О носах и замка́х - Владимир Торин

безопасно летать. В общем, мы нагнали Тумза, но он открыл люк в дне корзины и сбросил похищенную девочку вниз. Ее так и не нашли, но, учитывая, что мы летели на высоте полутора миль, вряд ли от нее что-то осталось, кроме кровавого пятна на мостовой или на какой-нибудь крыше. В общем, мы с Грэбберсом схватили Тумза, но арестовывать его не стали – у Грэбберса были на него планы, он мог быть полезен для его нелегальной транспортировки выпивки в Гарь. Грэбберс давно вышел в отставку, и с тех пор Тумза я не видел. Говорят, он до сих пор промышляет…

- Похищением детей?- с отвращением предположил Бёрджес.

- Контрабандой выпивки.

- Просто замечательно. Прямо, как несварение.

На краю очередной крыши стояло странное сооружение, которое Бёрджес сперва принял за одну из местных будок. Как ни странно, Мо уверенно направлялся прямо к нему, и вскоре стало ясно, что это был причаленный воздушный шар. При одном взгляде на него здоровяка замутило – он позеленел и ощутил, как в ушах начали стучать барабаны.

- Нет, нет и еще раз нет.- Он уже догадался, чего от него хочет напарник, и был категорически с этим не согласен.

- А вот и да,- безжалостно ответил Мо.

- Ты же знаешь, как я боюсь летать!- яростно воскликнул Бёрджес.

- А я еще раз говорю тебе, что это глупость. И все это из-за Лиззи.

- Причем здесь Лиззи?- невнятно пробормотал здоровяк.

- А притом, что она только при мне раз сто рассуждала о том, как, мол, опасно летать, о том, что люди – это якобы не птицы, чтобы парить по воздуху, и о том, что дирижабли и прочие аэростаты изобрели для того, чтобы мучить простой народ.

- Но это же сущая правда!

- Это все вранье и чепуха!

- Но зато я все еще жив,- убежденно ответил Бёрджес.

Мо презрительно поморщился.

- Сейчас мы должны туда залезть,- твердо сказал он.- Потому что Фиш летает по воздуху на своих этих крыльях. И у нас должно быть преимущество. Или, как минимум, нужно уравновесить шансы.

- Признайся! Именно поэтому ты не говорил, куда мы идем?

Толстяк хмыкнул, и все стало очевидно: он знал, что если заранее предупредит напарника о том, что ему предстоит сделать, тот ни за что не поднимется на крышу.

- Не будь тряпкой!- раздраженно бросил Мо.- Отступать поздно! Дело того стоит, ты не забыл?

- Ничего я не забыл.

- А потом похвастаешься Лиззи, какой ты смелый, и она погладит тебя по головке – прямо как мамочка.

Бёрджес тяжело вздохнул – он боялся, что Лиззи ни за что не погладит его по головке, а настучит по ней скалкой или поварешкой. Его младшая сестра была очень строгой натурой, и всегда очень за него переживала…

Но Мо это нисколько не заботило, и они неумолимо приближались к воздушному шару.

Еще издалека Бёрджес различил, что в корзине, среди рычагов и поршней, суетится невысокий сильно сгорбленный человечек. Локти его торчали в стороны, словно у насекомого, и он так быстро перемещал конечности между ручками, тумблерами и какими-то катушками, что действительно казалось, будто их у него минимум четыре. Одежда этого человека идеально соответствовала неказистости его летательного средства. Грязное вязаное пальто, перчатки-митенки, целый ворох полосатых шарфов, очевидно, использовавшихся так же в качестве носового платка. На голову горбун натянул старенький лётный шлем, кожа которого была неотличима от сморщенной кожи его лица. Большие лётные очки с мутными стеклышками скрывали его глаза.

- Ну здравствуй, Тумз,- сказал Мо, когда они подошли.

- О, мистер Бэнкс!- Широко осклабился горбун, повернувшись к Бёрджесу и Мо. Его рот оказался пуст – ни одного зуба.

- Узнал, значит.

- С флика можно снять форму, но полицию из него не вытравить.

- Надеюсь, не все такие глазастые, как ты. Мы сейчас, знаешь ли, действуем ин-ког-ни-то.

- Не знаю, что это такое,- почесал щетинистый подбородок Тумз.- Охотитесь за пирожными?

- Действуем тайно, болван. И сейчас меня зовут Мо. Монгомери Мо. А это,- он кивнул на спутника,- Кенгуриан Бёрджес.

- Кенгуриан?- хмыкнул горбун.- А что, есть такое имя?

- Очевидно, есть,- прорычал Бёрджес.- Раз меня так зовут. Ты уверен, Мо, что эта штука надежная?

- Конечно, уверен!- отвечал толстяк.- Тумз ведь на ней постоянно летает, верно, Тумз?

- Верно-верно!- поддакнул горбун.

Это не слишком-то убедило Бёрджеса. Аэростат действительно выглядел так, словно всю неделю провел в пабе, не просыхая, после чего его вышвырнули в ближайшую канаву. Осунувшаяся и потертая оболочка когда-то, вероятно, была клетчатой, но сейчас – просто различных оттенков серого, она выцвела и стала жертвой, вероятно тысячи дождей. Из-за натянутой на нее сети казалось, что шар изловили, словно какую-то рыбу-ёж. Корзина выглядела трухлявой. Поскрипывающие стропы были натянуты будто жилы каторжника, казалось, они вот-вот надорвутся. Да и топка пыхтела как-то нездорово – скорее кашляла, выплевывая из выхлопных труб дым толчками.

- Пошевеливайтесь, мистер Бёрджес!- велел Мо, кивнув на узкий проем в невысоком борту.- Мы и так потеряли много времени.

- Не хотелось бы, чтобы подо мной внезапно открылся люк.

- На нем замок висит, почтенный!- сообщил с неизменной отвратной улыбкой горбун.- Внезапно он не откроется.

- Слышал? Замок. Шевелись!

Скрипя зубами, здоровяк был вынужден ступить с крыши на пугающее дно корзины. Мо шагнул за ним, закрыл дверцу в борту и перекинул засовы.

- Все на борту, Тумз!- прогудел он.- Отчаливаем!

Горбун хрипло рассмеялся.

- Хей-хо! Отчаливаем!

Тумз зажег горелку, после чего со всей силы толкнул вперед один из рычагов, и в тот же миг где-то за бортом отстегнулись крепления-сцепки, и воздушный шар покачнулся. Он медленно взмыл.

- Уууу…- провыл Бёрджес.

- Как в старые времена, да, Тумз?- усмехнулся Мо.

- Хе-хе,- хохотнул горбун и потянул на себя какую-то рукоятку на цепи, свисающую из-под оболочки. Горелка пыхнула жарче, и шар стал набирать высоту быстрее.

И в этот момент произошло то, чего так боялся Бёрджес. Один из стропов не выдержал рывка и с громким треском разорвался, а корзина дернулась и покачнулась. Громила-констебль заорал и вцепился в борт.

- Все в порядке, в порядке!- прошамкал горбун.- Такое бывает…

И верно: спустя пару секунд шар выровнялся. Мо расхохотался.

- Можешь больше не жмуриться! Мы не умерли.

Бёрджес неуверенно открыл сперва один глаз, потом другой и так и замер, глядя вниз. Габен, а с ним и