Правила мести - Кристофер Райх

— Вы сказали, что его нужно взять живым. Я следовала вашим инструкциям.

— Вы вполне квалифицированно владеете оружием. Могли бы выстрелить ему в ногу, скажем в большой палец. Да мало ли куда, черт вас возьми! Так или иначе, мы бы не упустили Рэнсома. Вместо этого вы теряете самообладание и оказываетесь в больнице.

— Я была в шоке, — возразила она.

— Вы забыли все, чему вас учили, — сказал Коннор, рассматривая капельницу и приборы, контролирующие ее дыхание и кровяное давление.

— Мой муж был убит. Что вы хотите, чтобы я сделала?

— Выполнили приказ. Если бы вы подождали со стрельбой еще пять минут, мы бы сами навели полный порядок. Я надеюсь, правдивая история для полиции готова?

— Да.

— Уж постарайтесь. — Коннор придвинулся к койке, нагнулся, приблизив к ней лицо. — Но лишь одна оплошность, малейшее упоминание о том, на кого вы работаете, — и я сразу узнаю. И приму меры, чтобы ваш британский паспорт не прошел тщательной проверки. Позабочусь, чтобы власти заинтересовались вашим прошлым. Вы будете депортированы в течение трех месяцев, и не думаю, что семья мужа позволит вам забрать с собой дочерей. Не так-то все замечательно в той дерьмовой маленькой республике, откуда вы родом. Одна война сменяет другую.

— Убирайтесь! — крикнула Пруденс Медоуз.

Но Коннор даже не шевельнулся:

— Интересно, как поведут себя ваши девочки, когда узнают, что это вы убили мужа.

— Убирайтесь! — пронзительно завизжала она.

В палату вошла медсестра. Заметив возбужденное состояние пациентки, она велела Коннору покинуть помещение. Тот разыграл неповиновение, выдернув руку и позволив себе несколько отборных ругательств в адрес медсестры, но в конце концов был препровожден к лифту. Полицейские тут же вскочили и поинтересовались, не нужна ли их помощь. Но Коннор уже успокоился. Все же они взяли этот инцидент на заметку и сочли нужным составить рапорт, который утром следующего дня лег на рабочий стол Чарльза Грейвза.

Медсестра также составила подробный отчет для больничного журнала дежурств.

На улице агрессивность Коннора как рукой сняло. Он сделал все, что нужно. Не больше и не меньше.

34

Прежде чем заслужить повышение и стать старшим инспектором сыскной полиции, Кейт Форд провела три года в «Летучем отряде» — элитном спецподразделении отдела по расследованию убийств лондонской полиции, занимающемся борьбой с вооруженными грабежами и привлекаемом в особо важных и экстренных случаях. Название «Летучий отряд» произошло от переданных ему в 1918 году двух грузовичков «кроссли-тендер», прежде принадлежавших Королевской авиации сухопутных войск, которая в том же 1918 году была реорганизована в Военно-воздушные силы Великобритании. По-английски «Летучий отряд» звучит как «Флаинг скуод». Но в соответствии с правилами рифмующегося сленга кокни, когда слова нормального языка заменяются любыми другими, с ними рифмующимися, это название было переиначено в «Суини Тодд». Так звали мрачного брадобрея, героя известной легенды, который якобы перерезал горло состоятельным клиентам, сидящим в его кресле, затем нажимал на педаль, и те падали в подвал, откуда, ограбленные, переносились через подземный ход в соседнюю забегаловку, где из них делали пирожки с мясом. Так что теперь все, кто служил в «Летучем отряде», называли свою боевую единицу не иначе как «Суини».

Это было потрясающее время. Ночи, проведенные в засадах в ожидании вооруженных преступников. Дни, когда отряд окружал банк или ювелирный магазин, где орудовали грабители. Погони на предельной скорости. Разбитые головы и множество произведенных арестов. Иногда случались даже перестрелки, хотя ей самой никого не пришлось убить. У преступников была привычка, которую она наблюдала весьма часто: когда преследуемого загоняли в угол, он, пытаясь спастись, обычно стремился забраться куда-нибудь повыше, на самый верх дома или какой-то постройки. Некоторые залезали на чердак. Другие еще выше, на кровлю. Не важно, куда именно, главное — вскарабкаться ввысь. Это движение оставляло им надежду на спасение, сколь бы кратковременной и призрачной она ни была. Надежда умирает последней.

— Скай? — спросил Грейвз, сидящий напротив нее в малом двухдвигательном корпоративном самолете «Хокер». — Никогда прежде здесь не был. Теперь понятно почему.

— И я тоже, — призналась Кейт. — Мрачновато, правда?

Грейвз не ответил. Он теребил в руках мобильник. В течение всего полета он с нетерпением дожидался, когда наконец появятся новые координаты Рэнсома. Каждые десять минут он подходил к кабине летчиков и справлялся, не переслали ли их по радио из Темз-хауса. Теперь, когда уже показалась взлетно-посадочная полоса, он и сам мог все узнать.

Пока самолет заходил на посадку, Кейт разглядывала в иллюминатор безлюдный, унылый ландшафт. Местность была равнинная, местами с утесами и обрывами, открытая всем ветрам. Здесь мало что росло, за исключением вереска да густых колючих кустов утесника. Дальше к северу протянулся плоский песчаный берег, за которым виднелось одно только море, простиравшееся до самого горизонта.

Изабелла Лорен, как выяснилось, не слишком отличалась от прочих. Вместо того чтобы затаиться под кровом своего дома в Гулле, она сбежала на север, забравшись на самую «крышу» страны — остров Скай у северо-западного побережья Шотландии.

Бедная Изабелла, подумала Кейт. Даже здесь не спрячешься. Шасси самолета коснулись посадочной полосы. Как только трап был спущен, Грейвз ринулся вниз по ступенькам, прижав к уху мобильник. За ним, не отставая ни на шаг, следовала Кейт, на долю которой досталось выслушать порцию отборной брани.

— В чем дело? — спросила она, похлопав напарника по плечу.

Грейвз поднял руку, призывая ее помолчать.

— Вы уже связались с французской полицией? — спросил он. — Заодно передайте через них сообщение в Интерпол. Пусть разошлют информацию по электронной почте по всей Европе, в каждое федеральное, региональное и местное полицейское управление. Этот гад не мог уйти далеко.

Закончив говорить по телефону, он повернулся к Кейт:

— Найден автомобиль, который Рэнсом украл в гараже у Медоузов. Припаркован на платной стоянке рядом с пирсом, где причаливает дуврский паром; там пассажиры оставляют машины на долгий срок. Разумеется, опросили весь порт, но безрезультатно. Никто подходящий под его описание билета не покупал. Теперь мы просматриваем все записи, сделанные камерами видеонаблюдения, чтобы самим в этом убедиться.

— Сколько линий обслуживают паромы, отплывающие из Дувра?

— Слишком много, — с сожалением произнес Грейвз. — Из Дувра они идут на Булонь, на Кале, на Дюнкерк… Сегодня до девяти часов утра паромы ушли во все три порта.

— До Дувра рукой подать, он совсем близко от Лондона. Я бы на месте Рэнсома не стала чересчур долго околачиваться в столице. Какой паром отчалил первым?

— Принадлежащий пароходству «Пенинсьюлар энд ориент», он ушел на Кале в шесть пятнадцать, — ответил Грейвз. — За ним последовал паром на Булонь, ровно в семь. Вам когда-нибудь приходилось бывать на таких? Впечатляют. Сотни грузовых фур и частных автомобилей на каждом. Он мог просто проголосовать на дороге и попросить подвезти. Кто знает, куда он направляется?

— Я знаю, — объявила Кейт. — Он направляется искать жену.

Поездка в небольшую гостиницу «Скай» заняла двадцать минут. Кейт и Грейвз вошли, предъявили у стойки регистрации свои удостоверения и спросили, не проживает ли здесь некая Изабелла Лорен. Им ответили, что мисс Лорен остановилась на третьем этаже, в тридцать третьем номере. Грейвз попросил сопровождающих местных полицейских подождать в вестибюле и вместе с Кейт поднялся по лестнице на третий этаж.

Подготовка к визиту не заняла у них много времени. Сперва нашли телефон Изабеллы Лорен, и это оказалось нетрудно. Ее имя и фамилия значились в телефонном справочнике. На звонок к ней домой в Гулль ответила мать, которая без всякого давления с их стороны сообщила, что дочь сбежала в неизвестном направлении, подкинув бабушке маленькую внучку, и в ее голосе ощущалось большое сожаление по этому поводу. Второй телефонный звонок был сделан в Управление налоговых сборов, где им тут же сообщили номер выданного Изабелле Лорен свидетельства о социальном страховании. Третий звонок поступил в Общенациональное кредитное бюро, где им сказали, что мисс Лорен имеет четыре расходных счета в четырех наиболее крупных компаниях, работающих с кредитными картами. Четвертый звонок они сделали в глобальную компанию финансовых услуг «Американ экспресс», выдающую карты и дорожные чеки, которая немедленно переслала список последних платежей Лорен. Самыми крупными оказались покупка железнодорожного билета второго класса до шотландского городка Инвернесс, оплата аренды автомобиля в компании «Герц», а также счета на двести фунтов, который выставила ей гостиница «Скай». И пятый звонок прозвенел уже в этой самой гостинице, где подтвердили, что Лорен действительно туда въехала и в данный момент находится в номере и смотрит фильм по внутригостиничному кабельному телеканалу. Пять звонков. Сорок семь минут.