Наше единственное лето: второй шанс - Мира Ли

после моего поступления в университет, Дима женился на Кате. С тех пор они живут в своей квартире в центре нашего городка и заходят к родителям по выходным или когда нужно оставить мальчишек.

Дима так и работает в местном НИИ, и уже доработался до второго заместителя директора. Он сильно возмужал, стал еще менее разговорчивым, если, конечно, не приходилось вычитывать что-то сыновьям, тогда он становился необыкновенно красноречивым. Мы давно не болтали с ним по душам, да и вообще, вдвоем уже давно не оставались.

Два года назад у папы прямо на работе случился инфаркт, восстановиться полностью не удалось, пришлось оставить должность заведующего отделением и заняться обычной практикой. Он, конечно, пытается держаться, но много лет занимая руководящую должность сложно возвращаться к началу.

Год назад не стало моей бабушки. И вместе с нею словно душа упорхнула из нашего дома. Закончилось мое детство, я перестала быть «внучкой». Где найти теперь столько тепла и любви, столько заботы и веры в меня?.. Все это навсегда осталось в моем детстве.

Такие потери не становятся легче с годами, наоборот…

Я прикрыла глаза, чтобы остановить появившиеся слезы.

Видимо, это и называется «быть взрослым»? Что же мы все так спешим сюда?

— Тетя Эль, — распахнув дверь так, что она грохнула о стену, в комнату вбежал Ваня. — Мама и бабушка надели красивые платья, а папа музыку включил. Все ждут тебя!

И, правда, что-то я слишком долго предавалась воспоминаниям.

— Передай родителям и бабушке с дедушкой, что мне нужно пять минут!

Как только мой маленький племянник с таким же грохотом закрыл дверь, я быстро раскрыла чемодан и достала заранее приготовленное длинное терракотовое платье и удобные замшевые туфли.

За столом царило веселье, Ваня и Степа разыгрывали по второму кругу фанты, и все громко смеялись. Мне досталось «сказать тост».

— Дорогие мои, — подняла я узкий бокал, с легкой Диминой руки наполненный до краев шампанским, — я очень рада, что встречаю этот год вместе с вами…

Я посмотрела на родителей и Диму и заплакала. Тут же тихо всхлипнула мама.

— Эля, ну что за мокрое царство? — заворчал папа, скрывая навернувшиеся слезы.

— Элька, ты плакать сюда приехала что ли? — Дима протянул мне платок.

— Простите… Я просто такая дурочка у вас… Приехала и воспоминания нахлынули. Помните, как однажды, когда мы с Димкой были маленькие, папа нарядился Дедом Морозом и пришел к нам, важный такой. Да только он разулся, и мы его по носкам узнали…

Все засмеялись.

— Но я очень вас всех люблю и обещаю приезжать почаще, чтобы добрых воспоминаний в нашей жизни было больше.

Мы чокнулись, и за столом снова раздались веселые голоса. Мы с мамой и Катей вытирали слезы, мальчишки из-за чего-то ссорились, а папа с Димой решали, чем лучше закусывать крепкие напитки.

Я была дома и сейчас — практически счастлива. На время все мои переживания притихли, дав возможность побыть снова маленькой, радостной и полной надежд девочкой.

Мы и не заметили, как начали бить Куранты.

Папа с Димой засуетились, открывая шампанское и наполняя им бокалы, мы повскакивали со своих мест, наперебой подгоняя их. Под двенадцатый удар я загадала первое, пришедшее в мою голову желание: «Хочу быть счастливой»…

Мы снова зашумели, обнимаясь и поздравляя друг друга — наша старая семейная традиция.

Какое удивительное дело, но после наступления Нового года все салаты и закуски кажутся вкуснее. Наверняка после такого застолья мне придется пыхтеть пару недель в спортзале… Но сегодня я позволила себе все!

Катя уложила мальчиков в бывшей Диминой комнате, а мы с мамой прибрали на столе, оставив одни закуски.

Негромко работал телевизор, популярные исполнители пели известные и не очень песни, а папа здорово на них сердился за нелепые костюмы и «неправильные» аранжировки.

Проходя мимо, Дима приобнял меня за талию и увлек в сторону, якобы для танца.

— Ну, привет, сестренка! — улыбаясь сказал он.

— Привет, Димка! Ты как?

— Я хорошо. Да ты и сама видишь. Правда, устаю на работе частенько, но оно того стоит — и зарплата хорошая, и дело делаем важное…

— А как с Катей?

— Ни на минуту не пожалел, что так рано женился… Ты же видишь — она наш человек, — Дима повернул нас к Кате и подмигнул ей. Она тут же с нескрываемой радостью улыбнулась ему в ответ.

— Я рада за вас, — наверное, у меня получилось довольно грустно, потому что Дима вздохнул и спросил:

— Я слышал, ты с Данькой Шустовым встретилась?

Ой… Помнится, когда Дима узнал, что Даня бросил меня, он пошел к нему и так начистил тому «лицо», что, говорили, он до отъезда из дома не выходил. А еще дружить с ним перестал, да Даня и не навязывался после этого. Стоило ли сейчас признаваться, что я снова подпустила этого парня так близко?

— Да.

— И как он? — несмотря на многолетнюю обиду, Диме, видимо, было не все равно до друга его детства и юности.

— Хорошо. Он соучредитель и главный акционер одной крупной американской компании.

— Ты серьезно?! — Димка даже присвистнул от удивления.

— Да. Видишь, бросил меня и столького добился, а остался бы тогда…

— Не говори глупостей! — бесцеремонно перебил меня брат. — Ни одна компания не стоит по-настоящему близкого и любимого человека рядом. Если этот почти сорокалетний придурок еще этого не понял, то скоро поймет… Он женат?

— Нет.

— Ну, вот видишь! Походу, тебя до сих пор любит! — Димка хитро улыбнулся и отстранившись немного, развернул меня в танце на триста шестьдесят градусов.

Я не смогла сдержать улыбку и присела в картинном реверансе.

В это самое время в дверь позвонили.

Глава 35

Мама поспешила открыть, и на пороге, усыпанный снегом и с большими подарочными пакетами, появился Саша.

Я замерла от неожиданности, а еще от того, насколько он изменился. Высокий (кажется, еще выше, чем он был раньше), широкоплечий с отличной выправкой и идеальной осанкой, возмужавший и по-прежнему красивый — настолько, что дух захватывало!

— С новым годом! — сказал он громко и посмотрел на меня.

Раздались ответные поздравления.

— Саша, ты давно приехал? Надолго? — спрашивала мама, принимая у него из рук пакеты.

— Сегодня. Дня на два, не больше, — рассеянно ответил он, здороваясь с папой и Димой.