Первое мгновение вечности - Рэйя

И все бы было замечательно, если бы в тот день, когда Гарри посадили за парту с Роном, МакГонаглл не допустила роковую ошибку, сделав соседями Арчера и Грейнджер. Гарри не знал, с чего все это началось и что послужило причиной, но с первой же секунды, как парочка оказалась рядом друг с другом между ними вспыхнула «холодная война». Теперь любой совместный урок Гриффиндора и Слизерина превращался в катастрофу для профессоров.

В отличие от Малфоя, который считал своим долгом полить грязью каждого, кто по его мнению был хуже, Том не сказал Гермионе ни слова оскорбления, по крайней мере открыто, ни разу не высмеял её происхождение или любовь к знаниям, он просто целеустремленно и методично пытался доказать, что он превосходит её во всем. Девочка вызов приняла, и теперь оба просто из кожи вон лезли на каждом уроке и если, не дай Мерлин, ответ Грейнджер казался Тому лучше, мальчик начинал терроризировать преподавателя бесконечными вопросами и ответами, попутно тонко высмеивая узость мышления Грейнджер. Гарри никогда ещё не доводилось видеть собранную, спокойную Гермиону в такой ярости.

Слизеринцы думали, что дело в происхождении девочки, но Поттер знал, что Тому плевать из какой она семьи, он видел в ней соперницу и, кажется, боялся, что Грейнджер может быть в чем‑то лучше его. Для Тома это было катастрофой. Он просто не мог существовать в одном мире с человеком, который в чем‑то его превосходил. К Гарри, что удивительно, это не относилось, хотя оба мальчика прекрасно знали, что по некоторым аспектам, таким как зелья, полеты и защита, он, несомненно, был лучше своего друга.

С Гермионой же все было иначе. Превзойти её во всем стало навязчивой идеей Арчера и теперь каждый раз, когда они с гриффиндоркой видели друг друга, температура в помещении падала на несколько градусов. Поттер только молча вздыхал, наблюдая за баталиями двух своих друзей. В конце концов, было в этом что‑то забавное, например, мальчик раньше не замечал в своём отчужденно холодном друге такой эмоциональности, и никогда ещё Арчер не уделял учебе столько времени. Только профессора постоянно жаловались, что парочка срывает уроки.

— И чего вы не поделили? — в который раз спрашивал Поттер, насмешливо разглядывая Тома.

— Тебе не понять, — Арчер фыркнул, смерив друга недовольным взглядом, — и как ты только с ней дружишь? Она же может даже мертвого взбесить своей дотошностью!

— Том, — Гарри вздохнул, — вот правда, вы с ней два сапога пара, Гермиона тоже постоянно у меня интересуется, как я с тобой общаюсь, ведь ты такой надменный, — он ухмыльнулся. — Что вы грызетесь, как кошка с собакой?

— Она думает, что знает материал лучше меня, — пожаловался Арчер.

— А ты думаешь, что этот материал писали для малолеток, и он не стоит твоего внимания, — парировал мальчик, — так чего ты бесишься?

— Но она считает, что она лучше меня! — Арчер скривился.

— А ты считаешь, что ты стоишь на голову выше, чем все вокруг, включая профессоров и директора, — Поттер пожал плечами.

— Она заносчивая!

— А ты нет?

— Мнит о себе невесть что!

— А у тебя комплексы?

— Учит книжки наизусть и цитирует их, делая вид, что все знает!

— Это как‑то тебя оскорбляет?

— У неё отвратительный характер!

— А ты ангел?

— Она считает, что понимает тебя лучше, чем я! — возмущенно заявил Том и понял, что сказал лишнее. Гарри смотрел на друга в веселом удивлении.

— Я? — выдавил он. — Все это из‑за меня?

— Меня просто бесит, что она думает, что все про всех знает, — буркнул Арчер, скрестив руки на груди.

— И она сказала, что понимает меня… — уточнил Поттер, Арчер отвернулся, — лучше тебя?

— О Мерлина ради! — поморщился друг, — прекрати так лыбиться!

— Но это смешно, — заспорил Поттер, — действительно смешно! Вы целый месяц грызетесь между собой, потому что… ой, не могу! — мальчик расхохотался, согнувшись пополам. Том сверлил его обиженным взглядом, потом фыркнул.

— Вот всегда знал, что ты идиот! — оскорбленно бросил он. — Причем здесь ты? Просто Грейнджер меня раздражает, вот и все, и ничего смешного тут нет, Гарри… Да хватит ржать!!!

— Прости, — отсмеялся мальчик, — просто мне и в голову не приходило, что мои друзья начнут лаяться между собой из‑за такой ерунды, ведь любому понятно, что ты знаешь меня лучше всех, — он легкомысленно пожал плечами, — даже лучше меня самого. Гермиона просто дразнила тебя, а ты повелся, — он хихикнул, — вот уж не ожидал от тебя.

Том все ещё делал недовольный вид, но улыбку сдержать становилось все труднее, во–первых, Гарри очень заразительно смеялся, а, во–вторых, он и правда переборщил… Хотя, впрочем, от этого Грейнджер ему больше нравиться не начала.

— И все же она зазнайка, — наконец усмехнулся он.

— А ты индюк, — продолжал смеяться Поттер, — чудесная пара!

Том покачал головой, ну что с него взять?

На второй неделе декабря, когда земли школы покрылись тонким слоем снега, а до экзаменов оставалось всего ничего, Том подсел к другу в библиотеке с таинственным видом, Гарри с любопытством склонил голову набок.

— Кстати, я кое‑что узнал, — заявил Арчер, заговорчески понизив голос, — но все забывал сказать тебе.

— И что же это?

— Ты знаешь, что такое домовой эльф?

— Что? — недоуменно переспросил мальчик, явно ожидая какого‑то другого разговора.

— Домовой эльф, — Арчер закатил глаза. — Мне было интересно, и я спросил у Блэйза, тот меня обсмеял и сказал, что домовой эльф это волшебное существо, прислуживающее волшебникам, а Малфой заявил, что они омерзительны, потому что любят готовить и убирать, но этого было мало, и я немного почитал о них.

Знаешь, домовики на самом деле очень странные штуки, я почти ничего про них не нашел, кроме упоминания о том, что как вид они были занесены в реестр магических существ ещё до основания Хогвартса, но никто не знает их историю. У них нет социальных групп, форм правления, письменности, религий или поселений. Образ мышления близок к примитивному, что в целом говорит о них как о существах низшего ранга, но так как они умеют говорить и колдовать, волшебное сообщество решило перевести их из категории магических животных и обозвать магическими существами, что, оказывается, разные вещи. Кстати, домовыми эльфами их тоже назвали волшебники, так как ни культуры, ни понятия расовой принадлежности у них нет, как нет и понятия собственного «Я». Они служат волшебникам, беспрекословно им подчиняются и не мыслят свой жизни без рабского труда. Но их можно прогнать, подарив им какой‑нибудь элемент одежды, и тогда эльф становится свободным…и по логике очень несчастным. Их жизнь длиннее, чем у волшебников раза в три, они низкорослые с темной или серой кожей, большими глазами и огромными ушами. — На этом Арчер сделал внушительную паузу и Поттер, если и гадал, к чему друг затеял чтение лекции, теперь удивленно распахнул глаза.