Цена Победы. Новая жизнь - Даниил Владиславович Никулин

– Значит, я могу остаться с тобой? – Самый важный вопрос Рома произнес почти утвердительно, он почувствовал, что отец хочет того же, что и он, но Игорь предоставляет ему, как настоящему взрослому, право принять окончательное решение.

– Конечно, можешь, – ответил Игорь и улыбнулся всей правой частью лица. – Это ведь и твой дом. Спокойной ночи, сынок.

– Спокойной ночи, папа, – ответил Рома, с благодарностью глядя на отца.

Игорь кивнул и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Облегченно вздохнув, Рома растянулся на кровати поверх одеяла.

«Спасибо тебе, папа, – мысленно поблагодарил он отца, – за то, что это по-прежнему мой дом…»

Когда Игорь зашел в комнату, проверить, все ли у сына в порядке, Рома уже лежал, свернувшись калачиком, и крепко спал. Выключив оставленный сыном свет, Игорь прикрыл окно, затем, стараясь не шуметь, достал из шкафа плед и укрыл им Рому. Словно в знак благодарности, Рома пару раз чмокнул во сне губами, затем пробормотал какую-то абракадабру и повернулся на другой бок. Его лицо выражало крайнюю степень безмятежности.

«Надо же, каким он может быть разным, – думал Игорь, с любовью глядя на сына, – днем изо всех сил старается выглядеть взрослее, чем он есть, а во сне совсем еще ребенок».

Бережно прикрыв дверь, он прошел в свою комнату, позвонил Светлане и проговорил с ней около часа. Затем, с приятным чувством хорошо выполненного дела, он лег в кровать и почти сразу уснул. Сложный для всех день наконец-то закончился, а вечерняя трубка осталась не выкуренной впервые за много лет.

Глава восьмая

Огоньки

– Опять ты опоздал! – недовольно проворчал Иван, когда запыхавшийся от бега Рома картинно возник возле судейской вышки, которую они называли «технической зоной проката» и куда посторонним вход был «строго воспрещен», о чем извещало соответствующее объявление.

– В школе, гады, задержали, – вытаскивая из шкафчика замасленный комбинезон, ответил Рома. – Завтра – как штык, – торопливо переодеваясь, пообещал он.

– Голову в школе не оставил случайно? – поинтересовался Иван.

– А можно без сарказма? – вежливо попросил Рома, застегивая комбинезон. – Я вроде бы не каждый день опаздываю.

– Ладно, давай без сарказма, – согласился Иван. – Забыл, что тут завтра будет?

– А, точно… – вздохнул Рома. – Ну, значит, в понедельник, как штык…

Иван кивнул и указал помощнику на сложенные в углу помещения миниатюрные колесные диски без покрышек:

– Возьми эти болванки и надень на них резину. Потом накачай и поставь на номер три. Хорошенько закрепи. А я пока смесь приготовлю.

– Понял. Сейчас сделаю.

Схватив кажущиеся игрушечными колесные диски, Рома подобрал к ним покрышки и принялся старательно выполнять задание, одновременно думая о предстоящих здесь гонках. Четыре дня сидеть без дела будет скучно, зато здесь жизнь забьет горячим ключом – на прямоугольной, расположенной позади трассы большой асфальтовой площадке как грибы после дождя выросли нарядные разноцветные шатры с названиями гоночных команд. Вчера там была всего одна такая «палатка» – это был шатер гоночной команды, где работает и за которую выступает Иван, они вместе ее поставили, а сегодня всего за полдня их уже стало не менее десяти, и еще примерно столько же находятся сейчас в стадии сборки.

– Слушай, Вань, а я могу тебе помогать? – нарочито небрежно поинтересовался Рома, откладывая в сторону очередное собранное колесо.

– Где? – не глядя на помощника, поинтересовался Иван, в этот момент заливающий моторное масло в канистру, наполненную девяносто пятым бензином.

– На гонках, конечно, – бросил Рома еще небрежнее.

– А что ты там делать будешь?

– Да все, что угодно, – пожал Рома плечами, делая вид, что перспектива оказаться на гонках не только в качестве зрителя его не очень-то и волнует, – принести что-нибудь, отнести, помыть, мало ли чего тебе может понадобиться… Я ведь, если что, могу и бесплатно, – добавил он совсем уж беспечно.

Поставив канистру с маслом на верстак, Иван посмотрел на Рому и подумал, что пареньку в голову пришла весьма неплохая идея – без помощника на гонках трудно, даже если у тебя на попечении всего один пилот.

«А так, – рассудил практичный Иван, – чуть больше времени появится для себя самого».

Странно, что он сам до этого не додумался. Впрочем, тогда пришлось бы делиться с ним деньгами, а сейчас Рома готов работать бесплатно.

– Приходи, – кивнул он. – Будешь мне помогать.

– Спасибо, Вань! – радостным голосом поблагодарил Рома. – Я тебя не подведу.

«Да уж в этом-то я ничуть не сомневаюсь», – подумал Иван, глядя с каким усердием его новый подчиненный управляется с покрышками.

За свою почти двадцатилетнюю гоночную жизнь Иван перевидал великое множество любителей картинга, но такого упертого маньяка ему встречать еще не приходилось. Слушая рассказы Ромы о его участии в клубных гонках, наблюдая, как он проходит повороты, когда возникает необходимость протестировать какую-нибудь из машин после планового техобслуживания, Иван ловил себя на мысли, что это несправедливо, когда в детский и юношеский автоспорт приходят, в массе своей, дети богатых родителей и для многих из них картинг – это даже не спорт, а так, дорогое развлечение. А такие, как Рома, могут позволить себе всего лишь прокат.

– Ну все, открываемся. – Иван посмотрел на стену, где висели часы с рекламой моторного масла. – Давай заканчивай с колесами и выводи технику. А я за кассу.

Рома кивнул и продолжил свою работу, довольный тем, что так вовремя и удачно подсуетился.

Три недели его новой жизни в Курске пролетели быстро, легко и незаметно. Самым главным и важным было то, что мама, после некоторых колебаний, согласилась с тем, что Рома останется жить у отца. Впрочем, принимая это решение, Светлана была искренне уверена, что все это ненадолго и сын, избалованный жизнью в мегаполисе, вскоре вернется домой.

Однако Рома совершенно не скучал по Москве и ее соблазнам. Нравилось ему и спокойное, размеренное сосуществование с отцом, а бесперебойным источником впечатлений стала для него его работа в прокате. Даже необходимость полдня проводить за партой больше его не раздражала, и это положительно сказалось на оценках – учиться Рома стал вполне удовлетворительно, к его поведению (и вовсе небывалая ситуация за последние годы) претензий у учителей тоже не было.

Памятуя о московском прошлом, он решил никому не показывать свое превосходство и без особого труда влился в новый школьный коллектив. Вскоре он записал себе в приятели троих одноклассников, хотя их общение не выходило за рамки школы. Несколько девочек, глядя на московского принца, вздыхали и делали ему недвусмысленные намеки, но толку в этом было мало. Серьезные отношения Рома заводить