Бояре Романовы и воцарение Михаила Феoдоровича - Платон Васенко

Но почему молодой и неопытный Михаил Федорович, а не дядя его боярин Иван Никитич, был выдвинут народом и избран им? На это недоумение, высказанное покойным Маркевичем, легко ответить двумя соображениями. Во-первых, царская власть и права на нее по издавна внедренному в народ представлению должны были переходить по нисходящей линии. А в этом смысле Михаил Федорович имел преимущество перед Иваном Никитичем. Затем самая молодость народного избранника, который притом по тогдашним понятиям был совершенно правоспособным328, делала его непричастным к раздорам и смутам той злосчастной поры. Между тем Иван Никитич был сторонником Владислава и поляков, поэтому на нем никак не мог остановиться народный выбор329.

Из нашего изложения выясняются главные причины великого события нашей истории – избрания Михаила Федоровича Романова на престол русских царей: родство его с угасшей династией, любовь народа к семье Никитичей, личная непричастность юного народного избранника к раздорам Смутной эпохи. И в этой чистой юности царя Михаила Федоровича невольно хочется видеть символ предстоявшего в 1613 году обновления и укрепления исстрадавшейся во времена Смуты Русской земли.

Глава седьмая

Прошение царя Михаила Федоровича на царство

После выбора Михаила Федоровича, когда русские люди пришли к радостному и спасительному для них единодушию, собор незамедлительно предпринял ряд мер для утверждения этого важного акта государственного бытия. Были приведены к присяге Москва, а затем и иные города, и всюду население присягало с величайшей готовностью и восторгом330. Распорядился собор и другим неотложным делом величайшей важности. Он снарядил торжественное посольство к народному избраннику – царю Михаилу Федоровичу, жившему тогда в Костромском Ипатьевском монастыре, и по обычаю озаботился составлением подробного наказа своим великим послам.

Посольство было многолюдно, и в состав его вошли, вероятно, многие из членов избирательного собора. Во главе же его поставлены были из властей архиепископ Рязанский и Муромский Федорит, архимандрит Чудовского монастыря Авраамий, Троице-Сергиева монастыря келарь старец Авраамий (Палицын), архимандрит Новоспасского монастыря Иосиф и протопопы «из соборов» столицы. Первое место среди светских послов принадлежало боярам: Федору Ивановичу Шереметеву и князю Владимиру Ивановичу Бахтеярову-Ростовскому, окольничему Федору Васильевичу Головину и дьяку Ивану Болотникову. С ними отправились «стольники, и стряпчие, и дворяне московские, и дьяки, и жильцы, и дворяне, и дети боярския из городов, и головы стрелецкие, и гости, и атаманы, и казаки, и стрельцы и всяких чинов люди, по спискам»331.

Из наказа, данного великому посольству, узнаем, что Земскому собору не было в точности известно местопребывание избранного им царя. Послы должны были для «прошения» Михаила Федоровича «на царство» ехать «в Ярославль, или где он, государь, будет»332. «Приехав к государю царю и великому князю Михаилу Федоровичу всея России» архиепископ Федорит и боярин Федор Иванович Шереметев «с товарищами» немедленно обязаны были «бити челом государю» и просить его принять общенародное избрание. Наказ со свойственной московским приказным документам обстоятельностью приводит и речи, с которыми великие послы должны были обратиться к юному избраннику русского народа и его матери «великой инокине Марфе». В этих речах Федорит и Шереметев от лица собора, своих «товарищей» и всей земли обязаны были умолять Михаила Федоровича вступить на царский престол, так как «без государя ни на малое время быть не мочно». К матери государя послам предстояло обратиться с просьбой благословить сына на царство и побудить его скорее ехать в Москву, так как, «послыша про его царскии приход к Москве», «все его государевы недруги будут в страхованьи, а Московскаго государства всякие люди государевым приходом обрадуются» и получат «избаву от всяких находящих бед и скорбей».

Прибытие посольства Земского собора в Кострому 13 марта 1613 года

«А как государь царь и великий князь Михаил Федорович всея России Московскаго государства всяких людей пожалует, – говорилось далее в наказе послам, – и как его государской подвиг к Москве будет, в котором числе и о том отписать к боярам к Москве, и бояре и всякие люди государя встретят».

Однако Земский собор не вполне был уверен в том, что Михаил Федорович без колебаний примет царский венец. Они предвидели, что царь послов «не пожалует, учнет отказывать, или за чем учнет государь размышлять». Тогда Федорит и Шереметев «со товарищи» должны были «государю бити челом и умолять его, государя, всякими обычаи, чтоб он, государь, милость показал, челобитья их не презрил, был на Владимирском и на Московском государстве государем царем и великим князем всея России и пожаловал ехать к Москве вскоре». Послы обязаны были прибавить, что «такое великое Божье дело сделалось не от людей и не его государским хотеньем, по избранью, Бог учинил его, государя, государем, царем и великим князем всея России и в сердца вложил всяким людям и до ссущих и беззлобивых младенцев, что быть… на всех великих государствах Российскаго царствия ему, государю, Михаилу Федоровичу».

Опасаясь, что народный избранник станет отказываться от принятия царской власти, собор имел в виду и причину, по которой это будет сделано. Это плен отца государева, митрополита Филарета. «А будет государь царь и великий князь Михайло Федорович всея России учнет разсуждать, – читаем в наказе, – о отце своем государе нашем, о митрополите Филарете, что он, государь, ныне в Литве, и ему на Московском государстве быти нельзя, для того, чтоб отцу его за то какого зла не учинили. И архиепископу, и архимандритам, и боярам, и окольничему государю царю и великому князю Михаилу Федоровичу всея России бити челом и говорити, чтоб он, государь, про то не размышлял: бояре и вся земля посылают к Литовскому королю, а отцу твоему, государю нашему, дают на обмену литовских многих лучших людей».

В заключение наказ снова предписывал «всякими обычаи государю царю и великому князю Михаилу Федоровичу всея Россия бити челом и его, государя, умолять, чтоб он шел на свой царский престол, к Москве не мешкая».

Встреча Великого посольства у стен Ипатьевского монастыря

Второго марта 1613 года, отслушав торжественное молебствие, послы тронулись в путь, сопровождаемые напутствиями собора и многочисленных толп народа, провожавших их. Посольству сопутствовали московские святыни: весьма чтимый образ Пресвятой Богородицы, написания святого Петра митрополита, и святые иконы великих чудотворцев Петра, Алексия и Ионы, митрополитов и святителей Московских. Тринадцатого марта «в вечерню» посольство достигло Костромы, в которой пребывал тогда юный царь, и остановилось в пригородном селе, «Новоселки именуемо», откуда послало к Михаилу Федоровичу с просьбой указать срок приема его государем. «И государь царь и великий князь Михайло Федорович всея России нас пожаловал, велел нам быти у себя, государя, марта в четырнадцатый день», – доносили послы в Москву Земскому собору.