Рука Хаоса - Маргарет Уэйс

– Бэйн жив, и он в руках эльфов.

– Но как это возможно? – сдавленным голосом произнесла Анна, схватившись рукой за горло, словно ей не хватало воздуха. – Вы же сказали, что они увезли его! В другую страну! Вы сказали, что Альфред увез его!

– Не Альфред, – поправила ее Иридаль. Первоначальное потрясение улеглось – мистериарх начала осознавать, что самое заветное ее желание становится явью. – Другой. Эпло.

– Тот человек, которого вы мне описывали, с голубой кожей, – сказал Триан.

– Да. – Глаза Иридаль сияли надеждой. – Да. Он. Он увез моего сына…

– Тогда, видимо, он привез его обратно, – сухо ответил Триан. – Поскольку он тоже находится в эльфийском замке. Лакей сказал, что вместе с принцем был голубокожий человек. Именно эта подробность более, чем все прочее, заставила меня поверить в то, что лакей не врет. Кроме меня, леди Иридаль и ваших величеств, никто не знает о голубокожем человеке и о его связи с Бэйном. Добавьте к этому, что Питер не только видел Бэйна, но и говорил с ним. Бэйн узнал лакея и назвал его по имени. Нет, сир. Я повторяю – тут не может быть сомнений.

– Значит, его держат в заложниках, – мрачно сказал Стефан. – Несомненно, эльфы попытаются использовать это для того, чтобы прекратить наши нападения на эльфийские корабли, и, возможно, даже для того, чтобы прервать наши переговоры с Риш-аном.

– Ну, что ж. Это на меня не подействует. Пусть делают с ним, что захотят. Я не уступлю ни на каплю воды…

– Дорогой, прошу тебя! – тихо сказала Анна, положив руку на плечо мужа. Она украдкой посмотрела на леди Иридаль, которая, бледная и оцепеневшая, сидела, сцепив на коленях руки, и смотрела в никуда, делая вид, что ничего не слышит. – Она же его мать!

– Я прекрасно знаю, что эта леди его мать. Может, мне напомнить тебе, дорогая, что у Бэйна был еще и отец – отец, чьи злодейства чуть было всех нас не погубили? Простите, что я говорю столь откровенно, леди Иридаль, – сказал Стефан, которого совершенно не смутил взгляд его жены, – но мы должны смотреть правде в лицо. Вы сами говорили, что ваш супруг оказывал на вашего ребенка мощное недоброе влияние.

Слабый румянец вернулся на бледные, как слоновая кость, щеки Иридаль. Дрожь прошла по ее хрупкому телу, но она ничего не ответила, и Стефан посмотрел на Триана.

– Хотелось бы мне знать, какую роль во всем этом сыграл Бэйн, – заявил король. – Но, как бы то ни было, я буду тверже алмаза. Эльфы увидят, что заключили дурную сделку…

Лицо Иридаль, порозовевшее от стыда, теперь покраснело от гнева. Казалось, она хочет что-то сказать. Триан поднял руку, чтобы остановить ее.

– Прошу прощения, леди Иридаль, – спокойно сказал он. – Сир, все не так просто. Эльфы умны. Этот бедняга Питер не сбежал от них. Ему намеренно позволили сбежать. Эльфы знали, что он принесет вам эту весть, возможно даже они исподволь подталкивали его к этому. Эльфы позаботились о том, чтобы его «бегство» выглядело весьма правдоподобным и убедительным. Как и у прочих.

– Прочих? – Стефан, нахмурившись, растерянно посмотрел на него.

Триан вздохнул. Дурные новости он оставил под конец.

– Боюсь, сир, что Питер был не единственным, кто вернулся с известием о том, что его высочество принц Бэйн жив. Более двадцати других рабов «бежали» той ночью. Все вернулись по домам с тем же самым известием. Я стер память Питера, но я с таким же успехом мог оставить все как есть. Через несколько циклов во всех кабаках от Питриновой Ссылки до Виншера будут говорить о том, что Бэйн жив.

– Да охранят нас благие предки, – прошептала Анна.

– Я уверен, что вы знаете о распространившихся злобных слухах касательно незаконности Бэйна, сир, – деликатно продолжил Триан. – Если вы, как говорится, бросите ребенка на съедение волкам, люди поверят в правдивость этих слухов. Они скажут, что вы просто избавились от бастарда, и репутации нашей королевы будет нанесен непоправимый урон. Бароны Волкарана потребуют, чтобы вы развелись с ней и женились на женщине из их среды. Бароны Улиндии встанут на сторону королевы Анны и поднимутся против вас. И союз, над созданием которого мы так долго трудились, пойдет прахом. Это может привести к гражданской войне.

Стефан ссутулился в своем кресле. Его лицо посерело и осунулось. Обычно король не выглядел на свои пятьдесят лет. Тело его было крепким и мускулистым. Он мог поспорить на турнире с любым более молодым рыцарем и зачастую побивал лучших из них. Но теперь плечи его поникли, он весь как-то сжался. Он склонил голову, внезапно постарев.

– Мы можем рассказать людям правду, – сказала леди Иридаль.

Триан с улыбкой повернулся к ней.

– Воистину великодушное предложение, миледи. Я понимаю, как это было бы для вас мучительно. Но это только ухудшит дело. С той поры, как ваш народ вернулся из Верхних Королевств, вы мудро держались в тени. Мистериархи жили спокойно, втайне помогая нам. Неужели вы хотите, чтобы открылось все то, что вынашивал против нас злобный Синистрад? Люди начнут относиться к вам с подозрением и обратятся против вас. Кто знает, не приведет ли это к жестоким преследованиям?

– Мы обречены, – тяжело произнес Стефан. – Нам придется сдаться.

– Нет, – ответила Иридаль с лицом столь же холодным, как и ее голос. – Есть другой путь. Я отвечаю за Бэйна. Он мой сын. Я хочу вернуть его. И я сама спасу свое дитя от эльфов.

– Вы одна отправитесь в эльфийские королевства, чтобы увезти оттуда вашего сына? – Стефан отнял руку ото лба и поднял взгляд на своего чародея.

Королю была нужна могучая магическая сила мистериархов. Незачем обижать магикуса. Он еле заметно сделал знак головой, чтобы Триан убедил Иридаль уйти. Им нужно было поговорить наедине о важных делах.

– Эта женщина сошла с ума, – одними губами сказал он, поскольку, конечно же, не мог произнести этого вслух.

Триан слегка покачал головой.

– Прислушайтесь к ее предложению, – беззвучно посоветовал он королю. Вслух же сказал:

– Да, миледи? Прошу вас, продолжайте.

– Как только я выручу моего сына, я увезу его в Верхние Королевства. В нашем доме можно жить, по крайней мере некоторое время note 44. Наедине со мной, когда никто больше не будет влиять на него, Бэйн забудет о тех темных путях, следовать которыми научил его отец. – Она повернулась к Стефану:

– Вы должны позволить мне попытаться, ваше величество. Вы просто обязаны!

– Честно говоря, вы не нуждаетесь в моем разрешении, – отрезал Стефан. – Если вы захотите, вы сможете улететь прямо с верхнего парапета этого замка. Как я могу остановить вас? Но вы говорите о путешествии в эльфийские земли, вы, женщина из человеческого племени, и вы хотите отправиться туда в одиночку! Вы хотите проникнуть в эльфийские застенки и выйти оттуда! Правда, может, вы, мистериархи, нашли способ становиться невидимыми…

Анна и Триан оба пытались прервать тираду короля, но сделала это леди Иридаль.

– Вы правы, ваше величество, – сказала она с легкой извиняющейся улыбкой. – Я все равно отправлюсь туда, дадите ли вы мне позволение или нет. Я прошу только из вежливости, ради сохранения добрых отношений между всеми сторонами. Я прекрасно осознаю всю опасность и трудность моего замысла. Я никогда не бывала в эльфийских землях. Я даже и помыслить не могла о путешествии туда – до сих пор. Но я туда отправлюсь. Однако я не намерена лететь туда в одиночку.

Анна порывисто схватила руку Иридаль и прижала ее к сердцу.

– Если бы я потеряла мою дочь, я пошла бы куда угодно, встретила бы лицом к лицу любую опасность, только бы найти мое дитя! Я понимаю, что вы чувствуете. Но, дорогая леди, вы должны прислушаться к доводам…

– Действительно, леди Иридаль, – сердито сказал Стефан. – Простите, если я поначалу был груб с вами. Просто только я начал думать, что наконец-то все тяготы упали с моих плеч, как обрушилось вот это… Вот я и сорвался. Вы говорите, что не поедете одна. – Король пожал плечами. – Если, леди, вас устроит легион…

– Мне не нужен легион, мне нужен только один человек, который стоит легиона. Лучше легиона. Вы сами так сказали. Если я не ошибаюсь, вы забыли о королевстве, разыскивая его. Вы спасли его от плахи. Вы знаете о его храбрости лучше, чем кто-либо другой, поскольку нанимали его для опасного и тонкого поручения.

Стефан воззрился на женщину в ужасе, Триан – в тревоге и растерянности. Анна выпустила руку Иридаль. Охваченная чувством вины, королева съежилась в кресле.

Иридаль встала, высокая и величественная, гордая и царственная.

– Вы нанимали этого человека, чтобы убить моего сына.

– Да охранят нас благие предки! – хрипло воскликнул Стефан. – Неужели мистериархи научились воскрешать мертвых?

– Мы – нет, – тихо сказала Иридаль. – Не мы. И я благодарна за это судьбе. Это страшный дар.

Она несколько долгих мгновений стояла молча, затем со вздохом подняла голову. Лицо ее стало деловым и живым.