Дети, сотканные ветром. 2 - Артём Ерёмин

Он выехал в центр катка, и игроки распределились по позициям. Ко Льву приблизился один из противников. Хоть он всего на год старше, в росте же превосходил трубочиста на голову.

– Жалкие обитатели подвала не нашли себе пятого игрока, – донеслось из закрытого шлема. – Позвали прислугу на помощь.

– Ох, вот же моё место, – между ними вклинился Гур и всполох отступил на пару шагов. – Лев катись-ка на передовую.

– Ага, – с облегчением согласился трубочист.

Наставник тем временем подбросил монету:

– Страта Ветра нападает! Ваша комета зелёного пламени!

Вольноступ запустил вверх шар и умчался прочь из купола. Трубочист желал за ним последовать.

Шар взорвался над головами! Зелёная вспышка спугнула все мысли Льва.

– Разбежались в клин! – провизжал Вий не своим голосом.

Как же мало общего с тренировками на пруду.

Игроки, раскрыв щиты-перчатки, ринулись за зелёной кометой. Та поскакала по льду к планете, где её отбил удачливый всполох. Сила удара раззадорила шар. Вий попытался поймать его в «черпак» биты, однако скорость снаряда лишила его равновесия, и он болезненно плюхнулся. Комета процарапала лёд, и её прижал к полу всполох. Гур силовым приёмом освободил огонь из плена.

Лев тем временем скользил, как и было ему определено, в стороне от свары. Он ждал, когда кто-нибудь пошлёт к нему комету.

– Меч внутри… – повторял Лев.

– Чего ты там мямлишь, слуга?! – долговязый всполох пихнул его в спину.

– Ничего. Играем!

Лев завернул наперерез комете. Противник не отставал.

«Ну и длинные же у него ноги!».

До огненного шара осталось шагов десять, а значит, нет пощады. Неожиданная подсечка битой уронила Льва на колени. Шар, одарив мальчика болью, срикошетил о его наплечник и улетел в свободном направлении.

Влетев в сеть, комета окатила ликующих зрителей снопом искр.

Чем больше снаряд врезался в сеть, тем меньше у него оставалось топлива. Чем меньше топлива, тем легче его изловить противникам и отбить в противоположную от планеты сторону.

Через пару минут сумбурной толкучки комета ослабла, и Долговязый придавил её черпаком ко льду. Последний зелёный хлопок, и шар потух.

Арена громко приветствовала удачную защиту команды всполохов!

– Взвейся! – возвестил металлический голос одного из автоматонов-судей. Комета в его закопчённых руках взорвался.

– Бес бы тебя побрал, старец Могута! – ругнулся Вий. – И дух перевести не дал.

Лев всецело поддерживал капитана. Пот сочился из-под шлема прямо на глаза. Снаряжение поначалу удивляло лёгкостью, теперь же отяжеляло ход под стать доспехам рыцарей.

Лев раскрыл щит, и тяга, образованная от мелкой вибрации крыльев, понесла его на противника.

Пришло время защищаться вьюнам.

– Мерцай! – воскликнул механический Могута.

И минуты не прошло, как луна всполохов закружила вокруг планеты на дальней орбите. Вий и Пимен в борьбе за шар помешали друг другу, и Долговязый завершил атаку всполохов.

– Перерыв! – Вий на правах капитана взял паузу.

Команды разъехались каждый к своей калитке. Вьюнов ждал Дым с полотенцем и Клим с кувшином. Лев снял шлем и облил лицо водой, в глаза прокралась муть. Когда ему передали полотенце, он закрылся им от яркого света и надоедливого шума трибун.

– Не берите в голову, – причитал Вий. – Главное – показать достойную игру.

– Куси бес тебя за язык! – озлобился Сорока. – Мы не посрамим Игната. У нас полно времени отыграться.

Завязался спор. Вий и Пимен имели противоположные взгляды на тактику.

На наплечник Льва легла рука Дыма.

– Ты долго не выдержишь, – толика озабоченности проникла в речь лунси, и трубочист понял, что выглядит скверно. – Почему не пользуешься парусом?

Лев помотал головой, язык плохо ворочался во рту.

– Чарами ты усилишь перчатку в разы, – наставлял Дым.

Под нагрудником Льва висели два блюстителя. После падения учебный колокол больно давил на рёбра. Пока остальные были заняты болтовнёй, мальчик укрылся между Климом и Дымом. Сняв крагу, он с трудом вытащил из-под доспеха колокол.

– Без б-блюса… – начал Клим.

– У меня есть другой, – прошептал Лев и передал ему колокол.

Спустя мгновение лицо Клима прояснилось. Однажды он видел мешок с янтарём, да и Вий, вероятно, рассказал о случае у Бабы Яры.

– Игроки на лёд! – зачарованный голос Вольноступа перекрыл шум арены.

Вьюны гурьбой потянулись к центру купола. На другой стороне команду всполохов подбадривали старшие подмастерья. Аскольд Миронов покровительственно шептал что-то в шлем Долговязого.

– Они задумали пакость, – сказал Вий, к нему постепенно возвращалось самообладание. – Глядите в оба, Лев.

С рук автоматона-женщины слетел зелёный шар.

Лев раскрыл парус и сразу вырвался вперёд. Крылья дребезжали на пределе. От янтаря накатывали волны тепла, волосы под шлемом приподнялись. Трубочист непроизвольно издал вопль. Его камень – мощнейшая батарейка для паруса.

Поравнявшись с кометой, Лев чиркнул по ней битой, и та полетела в сторону планеты. Мальчик с трудом погасил скорость и краем глаза заметил приближающую беду. Долговязый мчался, будто желал пронзить его насквозь.

Лев сжал кулак что есть мочи.

Щит ударился об щит! После же последовал полёт, словно освобождение. И падение…

Левый бок Льва онемел. Некоторое время он трепыхался в темноте, считая, что шлем съехал на глаза. Когда зрение вернулось, то свой шлем мальчик увидел в руках Вий.

– Сногсшибательно! – восхитился вьюн. – Пробил брешь и дал закинуть луну Сороке. Кости