Чашечку кофе, доктор? - Ольга Авдеенко

Инспектор заметил стоявший невдалеке кэб и уже поднес пальцы к губам, чтобы свистнуть, но вдруг замер. Он скорее почувствовал, чем подумал: в первую очередь необходимо наведаться в другое место.

Найт быстро зашагал в сторону Гросвенор-стрит, к знакомому красному дому с белыми наличниками. По дороге он осознал, что заставило его изменить направление: нужно было удостовериться, что непоседливая зеленоглазая особа, проживающая в этом доме, находится под надежным присмотром своего дядюшки. Если же эта особа и сегодня не пожелала прислушаться к его просьбе и все же поехала в больницу, то там ей определенно угрожает опасность. Инспектор вспомнил: в день второго покушения на доктора Хилла девушка видела преступника там, где его не должно было быть. Сама она этого, возможно, и не осознает значения этого момента, зато это отлично понимает убийца. Следовательно, присутствие мисс Кроуфорд в больнице и главное, ее любопытство являются для убийцы помехой. Учитывая его изобретательность, можно предположить, что он способен…

Инспектор не успел додумать эту мысль до конца, так как дом сэра Уильяма Кроуфорда находился совсем рядом и рука Найта уже тянулась к дверному молотку.

Он проследовал за дворецким в уютную гостиную со светло-голубыми занавесками на окнах, где ему прежде не раз доводилось приятно проводить время за чаепитием с превосходной домашней выпечкой.

Сэр Уильям стоял посередине комнаты с листком бумаги в руке. Обычно спокойный и уверенный в себе, пожилой джентльмен сейчас имел вид человека, которого только что застало врасплох неприятное известие.

– Что-то случилось, сэр? – спросил инспектор.

– Надеюсь, что нет, – неуверенно ответил тот. – Но моя племянница…

– … уехала в больницу?

– Нет.

Найт облегченно вздохнул, и тут сэр Уильям сказал:

– Но и дома ее нет.

– И вы не знаете, где она?

– В том-то и дело, что знаю. То есть теперь знаю. – Он спохватился: – Давайте присядем.

Они сели друг напротив друга на креслах у окна, и Найт выжидающе посмотрел на хозяина дома.

– Вчера Патрисия выразила желание посмотреть юбилейную процессию, – принялся объяснять сэр Уильям в характерной для него четкой манере – последовательно, с самого начала. – Сам я не люблю толпу, которую не в состоянии призвать к порядку, постучав судейским молотком. Поэтому я идти отказался и ей не советовал: помнут. Но Патрисия сказала, что ее пригласили пойти в компании однокурсников. Среди них есть крепкие молодые люди, и я разрешил. Она ушла сразу после завтрака, и я не беспокоился. А только что обнаружил вот это.

Он помахал в воздухе бумажкой, но показывать ее инспектору почему-то не торопился.

– Эта записка была в моей книге. Моей невозможной племяннице отлично известно, что после завтрака я обычно читаю в этом кресле. Гм… Если вы заметили, я немного растерян.

– Я заметил. Сэр Уильям, – вежливо сказал Найт, – возможно, я смогу вам помочь, если вы позволите мне прочесть эту записку.

– Я не вполне уверен, что… – заколебался тот. – Впрочем…

Он протянул инспектору записку. Она содержала всего три фразы, и Найт быстро пробежал их глазами. Первая заставила его насторожиться и одновременно объясняла, почему сэр Уильям медлил: «Сегодня в одиннадцать часов мы с мистером Финнеганом утрем этому заносчивому инспектору его длинный нос!» Вторая встревожила Найта гораздо сильнее: «Не беспокойся, я буду недалеко – у арки Веллингтона, где откроется тайна больницы Святого Варфоломея». Третья фраза была короткой и обыденной: «Постараюсь вернуться к ланчу. П.».

Инспектор бросил взгляд на часы на каминной полке: без четверти одиннадцать. Он вскочил, испытывая острое желание наполнить гостиную самыми ужасными ругательствами, какие только знал, с трудом удержал их внутри себя и вместо этого выпалил:

– Простите, сэр, я должен бежать!

– Патрисия в опасности? – встревоженно спросил пожилой джентльмен.

– Боюсь, что так.

– Я с вами.

– Но…

– Никаких возражений, инспектор! – сдвинутые брови и железный тон сэра Уильяма действительно не допускали возражений.

Оба выбежали из дома и сразу убедились: не стоило и мечтать о том, чтобы в такой густой толпе добраться до места пешком за четверть часа. Они огляделись в поисках подходящего транспортного средства. Мимо с грохотом и трезвоном проезжали кэбы и омнибусы, кареты и экипажи, но все они были до отказа заполнены пассажирами и не останавливались. И вдруг – удача: к сэру Уильяму и Найту приближался изящный двухколесный догкарт33, запряженный бодрой гнедой лошадкой. Седок был только один – принаряженный молодой человек, по виду – типичный «белый воротничок», в котелке, со щегольскими усиками. Инспектор бросился ему наперерез. Молодой человек резко натянул поводья и остановился, готовый высказать беспечному пешеходу свое мнение о его неразумном поступке. Найт предъявил ему свое удостоверение и коротко сказал:

– Пожалуйста, Гайд-парк Корнер. Вопрос жизни и смерти.

Возчик оказался сговорчив и охотно согласился принять двух пассажиров. Он подвинулся, освобождая место для пожилого джентльмена, а инспектор запрыгнул на заднее сиденье и развернулся так, чтобы смотреть вперед. Найту и сэру Уильяму повезло: гнедая лошадка бежала резво, а ее хозяин умело направлял ее, вовремя выискивая свободный путь, огибая и обгоняя другие экипажи. Не отрывая взгляд от дороги, молодой человек все время пути жизнерадостно трещал:

– Какое событие, а? Разве можно такое пропустить? Прекрасно вас понимаю: это в самом деле вопрос жизни и смерти… Посторонись, телега!.. Так почему же мне не подбросить двух хороших людей? Кстати, не желаете ли вы снять на лето домик в какой-нибудь милой деревушке? Подальше от всего этого… Приготовьтесь, сэр, сейчас немного тряхнет… О! О! Ооочень вам советую! Лето ведь еще не кончилось! Наше агентство по недвижимости подберет вам отличные варианты… Как я лихо вот этого, а?.. Если надумаете, обращайтесь прямо ко мне, я все устрою для вас в лучшем виде!

Вблизи пересечения с Пикадилли сэр Уильям с инспектором, так же как и Джек Финнеган с Патрисией, были вынуждены покинуть доставивший их экипаж. Напоследок молодой клерк всучил обоим свои визитные карточки, и они распрощались.

Зрители старались встать поближе к проезжей части, и поэтому вокруг арки Веллингтона образовался небольшое свободное пространство. У подножия одной из ее мощных опор обосновалась передвижная кофейня: на тележке, выкрашенной в ярко-красный цвет, стояли четыре больших жестяных канистры, подогреваемые снизу горелками. Владелец предлагал желающим на выбор горячие напитки – чай, кофе, какао и молоко, в любом сочетании, а также нехитрую еду – хлеб с маслом, кексы, сэндвичи и вареные яйца. С другой стороны арки, немного в отдалении, располагался, сверкая медью, военный духовой оркестр.

Джек Финнеган и Патрисия, запыхавшиеся, наконец добежали до места встречи, остановились и стали оглядываться.

– Я никого не вижу. Неужели мы опоздали? –