Чашечку кофе, доктор? - Ольга Авдеенко

слово, мое присутствие может все испортить. Только обещайте, что вы мне потом расскажете о своем визите!

– Если сочту полученные сведения стоящими внимания прессы.

– Спасибо! А я тем временем займусь статьей, – оживленно заговорил газетчик. – Хочу, знаете ли, записать, пока все свежо в памяти. Нельзя, чтобы материал запоздал – нужно выпустить его сразу же, как только вы вычислите преступника.

– В таком случае, до завтра.

– До завтра, инспектор! – с готовностью попрощался Финнеган.

– Вы не спросите, где и когда мы завтра встретимся?

– О… да… – репортер замялся, но тут же сообразил: – Уверен, в Скотланд-Ярде мне подскажут, как вас найти.

Найт чиркнул по нему подозрительным взглядом, но промолчал.

По дороге на Аппер-Уимпол-стрит инспектор Найт попытался представить себе бывшую главную медсестру больницы: это, конечно, пожилая женщина – уютная смешливая толстушка либо, наоборот, высохшая строгая дама. В первом случае придется выуживать нужные сведения из многословной болтовни, а во втором – вытягивать эти сведения клещами из кратких, уклончивых ответов. Хорошо бы напроситься на чашечку чая – за чаем любая женщина разговорится, независимо от возраста и комплекции. Инспектор не сомневался, что сумеет найти подход к почтенной мисс Мэнсон. Он привык, что у дам солидного возраста его внешность и обхождение неизменно вызывали симпатию, в особенности у тех, кому не терпелось выдать замуж своих дочерей. Найт давно научился охлаждать пыл наиболее настойчивых из них: достаточно было упомянуть, что он полицейский. К счастью, в случае с бывшей главной медсестрой подобные притязания ему не грозили: она, вероятнее всего, старая дева.

Дверь инспектору Найту открыла молоденькая горничная с метелкой из перьев в руке. Сказав, что хозяйка в библиотеке, девушка повела его за собой. Инспектор отметил, что квартира имеет такой вид, будто в нее собираются заселяться или же, наоборот, выезжать из нее: диваны и стулья были накрыты чехлами, повсюду стояли плотно набитые тюки и распахнутые чемоданы, из раскрытых коробок торчали верхушки канделябров и фарфоровых ваз, вдоль одной стены выстроились горшки с комнатными растениями.

В библиотеке наблюдалась похожая картина: стопки книг, вперемешку с гравюрами и фотографиями в рамках, лежали на столе, на стульях и прямо на полу. Хозяйка стояла перед книжным шкафом спиной к вошедшим. Поставив книгу на полку, она обернулась.

Ни о какой почтенной пожилой даме – ни худой, ни полной – не могло быть и речи. Перед Найтом стояла цветущая молодая женщина, высокая, стройная, настоящая красавица: классические черты лица, тяжелые темные волосы, обаятельная улыбка30. Позже инспектор узнал, что должность главной медсестры в больнице Святого Варфоломея она получила в возрасте двадцати четырех лет. Но в тот момент он обомлел и спросил неуверенно:

– Мисс Мэнсон?

– Пока еще да. – Большие умные глаза весело блеснули. – А вы – полицейский инспектор? Прошу, присаживайтесь… если найдете где.

– Моя фамилия Найт, я из Скотланд-Ярда, – представился тот, постепенно приходя в себя. – Я помогу вам расставить книги, если вы укажете, куда именно.

– О, вы так любезны! Только это работа самое малое на полдня. Хотя, впрочем, нам все равно придется освободить вот эти два стула.

Они так и сделали, переместив книги на пол, после чего уселись друг напротив друга.

– Я бы предложила вам чаю, – сказала женщина извиняющимся тоном, – но, к сожалению, до ящиков с посудой мы с Нэнси еще не добрались. Вещи привезли только вчера. Мы пытаемся придать этому месту жилой вид, но, как видите, пока находимся на самой начальной стадии.

– О, я понимаю, – сочувственно кивнул инспектор, – переезд – дело непростое. Я постараюсь отнять у вас не слишком много времени.

– Спасибо. Тогда скажите сразу: почему мной заинтересовался Скотланд-Ярд?

– Не лично вами, мисс Мэнсон. Я собираю сведения, касающиеся больницы Святого Варфоломея. Насколько мне известно, вы там работали.

– Да, шесть лет. О, это было замечательное время!

– Не могли бы рассказать об этом поподробнее?

– С удовольствием. Я рада, что могу сказать: это были насыщенные и плодотворные годы. Мне приятно думать, что мне удалось преобразовать обучение медсестер в больнице. Знаете, многие считают, что сестры – просто прислужницы у врачей: подай-принеси-забинтуй-уколи. Зачастую, увы, так думают и сами врачи. Но это неправильно, так быть не должно! Конечно, практические навыки необходимы в уходе за больными, но их недостаточно. Вы, наверное, знаете, что многие больницы организуют собственные школы медсестер?

– Честно говоря, я об этом не задумывался, – признался Найт. – Знаю лишь, что в университетах такого образования не дают. Но ведь где-то должны обучать сестринскому делу!

– Правильно! В больнице Святого Варфоломея школа медсестер существовала и до моего прихода. Мне же удалось настоять на том, чтобы срок обучения увеличили, чтобы ученицам давали расширенные теоретические знания. Очень важно, чтобы пациенты знали: медицинская сестра – это профессия, которая соответствует самым высоким меркам. Не всякий, кто умеет ставить уколы и подносить судно, должен иметь право носить это звание. Это большая ответственность, терпение, сострадание и – полноценное образование. А также, конечно, тяжелый труд: ведь сестры работают по двенадцать, а то и по четырнадцать часов в день! А отпуск у них всего две недели в году! Я считаю, что при такой нагрузке с них нельзя только требовать – необходимо позаботиться и о том, чтобы улучшить условия их труда. Во время работы в больнице я старалась добиваться и этого.

Видно было, что мисс Мэнсон страстно верит в то, что говорит.

– Наверное, вам самой тоже было нелегко.

– О, разумеется! Порой приходилось преодолевать сопротивление со стороны некоторых врачей. Тем не менее я любила свою работу. К тому же в больнице нашлись и те, кто меня поддерживал. – Она улыбнулась. – За одного из них я через две недели выхожу замуж.

– Так это все… – Найт очертил рукой в воздухе вокруг себя.

– Да-да! Этот разгром – наше будущее семейное гнездышко.

– Теперь мне понятно, почему вы оставили свой пост.

– Да. Ведь именно этого у нас ожидают от замужней дамы.

В словах женщины Найт уловил нечто, что позволяло ему направить беседу в нужное русло.

– Мисс Мэнсон, вы сказали, что вам приходилось преодолевать сопротивление. Почему?

– Некоторые врачи считают, что медсестре достаточно получить узкие знания в какой-то определенной специальности. Я считаю это мнение ошибочным. Чтобы найти свое призвание, сестра должна попробовать свои силы в разных областях – родовспоможении, хирургии, глазных и кожных болезнях и прочем. Поэтому я старалась распознать, к чему больше лежит душа у моих учениц, заметить, что у них получается лучше.

– Были среди них такие, кто вам особенно запомнился?

– О да, – кивнула мисс