Наше единственное лето: второй шанс - Мира Ли

И когда все стало так неловко между нами?

— О чем ты хотел поговорить? — уже зная, что он скажет, и что я отвечу ему, спросила я.

— Эля, я вчера выпил лишнего, наговорил черти чего… — Никита не отрываясь смотрел на салфетку на столе. — Этот твой парень… Я ведь и раньше видел рядом с тобой мужчин, но там всегда все было спокойно, а тут… Я чувствую, он что-то еще значит для тебя. Рядом с ним ты другая становишься.

— Никита, к чему все это?..

— Я хочу извиниться. Ты получила мои цветы? — он, наконец-то, посмотрел на меня.

— Получила, вот только извиняться тебе не за что…

— Есть за что, — он поправил галстук и поерзал на стуле. — Я рассказал Игорю из отдела рекламы, что вы с Шустовым когда-то встречались…

Повисла пауза. Я потеряла дар речи.

Как так случилось, что всего за один вечер человек, которому я доверилась и с которым встречалась почти год, изменился настолько, что выдал моим подчиненным подробности моей личной жизни? Зная, как рьяно я оберегаю эту информацию от посторонних, зная, что больше всего на свете я не люблю, когда по офису расходятся сплетни…

— Прости, что ты сделал? — на всякий случай переспросила я, еще не осознавая до конца масштаба падения Никиты в моих глазах.

— Я вышел вчера на улицу, пока такси ловил, встретил Игоря, он с ребятами там стоял. Я был зол и пьян. Ну…и…

По спине пробежал неприятный холодок. Как же я ошиблась в этом человеке… Я ошиблась, почему-то решив, что этот мужчина сможет стать для меня кем-то больше, чем просто любовником. Наши отношения так просто обесценились при первой же сложности. И Никита…Он даже другом мне стать не смог — обычный болтун. Не удивлюсь, если и о наших с ним отношениях давно всем было известно.

Сосредоточившись на работе, я слишком доверилась ему, решив, что по какому-то неписанному «кодексу чести» он защитит меня от всего этого. А тут…

Такого провального опыта в отношении с противоположным полом у меня еще не было!

Но вместо боли и досады я почему-то испытала облегчение. Ну, конечно же! Я представила его Лене, а весной думала с родителями познакомить. Как вовремя он проявил себя! Или это Даня вовремя появился? Я запуталась…

— Никита, ты помнишь, что мы вчера расстались?

— Помню, но хочу все исправить.

— Не надо. Не поможет.

Он замолчал и внимательно посмотрел мне в глаза, пытаясь понять, серьезно ли я говорю? Я говорила серьезнее некуда.

— Нелепица какая-то! — наконец выдохнул он и натужно рассмеялся.

Как интересно: стоит нам отпустить из своей жизни человека, как все то, что мы считали когда-то в нем милым, красивым и забавным, становится искусственным и неприятным. Вот и я смотрела сейчас на Никиту и не могла понять: неужели он совсем недавно нравился мне? С моим рассудком все было в порядке?!

Красивый, высокий, ухоженный мужчина с дорогими часами на руке и в дизайнерском костюме, безусловно, был идеальным типом для многих девушек, но для меня-то в человеке важно совсем другое. На что я повелась? Почему пустила его в свою жизнь?

Стоило ли сейчас искать ответы на эти вопросы? Возможно, но мне не хотелось.

Поэтому я просто встала и перед тем как уйти сказала:

— Прощай, ты все сделал правильно и вовремя.

Никита удивленно и даже несколько ошарашенно посмотрел на меня, но ничего не ответил, дав мне просто уйти.

Глава 33

Когда я возвращалась в офис, было уже совсем поздно.

Я скучала по Дане.

Как только я позволила себе быть с ним рядом, снова вернулась страшная тоска по нему: ежеминутная, мучающая.

Так глупо, но мы с ним даже телефонами не обменялись. Его мобильный я не записывала из принципа, при необходимости звоня на городской. И сейчас я страшно жалела об этом.

Предновогодняя столица стояла в пробках.

Я разглядывала набережную и машины, словно корабли во льдах, застрявшие на этой узкой улочке. В авто справа — мама, папа и две дочки о чем-то оживленно разговаривали и смеялись. Они были настолько счастливы в своем мире, что мне стало холодно и одиноко одной на таком большом заднем сиденье машины премиум-класса. А еще так сильно захотелось вот также смеяться вместе с Даней и нашими детьми…

Я отвернулась, отгоняя непонятно откуда взявшиеся мысли о семье и детях. Просто я устала играть в сильную женщину. И Даня снова рядом… Он определенно сильно влиял на меня. Я даже размышлять начинала совсем иначе.

Вспомнился наш с ним разговор на лестнице у библиотеки в день моего Выпускного вечера. Я грустно улыбнулась. Мой детский план сработал: больше десяти лет прошло, а никакой семьи и никаких детей у меня все еще нет…

Когда такси доставило меня в офис, там никого уже не было. Только в моем кабинете горела настольная лампа.

Не снимая пальто, я села в кресло, откинулась на спинку и прикрыла глаза, чтобы не видеть огромную корзину с алыми розами, которая переселилась на стол переговоров.

Как глупо… Я ехала сюда, в наивной надежде обнять Даню. Но его кабинет был закрыт. Ни записки, ни звонка…

Надо было не выдумывать себе романтических глупостей, а ехать сразу домой, собирать вещи. Завтра с утра я планировала уезжать к родителям.

Стало грустно и одиноко. Я гнала от себя унизительные мысли о том, что несмотря на прошлую ночь, проведенную вместе, Даня просто ушел, не сказав ни слова…

И с чего я решила, что должно быть как-то иначе? Только потому, что он попросил прощения? Или потому, что он мой бывший, которого я, чего уж перед самой собой юлить, до сих пор не могу забыть?

Вчера мы поддались эмоциям, страсти. Он проводил меня утром, а дальше…Дальше каждый должен идти жить своей жизнью.

Посидев в тишине еще какое-то время, наивно надеясь на то, что вот-вот в офис войдет Даня, я встала, сгребла в пакет стопку документов, приготовленных мне Олей «на праздники» и снова вызвав такси, поехала домой.

Я была растеряна и, чтобы хоть как-то отвлечься, собрала вещи и убрала комнату. Часы показали час ночи.

До Нового года осталось меньше суток. На улице и в соседних квартирах царили радость и ожидание праздника: люди громко разговаривали, смеялись, откуда-то доносилась атмосферная новогодняя