Мгновения вечности - Ева Эндерин

бы отец был жив и слышал сейчас его мысли, Кайросу бы приказали вымыть рот с мылом.

– Правда?

– Да. – Кейт усилила свой ответ кивком. – Но я хотела спросить кое-что у тебя.

Хоть бы Рейнхарт не просила его рассказать ей больше о сексе. Кайрос не переживет. Это будет первый случай инфаркта среди здоровых восемнадцатилетних парней.

– Конечно.

«Какая же ты тряпка», – пробило ладонью лоб подсознание.

– Кажется, Нейт не очень открыт для обсуждения некоторых тем.

Его брови резко подскочили вверх. Класс, это же не означало, что об их поцелуе знал Эшер? Не то чтобы Кайрос надеялся, что все останется в секрете, но Нейт… Этот тепличный долговязый ботаник его немного пугал. В тихом омуте и все такое.

– Так… – нервно поторопил он Кейт.

– Я могу обращаться к тебе за советами, если Патрик действительно позовет меня?

Безусловно. Он испортит Уэльсу жизнь без регистрации и СМС.

– Да. Что ты хочешь знать?

– Ну, например… – Рейнхарт прикусила губу, и Кайрос не мог не воспроизвести в памяти ее вкус. – Что сейчас принято делать на первом свидании?

Бить парней в лицо? Нет, кажется, звучало не слишком правдиво.

– Лучше не спешить, – расплывчато обозначил Блэквуд. – Парням не нравится, когда девушка берет инициативу на себя.

Рейнхарт вздохнула, словно расстроилась, что под рукой не было блокнота для конспектов.

– А поцелуй? Мы же поцелуемся в конце свидания?

«Надеюсь, мать его, нет».

– Ну… необязательно. Но если это произойдет, лучше без языка.

Была бы его воля, Кайрос прямо сейчас бы написал на ее розовом язычке «Собственность Кайроса Блэквуда».

– Кстати, об этом…

Блэквуд окончательно взмок от их короткого разговора, но Кейт, по всей видимости, решила его добить.

– Я хотела извиниться за то, что устроила у тебя коленях, – хрипло произнесла она.

«Не стоило. Я провел в душе, вспоминая об этом, всего лишь час».

– Все в порядке. Я понимаю.

– Я даже не знаю, как тебя отблагодарить.

Рейнхарт не понравились бы варианты, которые он мечтал озвучить. Хотя с учетом того, что она делала с его языком…

Класс, у него снова стояк.

Максимально оттянув низ пиджака, Кайрос буднично уточнил:

– Ты придешь вечером в библиотеку?

«После того, как бросишь Патрика на свидании».

– Да, нужно готовиться к зачету. Обязательно.

Она снова безобидно улыбалась. Кайрос завидовал ее способности переключаться с темы на тему.

– Расскажешь, как прошло?

Блэквуд хотел бы знать, за что именно он вырвет Уэльсу руки в один прекрасный солнечный день.

– Да. Тебе правда интересно?

Даже Кейт сомневалась в его адекватности. Ну да, Кайрос разучился врать. Весь его разум сейчас был в другом месте!

– Конечно мне интересно. Мне интересно все, что касается тебя.

«Вот черт».

Рейнхарт прокашлялась. Немудрено. Он только что опрокинул на них целый ушат неловкости, разговаривая фразочками из дневника Ромео.

– Я пойду проверю, как Нейт.

«Превосходная идея. А я схожу расшибу лоб вон о ту стену».

– Передавай ему привет.

Будто они с Эшером когда-нибудь здоровались.

Кейт в последний раз прикусила щеку и понеслась в сторону уборных.

– Проклятье, – прошептал он в потолок, когда она наконец-то скрылась за углом.

* * *

Кейт

Пока ее друзья переживали кризис отношений, а Патрик занимался организацией их внезапного свидания, Кейт гадала, у кого еще могла бы найти поддержку. Несмотря на то что она могла обратиться к Кайросу, ей до последнего не хотелось этого делать. Она не собиралась прослыть в его глазах совсем глупой девочкой. Во-первых, уже хватало того, что он учил ее французскому – и не только языку. А во-вторых… разве первой причины было недостаточно?

В итоге, завязав поплотнее шарф, она решила поговорить с мамой по телефону за пределами замка, где за снегом ее вряд ли кто-нибудь увидит. Ждать до вечера Кейт не могла: расписание дежурств у родителей в последнее время было, мягко говоря, хаотичное и велика была вероятность так и не дозвониться до матери до свидания с Уэльсом.

– Солнышко, – раздался радостный голос мамы после гудков. – Что-то случилось? Почему ты звонишь так рано?

– У меня сегодня нет занятий, – быстро объяснила ей Кейт и сразу же перешла к сути: – Вообще-то, мне нужен твой совет.

– Думала, не дождусь этого дня, – посмеялась мама. – У тебя появился мальчик?

Неужели она была так предсказуема? Ну да, Рейнхарт привыкла всегда и на все искать ответы сама. С тех пор как научилась читать, Кейт шерстила книги и открывала Интернет при первой же необходимости. В этом отношении родителям с ней повезло: никаких неловких вопросов о рождении детей или менструации. Да боже, она считала их семейные налоги лучше отца.

– Их двое…

Короткий вздох матери добрался даже до Альп:

– Кейти…

– Ничего не было. Пока что.

Кроме поцелуя, от которого подкашивались ноги даже спустя несколько суток.

– Ты не можешь выбрать?

– А как? – Голос наполнился отчаянием против ее воли, но Кейт не стала молчать: – Как я могу определиться? Один парень нравится мне уже очень давно, а другой… Все слишком сложно. Кого мне выбрать?

Ей не хотелось погружать маму в специфику ее отношений с Блэквудом, тем более она никогда не называла родителям имен своих обидчиков. Как оказалось, к лучшему.

– Милая, любовь – это не математика. Тут нет правильного решения.

А было бы идеально. Просто доказать несколькими уравнениями, почему Патрик лучше Кайроса, и жить дальше с чистой совестью.

– Что тогда делать?

– Будет глупо, если я скажу слушать свое сердце? – мягко произнесла мама. – Любовь – непростое чувство. Это не что-то только радостное и чистое. Оно трудное, многогранное, иногда абсолютно нелогичное.

Они уже обсуждали нечто подобное, когда Кейт впервые прочла «Гордость и предубеждение». Она никак не могла понять, что Элизабет нашла в холодном и неприступном мистере Дарси. Как он мог так к ней относиться? Тогда мама сказала ей, что люди не выбирают, кого любить, и порой слишком горды, чтобы признать, что их чувства неподвластны разуму. Позднее Рейнхарт много раз возвращалась к этой книге, но каждый раз она читала ее как романтическое фэнтези. Ей не хотелось верить, что люди и правда бывают так слабы и так бесповоротно глупы из-за чувств.

– Я думала, что мне нравился Патрик, но это не то же самое, что я испытываю к Кайросу.

– Кто из них сложнее?

Блэквуд. Однозначно Блэквуд. У нее появлялись мурашки от него, от его серого скрытного взгляда, от его неправильных, но таких желанных слов. Ей было страшно, что он обманет ее и предаст, но она не могла отказаться от соблазна общаться с ним дальше. Перестать видеться с ним