Окно в Европу (СИ) - Бондаренко Вадим

Здесь прошло уже три минуты, равняющиеся пятнадцати в реальном мире. Ну же, начальники групп, светильники вам зачем были даны?

Первым посмотрел на огонь Тенак, дернувшись от неожиданности и едва не выронив лампу, увидев мое перекошенное лицо. Затем - образ надвигающейся на него волны. И огромный плакат с надписью - “БЕГИТЕ ВЫШЕ В ГОРЫ!”

Но остальные были недоступны - я подключился к сознанию Фета, беззаботно выковыривающего жёлтые комья серы из песчаника. Даже увидел стоящий неподалеку светильник - никто и не думал его зажигать, все увлечены работой…

Видел глазами Тинга нескольких подростков, купающихся в море далеко внизу, похоже, он только недавно отпустил их, вымыть оставшуюся с обеда посуду и заодно освежиться…

Смотрел глазами мужчин и женщин, переворачивающих в поисках самородков гальку на пляже, на спокойную гладь Черного моря - они не подозревали о надвигающейся опасности…

Только находящийся в одном дневном переходе от меня Пратт зажёг огонь - но у них все было относительно благополучно, я уже успел посмотреть на лагерь глазами адмирала. Да, так долго сооружаемая ограда, да и весь лагерь ушли под воду почти на метр, огромный участок черноморского побережья опустился - но, слава Добрым Предкам, и люди, и катамараны уцелели.

Прошло ещё десять минут. Я пытался вспомнить слова Грохха, Туатты, все те обрывки знаний, которые бы могли сейчас помочь. Тщетно… Для передачи образов, гипноза, перехвата управления телом другого человека нужна дополнительная стимуляция того участка мозга неандертальцев, который отвечал за всю здешнюю экстрасенсорику. После зрительного контакта с огнем он быстро активировался и находился в таком состоянии от часа до двух, у всех людей по-разному. А затем начинал медленно угасать, тоже с различной скоростью - помню, однажды наши охотники не уследили за костром, огонь залило прошедшим ливнем, и я видел отдельные, медленно тускнеющие метки, больше недели.

Двенадцать минут. Пятнадцать. И отметки лантирцев на побережье начинают гаснуть, одна за другой. Сначала волна накрыла золотоискателей на пляжах. Затем пропали точки на побережье у Кара-Дага. Последней исчезла группа Фета...

Я открыл глаза, уставившись в каменные плиты пола Первой Пещеры. Это был полный провал спасательной миссии - сопоставимые с сегодняшними потери народу Солнца до нынешнего дня приходилось нести только в битвах. Десятки потерянных жизней, которые навсегда останутся на моей совести. Лишившиеся родителей дети. Потерявшие почти выросших детей семьи…

- Дим… все плохо?

- Да, Рауг… Я не сумел предупредить большинство из тех, кто был на берегу. Теперь их больше нет в мире живых…

Помолчали. Что толку в словах, когда они не могут ничего изменить?..

- Несколько дней здесь назад появился новый энной, я его раньше не видел в Пещере. Вон его эхо, посмотри сам.

Рауг прав, от того, что я сейчас просто сижу, ничего не изменится. Нужно жить дальше, и продолжать начатое, иначе все эти смерти и вовсе станут бессмысленными. Заставляю себя полнятся и обойти Очаг, всматриваясь в застывшие фигуры энноев - этого я видел, с этими двумя тоже несколько раз разговаривал, приглашая переселиться а Лантирск. Вот эхо Грохха, Туатты, Хакима…

А вот и новичок, такого точно ни с кем не спутаешь - мужчина среднего роста, абсолютно голый, даже набедренной повязки нет. Мускулистое тело вымазано то ли застарелым жиром, то ли грязью настолько, что он кажется негром. Впрочем, нанесенные красным и белым узоры на коже довольно яркие, по-видимому их постоянно обновляют. Не обезображенное интеллектом лицо покрыто многочисленными шрамами - слишком правильно расположенными и аккуратными для боевых. Пробитый нос, губы и мочки ушей со вставленными туда “украшениями” из костей. Верхняя губа презрительно поднята, желтые зубы подпилены и больше похожи на клыки. На груди болтается связка каких-то лоскутков.

- Ты присмотрись внимательнее, Дим. Это не просто кусочки кожи. Звери во время изготовления этого “украшения” не пострадали...

Бывший охотник знал, о чем говорил - на засаленную, сплетённую из множества кожаных полос верёвку, нанизаны высушенные и сморщенные человеческие уши. Большие, маленькие, совсем крошечные. Бррр, даже здесь я почувствовал фантомные позывы к рвоте…

- Он что-то говорил тебе?

- Да. Сказал, что в следующий раз возьмёт с собой дубину и выбьет мне мозги. А эта пещера будет принадлежать только ему.

- Вот же придурок, толку тут от его дубины... Рауг, где он появился в мире живых? Ты нашел отметку этого троглодита?

- Да, Дим. Очень далеко, на самом краю тех земель, что ты называешь ЕВРОПА.

- Вот как… Пиренейский полуостров значит? А знаешь, я не удивлен. В другом мире археологи находили целые пещеры, полные погрызенных человеческих костей, и как раз в тех местах.

Вернувшись в кресло, попытался подсчитать, сколько времени уже прошло. Выходило, что Дим отсутствовал уже больше полутора часов. Как бы чего не вышло, все же кроманьонцев вокруг очень много, и у них есть наше оружие…

- Дим, он ведь тоже человек? Такой же, как и мы с тобой?

- Такой же, только со слегка поехавшей крышей.

- Крышей? Ты считаешь, что подобные дикари умеют строить дома?

- Нет, это просто выражение такое, означающие, что у него явные проблемы с головой.

- А, вот ты о чем… Дим, я не передал ему твое приглашение поговорить. В Лантирске ведь не нужны такие люди?

- Такие - точно нет… Но их дети ни в чем не виноваты, и ничем не отличаются от наших. Они не выбирали, где родиться.

- Думаешь, они добровольно отдадут своих детей?..

- Вряд ли… Давай сделаем так - пусть он попробует попасть в мой сон, и я это сам выясню. Научишь его, как это сделать.

- А как же дубина и претензии на Пещеру Предков? Нет, я не боюсь - он очень слабый энной, и все эти угрозы не стоят и горсти золы от потухшего костра... Но ведь он может просто не захотеть меня слушать!

- Тогда и ты не обращай на него внимания, долго здесь находится живой человек не сможет. Кстати, мне тоже пора возвращаться - там где я сейчас нахожусь, сейчас такое творится, что лучше быть в сознании!..

- Понимаю... Тогда - до встречи!

Снова огненный вихрь подхватывает меня, возвращая в мир живых. Меня ждут мои люди, и застывший перед костром энной - это вовсе не то, что им сейчас нужно.

Когда я открыл глаза, то сначала ничего не понял. То, что меня держали за плечи, не давая упасть - это правильно. Перетянутая чьим-то ремнем рука - тоже гут, хоть пальцы и онемели от излишнего рвения затянувшего жгут человека. Но ряды стоящих на коленях и склонивших головы к земле кроманьонцев, заполонивших все свободное пространство - это уже перебор!..

- Что здесь происходит?

Чан-Синь разжал пальцы, отпуская меня. Присел рядом, оперевшись на одно колено и тоже склонил голову.

- Они теперь бояться. Бояться сила новый Великий Сай-тан!

- Тьфу ты, Чан, сколько раз тебе говорить, что я никакой не шайтан? Разве так сложно запомнить слово “энной”?

- А в чем разница, энной Дим?

Мда, уел - по сути мы явления одного порядка. Правда, находящиеся сейчас на разных полюсах морали и этики…

- Тур, и ты тут? Что с убийцей, она не сбежала?

- Мы связали ее так, что и пошевелиться теперь не может. Лежит у входа в юрту мертвого царя, Дар принес тело Камо сюда. И девчонку твою сюда привел.

- Почему это "мою"?

Младший близнец замялся, но все же ответил честно:

- Дим, все слышали, что их правитель доверил ее жизнь тебе. И мы, и эти люди уже считаем ее твоей женщиной.

- Да чтоб вас всех… Меня Круг Матерей с костями сожрёт теперь, когда узнает, что я привез из похода сразу двоих будущих невест!.. Они же там неделями решают кто из лантирских женщин достоин стать новыми женами вождя, мне Эрика рассказывала!