Глупые белые люди - Майкл Мур

Наша великая страна объявила войну не преступности, а беднякам, и мы лениво журим себя за это. Попутно мы забыли о правах человека — чего на них деньги-то тратить?..

В нашем обществе почитают крутых гангстеров — руководителей корпораций, которые скрыто или явно уничтожают природные ресурсы и превыше всего ценят доходы акционеров, предоставляя системе «правосудия» отыгрываться на неимущих.

Однако люди почувствовали несправедливость происходящего.

Мы должны перестроить общество так, чтобы каждый человек считался уникальным, бесценным и неприкосновенным и НИКТО не стоял выше закона, сколько бы кандидатов он ни купил. До этого момента мы не сможем произносить «каждому гарантирована свобода и справедливость»[68] без чувства стыда.

Глава 10

Демократы: «Умер, не приходя в сознание»

Он подписал законопроект, открывающий «религиозным» организациям доступ к федеральным средствам.

Он увеличил количество преступлений, карающихся смертной казнью, до шестидесяти.

Он подписал законопроект, запрещающий однополые браки, и в рекламе на христианских радиостанциях утверждал, что не приемлет узаконивание однополых отношений.

За короткий отрезок времени он сумел лишить пособия десять миллионов человек — десять из четырнадцати. Он пообещал правительствам штатов «дополнительное финансирование», если им удастся еще более увеличить эту цифру, и упростил механизм их получения, не требуя, чтобы бывшим льготникам искали работу за счет государства.

Он разработал проект, который лишал бы несовершеннолетних матерей всякой поддержки в случае, если они бросят школу или уйдут от родителей.

Он старается не привлекать к этому внимание, однако он во многом поддерживает старые условия «Контракта с Америкой» Ньюта Джингрича, включая снижение налога на увеличение рыночной стоимости капитала.

Несмотря на призывы республиканских лидеров, таких как Джордж Райан из Иллинойса, наложить мораторий на смертную казнь, он отвергал все попытки замедлить приведение этих приговоров в исполнение, даже когда было доказано, что десятки людей в камерах смертников невиновны.

Он предоставил средства на расширение штата сотрудников полиции на сто тысяч человек.

Он поддерживал законы, по которым за третье правонарушение дастся пожизненное заключение, даже если эти проступки — магазинные кражи или неуплата за пиццу.

С тех пор как он вступил в должность, многие американцы лишились медицинской страховки.

Он подписал указ, по которому незаконным иммигрантам отказано в медицинском обслуживании.

Он поддерживал запрещение абортов на больших сроках беременности и обещал подписать первый же представленный ему законопроект, где единственное исключение составляли бы женщины, чья жизнь находилась в опасности.

Он запретил другим странам использовать американскую материальную помощь для проведения абортов.

Он разродился законом, запрещающим финансирование стран, где службы по контролю за рождаемостью предоставляют право принимать решение об аборте самим беременным.

Он отказался подписывать международное соглашение о запрете наземных мин, уже подписанное ста тридцатью семью странами, исключая Ирак, Ливию, Северную Корею — и Соединенные Штаты.

Он обошел «Киотский протокол», настояв на том, чтобы «низины» США, такие как фермы и леса, считались зонами, производящими загрязнение окружающей среды, таким образом выставив на посмешище все «Киотские соглашения» (цель которых — сокращение выбросов углекислого газа, производимого машинами и фабриками).

Он увеличил добычу нефти и газа до таких объемов, что на некоторых месторождениях производительность дошла до уровня, который держался во время правления Рейгана (а кое-где и превзошла его).

Он одобрил крупнейшую приватизационную сделку в истории Америки — продажу калифорнийского нефтяного месторождения, а также открыл Национальный нефтяной запас на Аляске (на что не сподобился даже Рейган).

Он первым со времен Ричарда Никсона не стал принуждать автопроизводителей увеличивать пробег на единицу горючего, что экономило бы миллионы баррелей нефти в день.

Да, учитывая все вышеперечисленные достижения, нельзя не согласиться, что Билл Клинтон был одним из лучших президентов от республиканцев.

С момента избрания Джорджика опубликовано немало писанины о том, как этот Бушев сын загубит всю окружающую среду, поотнимает у женщин их с таким трудом отвоеванные права, заставит школьников зубрить молитвы и повторять их, даже переходя улицу на зеленый свет. И нам действительно есть о чем волноваться.

Однако Буш — всего лишь уродливая и агрессивная модель того, что мы и так созерцали в девяностых. Правда, тогда оно скрывалось за обаятельной улыбкой любителя поиграть на саксофоне и рассказать о любимых марках белья. Нам это нравилось. Все было хорошо и правильно. Он мог спеть негритянский национальный гимн. Он дружил с Глорией Стейнем.[69] Он смотрел мою передачу! Он даже мне нравился!

Все были счастливы, когда закончилось время Рейгана — Буша и появился президент, который покуривал травку и называл себя «первым черным президентом Соединенных Штатов». Увлекшись, мы закрывали глаза на такие мелочи, как саботаж «Киотских соглашений» всего за несколько недель до ноябрьских выборов 2000 года.

Мы и слышать об этом не хотели. А кого еще нам было выбирать? Джорджика? Пата Бьюкенена? Ральфа Нейдера?

Господи, ну конечно, не Ральфа Нейдера! Кому нужен тот, кто согласен с нами во всех вопросах? Это же так скучно!

Всеобщая ненависть к Нейдеру в последнее время достигла своего пика, особенно среди поколения «бэби-бума», которое винит его в поражении Гора (хотя Гор не проигрывал выборов). Я долго гадал, почему именно они, люди сорока — пятидесяти лет, воспринимают Нейдера как личного врага.

И кажется, хотя и не сразу, я все-таки понял, в чем дело: Нейдер — это олицетворение того, чем они давно перестали быть. А он не изменился. Он так и не утратил веры, не принял компромиссы, не сдался. Вот откуда эта ненависть. Он не наступил на горло собственной песне, не переехал в пригород, не перестроил свою жизнь по принципу «побольше денег и все мне, мне, МНЕ!». Он не принял кодекс новой продажной этики, чтобы получить власть. Вот почему его так любят студенты. Он — полная противоположность их родителям, которые считают, что воспитание детей — это стимулятор риталин, телевизор и ключ от дома. Он не переключает приемник, если слышит «Битлз» или Кенни Джи. Его одежда всегда в легком беспорядке. Те, кто сегодня не выносит Ральфа Нейдера, смахивают на школьных задир, которые не могут успокоиться, пока все не станут выглядеть, думать и пахнуть, как они.

А знаете что, господа задиры? Этот Нейдер никогда не изменится. Так что не тратьте силы, лучше поднимите дозу антидепрессанта и подыщите у себя в пригороде хорошего психотерапевта. Или просто расслабьтесь и радуйтесь, что есть такие люди, как Ральф Нейдер, которые делают за вас всю грязную работу.

Понимаю, нелегко каждое утро кормить корпоративного зверя, получать свою зарплату от ублюдков и при этом пытаться думать самостоятельно, несмотря на все дерьмо, которым вас потчуют на каждом углу.

Но где-то в глубине вашего мозга никак не может успокоиться одно-единственное нервное окончание, мигающее, как мобильный телефон, у которого села батарейка, и напоминающее о том, что когда-то, прежде чем взрослый мир зажал вас в тиски и велел приспосабливаться к системе или всю жизнь влачить жалкое существование, вы были молоды и верили, что вы и только вы способны изменить мир.

Вы приспособились. Вы научились идти на компромисс со своими принципами и верить, что они у вас еще остались. («Да, у меня джип, зато я финансирую борцов за сохранение дикой природы!») Вы научились терпеть свою работу из страха перед единственной вообразимой альтернативой — нищетой и смертью от голода. Вы смирились с деспотизмом церкви — Иисус ведь столько хорошего говорил (типа «любите врагов ваших»). Ваши пожертвования идут в женоненавистническую организацию? Ну и пусть! Вы научились молчать, когда ваши друзья перебрасываются расистскими шуточками, ведь вы хорошо относитесь к черным, да и они, разумеется, тоже… но давайте лучше перейдем на ту сторону улицы, там безопаснее.

К тому же вы голосуете за демократов, как и всегда. В конце концов, они говорят, что действуют в ваших интересах, почему им не верить? И вообще, какой ненормальный станет голосовать за третью партию? Да зачем вообще об этом думать, зачем ворошить прошлое, зачем вспоминать то время, когда вы были готовы сложить голову за правду? Здесь, во взрослом мире, нечего и думать о справедливости, надо побеждать. Победа — вот что главное. Не важно о чем речь — о захвате вашей компанией доли рынка, вашем личном благосостоянии или успевании вашего малыша по французскому в детском саду.