Ясно, — сказала Марина.

Парень открыл было рот, чтобы продолжить беседу, но в этот момент вагон тронулся, и нарастающий гул электромоторов прервал его на полуслове.

«Мне совершенно не хочется прикладывать усилий, поэтому я надеюсь, что Вики доведет все до конца ртом и руками. Мне даже стоять тяжело, и я упираюсь ладонями в грязную стену над унитазом.

Кислота тащит по полной. Ощущение такое, словно у меня два члена, и каждый во рту у Вики. Я не могу сосчитать, сколько у нее пальцев, но их очень много. Она знает толк в этом деле, точно»

— Ух ты, — сказал парень, когда стало чуть потише. — Серьезная книжка.

Марина снова подняла голову и посмотрела парню в глаза. Тот улыбнулся.

— Как тебя зовут? — спросила Марина.

С лицом его моментально произошла ожидаемая и уже привычная трансформация. Улыбка как-то провисла, словно из-под губ убрали невидимые подпорки, в глазах плеснулась растерянность, слегка дрогнули брови. Мысль о том, что чужими мышцами — хотя бы и мимическими, — можно управлять словом, забавляла Марину.

— Вова, — сказал парень, справившись с удивлением.

— А меня Марина, — сказал Марина, широко улыбнувшись.

— Очень приятно, — сказал Вова.

«И тут я вспоминаю про Тайлера и про то, как на него смотрела Вики. Конечно, если бы я был трезвым, мысль эта могла и не застрять у меня в голове. Но кислота оказалась стоящей, и я сразу понимаю, откуда у меня второй член. Друг со мной в компании. Если бы это был чей-нибудь еще член, хотя бы того парня, что хочет быть следующим, я бы не так расстроился. Но то, что это член Тайлера, просто выводит меня из себя.

Я чувствую, как мой член твердеет, словно южноафриканский алмаз, и полностью утрачивает чувствительность. Одновременно член Тайлера продолжает функционировать нормально, и от такого дикого раздвоения у меня темнеет в глазах.

Я хватаю Вики за волосы правой рукой — левая по-прежнему упирается в замызганный кафель — и сжимаю их как можно сильнее. Она стонет и что-то бормочет, но член мой остается у нее рту.

— Тайлер, — говорю я, сам не зная, что имея в виду. — Давай, сука, работай.

Я прижимаю ее голову к себе и чувствую, как моя за-лупа упирается в заднюю стенку ее гортани».

— С чего это ты такие книги читаешь?

Марина на секунду прикрыла глаза, глубоко вдохнула, повернулась к парню и тихо спросила:

— Что надо-то тебе?

— А? — переспросил Вова, наклонившись к ней.

— Что-то хотел? — спросила Марина.

— В метро что плохо, — сказал Вова. — Шумно. Говорить тяжело.

— Ну так кто тебя заставляет? — спросила Марина.

— Да понравилась ты мне, — сказал Вова.

— И чем же? — спросила Марина.

— Ну, симпатичная, — сказал Вова. — Полненькая немного, а так ничего. Имя красивое. И глазки у тебя клевые.

— Что же в них такого клевого? — спросила Марина.

— Ну так, — сказал Вова. — Красивые.

— Понятно, — сказала Марина.

— Откуда едешь? — спросил Вова.

— А зачем тебе? — спросила Марина.

— Ну так, — сказал Вова, — Я вот из института возвращаюсь. С друзьями.

Он кивнул на своих спутников. Марина рефлекторно повернулась в их сторону, и они сделали приветственные жесты руками.

— Молодец, — сказала Марина.

— А ты? — спросил Вова.

— Я тоже, — сказала Марина, открывая книгу.

«Мне ужасно хочется выдрать ей волосы, но я понимаю, что тогда придется вытаскивать член из ее рта. Я никак…»

— А из какого?

— Какая разница? — спросила Марина.

Поезд снова остановился. В вагон вошла полная женщина в длинном зеленом пальто и села рядом с Мариной, придвинув ее вплотную к Вове. Друзья Вовы засмеялись.

— Ну так, — сказал Вова. — Интересно.

— Интересно, — сказала Марина. — За углом.

— Жестко, — сказал Вова.

— А ты думал, — сказала Марина.

«…не могу решить, что важней. Мне даже приходит в голову идея посоветоваться с Вики, но в конце концов я просто сильнее сжимаю кулак, стискивающий ее потные лохмы, и начинаю энергичнее двигать ее головой. Это, конечно, паршиво — минет превращается в некое подобие обычной дрочки. Но я понимаю, что ей это нравится, и понимаю почему. Из-за Тайлера».

— Слушай, — сказала Марина, когда стало ясно, что Вова исчерпал запас своих идей.

— Да? — сказал Вова.

— Ты никогда девочек не бил? — спросила Марина.

— Что? — спросил Вова.

— Девочек, говорю, никогда не бил? В зубы? — спросила Марина.

— Нет, — сказал Вова. — А с чего вдруг такие вопросы?

— Да так, — сказала Марина. — Просто подумалось.

— Я похож на человека, который бьет девочек? — спросил Вова.

— Откуда мне знать, — сказала Марина.

— Тебя били, что ли? — спросил Вова.

— Нет, — сказала Марина.

— С чего же ты спросила?

— Просто, — сказала Марина. — Интересно.

Вова ухмыльнулся.

— Что-то хочешь сказать? — спросила Марина.

— Да нет, — сказал Вова.

«Ее голова двигается все быстрее. Я думаю о том, что случится, если она вдруг забудет прибрать зубы, и от страха сразу кончаю, при этом из меня бьет такой могучий фонтан, что я вспоминаю колонну на Трафальгарской площади».

— Вован, приехали.

По твердому кавказскому «е» Марина поняла, что к ним подошел южный друг. Она подняла голову и посмотрела на Вову.

— Я выхожу, — сказал он.

— Ты, наверное, телефон мой хотел узнать? — спросила Марина.

Поезд резко дернулся, потом медленно прополз десяток метров, словно пехотинец под плотным пулеметным огнем, и остановился. Двери открылись.

— Пойдем.

— Ну да, — сказал Вова. — Вроде бы.

— Ну, проедешь еще одну остановку, скажу, — сказала Марина.

Вова посмотрел на товарищей.

— Решайся, — сказала Марина.

— Выхожу я, — сказал Вова, вставая. — Может, сейчас скажешь?

— Как хочешь, — сказала Марина.

Она снова наклонилась. Теперь ей были видны только Вовины ноги. Они выражали сомнение — Марина и не думала, что ноги могут так ярко излучать эмоции, — но потом спутник, видимо, дернул Вову за плечо, и его последний кусочек навсегда исчез из жизни Марины.

«Вики явно не ждет такого поворота. Она вырывается из моих рук, вскакивает, разворачивается, наклоняется, прижимая меня задом к дверям кабинки, и блюет с оперным вдохновением.

Я некоторое время смотрю на нее, а потом, не давая разогнуться, сую руки между ее ног, расстегиваю ширинку джинсов и спускаю их вместе с трусами до колен. Член мой по-прежнему тянется к потолку, словно в него закачали гипса. Я плюю ей на задницу и ловко вспарываю булки. Она что-то орет и пытается выпрямиться, но я не даю ей это сделать и начинаю орудовать своей кочергой в ее топке. Сколько так продолжается, я не знаю, в дверь кабинки стучат, и я не могу кончить. Меня охватывает ярость.

Я выпускаю ее, разворачиваю лицом к себе. На нижней губе Вики висит нитка блевотины. Она тяжело дышит.

— Ты, мудила, — говорит она и явно собирается добавить что-то еще, но тут я бью ее кулаком в нос.