Рука Хаоса - Маргарет Уэйс

– Подойдите поближе, ваше высочество, дабы мы могли рассмотреть вас.

Граф снова перевел дух. Император был очарован. Не буквально, естественно. Агах-ран носил сильные талисманы, которые защищали его от магии. Когда Третар впервые разговаривал с Бэйном, ему показалось забавным наблюдать, как человеческий ребенок пытается окружить себя некой грубой магией вроде зачаровывающего заклинания. Конечно, это не подействовало, но то, что мальчик ею пользовался, было для Третара первым свидетельством в пользу того, что он хотя бы от части не врет.

– Не слишком близко, – сказал Агах-ран. Даже все ароматы Аристагона не могли заглушить запах человека. – Достаточно. Стой здесь. Итак, ты утверждаешь, что ты сын короля Стефана Волкаранского.

– Нет, о Благородный, – сказал Бэйн, слегка нахмурившись.

Агах-ран сурово посмотрел на Третара, который наклонил голову.

– Терпение, государь, – тихо сказал он. – Назовите его императорскому величеству имя вашего отца, ваше высочество.

– Синистрад, ваше императорское величество, – гордо сказал Бэйн. – Мистериарх Верхнего Королевства.

– Так люди называют чародеев Седьмого Дома, мой государь, – пояснил Третар.

– Седьмой Дом… А имя твоей матери?

– Анна Улиндская, королева Волкарана и Улиндии.

– О-о, – пробормотал Агах-ран. Он был весьма шокирован, хотя сам зачал незаконных детей больше, чем мог сосчитать. – Боюсь, вы ошиблись, граф. Если этот ублюдок не сын короля, то он не может быть принцем.

– Но я принц, мой государь! – воскликнул Бэйн в детской запальчивости, которая была сейчас так уместна и, более того, так убедительна. – Стефан объявил меня своим законным сыном. Он сделал меня своим наследником. Моя мать заставила его подписать бумаги. Я видел их. Стефан делает то, что говорит моя мать. У нее есть собственная армия. Ему нужна ее поддержка, если он хочет остаться королем!

Агах-ран посмотрел на Третара.

Третар закатил глаза, словно хотел сказать: «Чего же вы еще ожидали от людей?»

Император чуть было не улыбнулся, но сдержался, опасаясь испортить грим.

– Такое положение, видимо, весьма устраивает все заинтересованные стороны, ваше высочество. Мы догадываемся, что произошло нечто его нарушившее, поскольку вас обнаружили у гегов. Как бишь это место называется…

– Древлин, мой государь, – прошептал Третар.

– Да, Древлин. Что вы делали там, дитя мое?

– Я был пленником, ваше Великолепие. – Глаза Бэйна заблестели от внезапно нахлынувших слез. – Стефан нанял убийцу по имени Хуго Десница…

– О нет! – Накрашенные веки Агах-рана затрепетали.

– Мой государь, прошу вас, не прерывайте его, – Мягко укорил его Третар.

– Хуго Десница отправился в Верхнее Царство. Он убил моего отца, ваше императорское величество, и собирался убить меня, но прежде, чем умереть, мой отец сумел смертельно ранить убийцу. Но потом я был захвачен эльфийским капитаном по имени Ботар-эль, который, как я думаю, находится в союзе с мятежниками.

Агах-ран снова посмотрел на Третара, который подтвердил слова Бэйна кивком головы.

– Ботар-эль отвез меня обратно в Волкаран. Он думал, что Стефан заплатит за то, что меня вернут в целости и сохранности. – Бэйн скривил губы. – Но Стефан заплатил за то, чтобы меня убрали. Ботар-эль отправил меня к гегам и заплатил им, чтобы те держали меня в плену.

– Как, наверное, помнит ваше Великолепие, – вставил Третар, – примерно в это время Стефан пустил среди людей слух, что принц захвачен в плен и убит эльфами. Это восстановило людей против нас.

– Но скажите мне, граф, почему Стефан просто не покончил с этим ребенком? – спросил Агах-ран, глядя на Бэйна как на необычное животное, выпущенное из клетки.

– Потому, что в это время мистериархи были вынуждены покинуть Верхнее Царство, где, по словам наших соглядатаев, стало невозможно жить. Они переселились в Волкаран и поведали Стефану, что попытка причинить вред сыну Синистрада, их могучего предводителя, может стоить Стефану жизни.

– Но королева согласилась, чтобы ее сын был заточен! Почему ваша мать допустила такое? – спросил Агах-ран Бэйна.

– Если бы люди узнали, что она путалась с одним из мистериархов, ее сожгли бы как ведьму, – сказал Бэйн с невинным видом, что сделало грубое, хотя и верное слово просто очаровательным. Граф неодобрительно кашлянул.

– Я думаю, здесь более глубокая подоплека, ваше императорское величество. Наши лазутчики доносят, что королева Анна сама хочет захватить престол. Она намеревалась сделать это с помощью Синистрада, отца мальчика. Но он погиб, и теперь ни у нее, ни у оставшихся в живых колдунов не хватает сил, чтобы свергнуть Стефана и захватить власть над Волкараном.

– Но у меня хватит сил, мой государь, – остроумно ответил Бэйн.

Агах-рана это весьма позабавило. Он и вовсе убрал от лица шарик, чтобы получше видеть мальчика.

– У тебя, малыш?

– Да, о Благородный, – сказал Бэйн. – Я все обдумал. Что произойдет, если я внезапно появлюсь на Волкаране, целый и невредимый? Я публично заявлю, что эльфы похитили меня, но мне удалось бежать. Люди любят меня. Я стану героем. Стефану и Анне не останется ничего другого, как снова принять меня.

– Но Стефану всего только и надо будет снова избавиться от тебя, – зевнул Агах-ран и утомленно провел рукой по лбу. – И даже если это принесет какую-либо выгоду тебе, мы не видим, что от этого получим мы.

– Очень много, – холодно сказал Бэйн. – Если вдруг и король и королева внезапно умрут, то трон наследую я.

– О! О! – пробормотал Агах-ран, так широко распахнув глаза, что краска на веках пошла трещинами.

– Камердинер, вызовите стражу, – приказал Третар, поняв намек. – Уберите мальчишку!

– Вы, сударь, разговариваете с принцем Волкаранским! – вспылил Бэйн.

Третар посмотрел на императора и увидел, как замигали накрашенные глаза, – императору было забавно смотреть на мальчика. Граф поклонился принцу.

– Прошу прощения, ваше высочество. Его императорскому величеству беседа с вами доставляет большое удовольствие, но сейчас он устал.

– У нас болит голова, – сказал Агах-ран, прижимая к вискам пальцы с отполированными ногтями.

– Мне очень жаль, что его императорское величество чувствует недомогание, – с достоинством сказал Бэйн. – Я удаляюсь.

– Благодарю вас, ваше высочество, – ответил Третар, едва удерживаясь вт смеха. – Стража, прошу вас проводить его королевское высочество в его апартаменты.

Вошли стражи и увели Бэйна. Бэйн тайком бросил на Третара пытливый взгляд. Граф улыбнулся, показывая, что все в порядке. Бэйн с довольным видом шел между своими стражами с такими изяществом и грацией, которые встретишь не у всякого эльфийского ребенка.

– Замечательно, – сказал Агах-ран, снова прибегнув к нюхательной соли.

– Я вынужден напомнить вашему императорскому величеству, что мы имеем дело с людьми, и нас не должны обескураживать их варварские обычаи.

– Вы совершенно правы, граф, но мы убеждены, что все эти отвратительные россказни о наемных убийцах и шлюхах совершенно лишили нас настроения перекусить. Наша пищеварительная система чрезвычайно уязвима.

– Я скорблю об этом, ваше величество, и приношу свои глубочайшие извинения!

– И все-таки, – задумчиво произнес император, – если бы мальчишка действительно унаследовал престол Волкарана, это бы было нам весьма кстати.

– Воистину, о Благородный, – ответил Третар. – Самое меньшее, он отказался бы от союза с мятежниками и предоставил бы их собственной судьбе, может, его даже можно было бы заставить объявить им войну. Затем, полагаю, ваше императорское величество могли бы действовать как регент при юном короле Бэйне. Мы могли бы послать оккупационные войска, чтобы поддерживать мир между враждующими группировками людей. Естественно, ради их блага.

Накрашенные глаза Агах-рана сверкнули.

– Вы хотите сказать, Третар, что мальчишка просто передаст нам Волкаран.

– Именно так, ваше величество. Естественно, за щедрое вознаграждение.

– А эти колдуны, эти мистериархи? – Император скривился, вынужденно произнеся человеческое слово. Граф пожал плечами.

– Они тоже смертны, ваше императорское величество. Они надменны, своенравны, их не любят, им не доверяют даже собственные соплеменники. Сомневаюсь, чтобы у нас возникли с ними неприятности. В противном случае мальчишка поставит их на место.

– А Кенкари? Что будем делать с нашими колдунами?

– Да пусть делают что хотят, мой государь. Как только люди будут завоеваны и покорены, вы сможете собрать силы и разгромить мятежников. Покончив с ними, вы вышвырнете гегов с Древлина и завладеете Кикси-винси. Вам больше не понадобятся мертвые души, о Благородный. Ведь в вашей власти будут все живые души Ариануса.

– Это чрезвычайно остроумно, граф Третар. Мы выражаем вам свою похвалу.

– Благодарю, мой государь.